Газлайтер - Григорий Володин

Обстановка наладилась, Алира даже улыбается, особенно когда приносят десерт. Я откидываюсь на стуле, делаю глоток горячего кофе, наслаждаясь редкими минутами семейного круга. Вокруг звучат разговоры, приглушённый смех, кто-то стучит вилкой по тарелке, кто-то обсуждает планы на день.

Но мой разум уже переключается на предстоящие дела. Новые проблемы, новые головные боли. Нужно ещё поговорить с Кирой — узнать, как справляется её риск-группа в Буяне. Последние новости оттуда были вполне утешительные, и пока что всё налаживается. Но всё это может подождать.

Сейчас главное — разобраться с тем, что творится на моих родовых землях. Красный Влад явно что-то умолчал, не захотел делиться подробностями. Ну и ладно. Разбираться придётся самому.

После завтрака направляюсь к Портаклу, думая застать его за просмотром очередного сериала. Как-никак, его магия требует мощного заряда лени и поглощённости сюжетом. Но едва войдя в комнату, я замираю.

Телевизор выключен. Нет характерного мурчания голоса актёров, нет звуков слезливых монологов. И сам Портак ковыряется в портальной статуэтке алконоста.

Я поднимаю бровь, слегка удивленный.

— Ты даже телек не смотришь?

Портакл даже не оборачивается, лениво машет рукой:

— Да я даже не знаю, где пульт валяется.

Это ещё больше настораживает.

— Ну и чем ты тогда занимаешься?

Портакл вздыхает, продолжая вертеть в руках артефакт:

— Пытаюсь понять, как это вообще произошло, что тогда ты смог сам подключиться к стеле и переместиться в Невинск.

Я медленно киваю, вспоминая тот момент. А, ну да, было дело. Тогда Портакл ещё не успел настроить канал, но уже влил энергию в стелу… и в итоге я смог сам переместиться из Москвы в Невинск. Вопрос в том, почему.

Портакл сосредоточенно изучает статуэтку, крутя её в руках, а я решаю, что проще всего уйти от объяснений. Ну уж нет. Раскрывать ему свою способность манипулировать тонкими потоками энергии — идея так себе. Иначе он просто не оставит меня в покое, начнёт забрасывать вопросами, строить гипотезы и в итоге вызнает о Жоре-жабуне. Да и, честно говоря, я ему не настолько доверяю.

Поэтому я театрально закатываю глаза и многозначительно тяну:

— Ох, это такая загадка… такая загадка…

Делаю драматическую паузу, будто сам размышляю над тайной мироздания, а затем беззастенчиво меняю тему:

— Слушай, мне нужно переместиться в одно место. Сейчас покажу координаты.

Я подхожу к столу, где у Портакла разложены карты обоих миров, разворачиваю лист с Русским Царством и указываю нужную точку.

— Вот сюда.

Портакл хмыкает, всё так же покручивая статуэтку в пальцах:

— Кстати, я её улучшил. Теперь она точнее улавливает энергию.

— Здорово! — тако подход мы одобряем. — А с чего вдруг решил её улучшить?

— Хотел разобраться, как ты это устроил, вот и понастраивал, — пожимает он плечами, словно это пустяк. Затем, фыркнув, добавляет:

— Делали эту статуэтку явно никудышные портальщики.

— Ну, с тобой им не тягаться, это очевидно, — хмыкаю я, потому что, если без шуток, портальщики Гагера даже рядом не стоят с Высшим Грандмастером из Организации.

Кстати, вот ещё один повод не рассказывать, как именно я тогда смог переместиться. Если Портакл так зациклился на этом вопросе, пусть лучше разгадывает «великую тайну» и параллельно улучшает портальные инструменты, вместо того чтобы снова уйти в свои сериалы. Подаю ему смысл задержаться в нашей трехмерной реальности.

Я беру у Портакла статуэтку, прислушиваюсь к ней. Да, она действительно стала более тонко настроенной. Манипулятивной. Гибкой. И даже чёртовски удобной в использовании. Что ж… Интересно, к чему это приведёт.

— Ну да, кстати, теперь она куда точнее, — замечаю, пробуя перелить в неё немного энергии. Включаю портальщика-легионера, вслушиваюсь в артефакт… Ну да. Действительно точнее. Энергия течёт ровнее, чувствительность обострена.

Вообще, просто так я стараюсь не пользоваться портальной способностью, особенно в Буяне приходилось сдерживаться — излишнее внимание к моим силам могло стать проблемой. Если бы тогда я сразу прыгнул на Буяник, с Демоном разобрался бы куда быстрее, но таковы реалии. В идеале — использовать этот козырь как можно реже.

Мгновенное перемещение на три километра — слишком мощный козырь, а соблазн злоупотребить им велик. Стоит попробовать раз — и вот уже используешь на автомате. Слетать за бутером в холодильник, переместиться за ручкой, чтобы не тянуться через весь стол… А там и до прыжка через пешеходную улицу, чтобы не ждать зелёного, недалеко.

Да, есть Ломтик. Но его по пустякам напрягать неправильно. Хорошо быть портальщиком, но враги не знают об этой силе. И не должны знать.

Мы идём к стеле, и Портакл активирует её, прикоснувшись к сияющим рунам.

— Я настроил, переместишься через две секунды, — говорит он, отступая в сторону.

Я сжимаю статуэтку, пространство сжимается… И через мгновение оказываюсь возле одной из деревень Вишенки, расположенной на бывших Филиновских землях. Пока что они принадлежат Годуновым.

Я осматриваюсь, окидываю округу внимательным взглядом. Деревня аккуратная, ухоженная, дома крепкие, добротные, с плотными ставнями и чисто подметёнными дворами. Совсем не такие, как в Буяне, где люди привыкли к бедности и разрухе. Это радует. Значит, земля здесь действительно богатая, а люди трудолюбивые и хорошие хозяйственники. Вряд ли это Годунов хороший управленец. Скорее всего, местные сами молодцы.

Но есть один нюанс — в деревне ни души. Пусто. Тихо. Куда все подевались?

И тут неподалёку раскатывается гул артиллерийского огня.

Глава 10

Артиллерийский огонь как начался, так сразу и затих. Но, наверняка, ненадолго. Не просто так же деревня опустела.

Проходя мимо распахнутых ворот, я задаю себе вопрос: кто их так оставил — в спешке или из уверенности, что никто не вернётся? Заходя между домами, осматриваю улицы. Пусто. Ни голосов, ни движения, только ветер скользит по заброшенным дворам, покачивая створки незапертых окон. Никаких признаков жизни.

Но в одном домике, неподалёку, горит свет. Тонкой полоской он просачивается сквозь ставни, а изнутри доносится глухой звук посуды. Я подхожу к двери, стучу:

— Есть кто дома?

Изнутри раздаётся старческий голос:

— А кто спрашивает?

— Прохожий, — отвечаю.

Короткая пауза, затем добавляет:

— Не заперто, если что.

Дверь действительно открыта. Стоит толкнуть — и вхожу внутрь. Внутри тепло, пахнет тестом и молоком. Старик сидит за столом, рядом костыли, а сам неспешно ест, неторопливо пережёвывая. На плите блинница, воздух наполнен густым ароматом свежих блинов.

Он кивает мне, не отрываясь от еды:

— Ну и зачем пришёл?

Я