Всадники Перна - Энн Маккефри

соответствии с теорией Ф’лара, если драконы достигли тех размеров, которые предполагались изначально, им никак не могло повредить, если коричневый, величиной меньше бронзового, спарится с королевой хотя бы раз. Ф’нор вполне этого заслуживал. Утешая себя мыслью, что это всего лишь обмен любезностями, а вовсе не крупное преступление, каковым оно, возможно, считалось когда-то, он пошел одолжить ковш с длинной ручкой у одной из помощниц Маноры.

Пока он лечился в Южном, кто-то, вероятно сама Манора, прибрался в его вейре. Ф’нор с благодарностью оценил свежие мягкие шкуры на постели, чистую выглаженную одежду в сундуке, отполированные воском стол и стулья. Кант’ проворчал, что кто-то подмел накопившийся на его лежбище песок и теперь ему нечем отчищать шкуру на брюхе.

Покладисто посочувствовав дракону, Ф’нор улегся на шелковистые шкуры на кровати, потирая слегка зудящий шрам на руке.

«Если зудит, нужно масло, – сообщил Кант’. – Иначе в Промежутке потрескается шкура».

– Эй ты, заткнись. У меня кожа, а не шкура.

В спальню влетела Гралл, зависла над сундуком. Ветер, поднятый ее крыльями, холодил лицо Ф’нора. От нее исходило любопытство с легким оттенком тревоги.

Он улыбнулся, мысленно успокаивая ящерку. Взгляд ее фасетчатых глаз перестал метаться из стороны в сторону, и она начала обследовать его жилище. Обнаружив купальню, она довольно зажужжала, и Ф’нор услышал плеск воды. Он закрыл глаза. Ему нужно было отдохнуть. О том, что предстояло ему ближе к вечеру, не хотелось думать.

Если личинки действительно пожирают Нити и если ему удастся убедить напуганных лордов и мастеров согласиться с таким вариантом – что дальше? Эти люди вовсе не дураки, и они сразу поймут, что Перн больше не будет зависеть от всадников драконов. Само собой, именно этого им и хотелось бы. И чем тогда, скажите на милость, заняться лишившимся работы всадникам? Лорды Грож, Сангел, Нессел, Мерон и Винцет незамедлительно прекратят платить десятину.

Ф’нор был вовсе не против научиться какому-нибудь другому ремеслу, но Ф’лар отдал Южный континент во власть Древних, и где теперь всадникам выращивать еду? Что они смогут обменять на продукцию мастерских?

Вряд ли Ф’лар считал, что сумеет со временем восстановить отношения с Т’кулом, или?.. А может… в конце концов, никто не представляет, насколько велик Южный континент. За пустынями на западе или за неисследованными морями на востоке могли лежать другие, более гостеприимные земли. Может, Ф’лар знает несколько больше, чем говорит?

Возле уха Ф’нора жалобно запищала Гралл и вцепилась в меховое одеяло возле его плеча. После купания ее мягкая шкурка отливала золотом. Он погладил ящерку, думая, нужно ли ей масло. Она росла, но не с такой чудовищной скоростью, как драконы в первые несколько недель после вылупления.

Похоже, его мысли беспокоили ее не меньше, чем его самого.

– Кант’?

Дракон спал, что странным образом утешило Ф’нора.

Улегшись поудобнее, он закрыл глаза, полный решимости отдохнуть. Он почувствовал, как Гралл, успокоившись, прижалась к его шее в изгибе плеча, и подумал: как там дела у Брекки в Плоскогорье? Как там ее маленький бронзовый – так же с трудом привыкает к жизни в пещерах, как и Гралл? В его памяти возникло лицо девушки – не такое, каким он видел его в последний раз, встревоженное и озабоченное внезапными сборами после того, как на ничего не подозревающий Южный Вейр обрушился Т’кул, – но полное любви и нежности. Скоро, подумал он, она будет с ним – и уж он постарается, чтобы она не выбивалась из сил, сражаясь за всех подряд, только не за себя. Он сообразил, что сейчас она наверняка спит, поскольку в Плоскогорье еще ночь…

* * *

Но Брекка не спала. Она внезапно проснулась, как это с ней обычно бывало по утрам, – однако сейчас ее окружало не просто темное безмолвие пещеры вейра, но кромешная ночная тьма. Единственным источником света были глаза Берда, ее файра, который тоже встрепенулся, тревожно крича. Брекка погладила его, прислушиваясь, не проснулась ли Вирент’а, но королева крепко спала на своем каменном ложе.

Брекка попыталась заснуть снова, но сразу же поняла, что это бесполезно. Может, в Плоскогорье и была ночь, но в Южном уже светало, и ее тело привыкло к определенному ритму. Вздохнув, она встала, успокаивая взволнованно порхавшего вокруг Берда. В конце концов он присоединился к ней в купальне и стал плескаться в теплой воде с остатками очистительного песка. Потом, усевшись на скамью, он стал прихорашиваться, издавая чувственные трели, которые всегда забавляли девушку. В каком-то смысле она была рада, что может встать пораньше и, пока никто не мешает, заняться делами, которых на новом месте просто выше головы. Требовалось спланировать самое насущное. Свежей еды не хватало. Т’кул оставил им самых старых и тощих мясных животных, худшую мебель, забрал большую часть тканей, древесины и кожи, а также все вино и не позволил жителям Южного вывезти свои запасы. Будь в ее распоряжении хотя бы два часа, или если бы кто-то предупредил заранее…

Девушка вздохнула. Мерика явно управляла хозяйством Вейра даже хуже, чем Килара, поскольку в Плоскогорье все пришло в полное запустение. Холды, платившие десятину Вейру Плоскогорье, не собирались им помогать. Возможно, стоит поговорить с Ф’нором… нет, это будет свидетельствовать, что сама она ни на что не годна. Сперва нужно составить перечень всего, что у них есть, выяснить, в чем они больше всего нуждаются, понять, что можно изготовить самим… Мысли Брекки прервались: она поняла, что нужно привыкать к совершенно иному образу жизни, целиком зависящей от щедрости холдов. В Южном Вейре у нее постоянно хватало работы, а в мастерской ее отца всегда можно было сделать все необходимое из подручных материалов. Что-то можно было вырастить, а без чего-то обойтись.

– Килара уж точно ничего не станет делать своими руками! – пробормотала Брекка, надевая летную куртку, которая была теплее и меньше стесняла движения. Раз уж придется копаться в складских пещерах…

Ей не нравился остролицый Мерон, лорд Набола, а мысль о том, чтобы оказаться у него в долгу, внушала отвращение. Наверняка есть и другой выход.

Когда Брекка проходила мимо Вирент’ы, та пошевелилась, и ее шкура блеснула в темноте. Она спала столь крепко, что девушка даже не погладила ее по морде. Драконица вчера тяжко потрудилась. Неужели это было только вчера?

Берд издал столь самодовольную трель, пролетая мимо королевы, что Брекка невольно улыбнулась. Мысли его были прозрачны, будто вода в бассейне. Да, вода… нужно выяснить, правду ли говорила Ранелли насчет воды в озере Вейра. Старуха накануне вечером горько жаловалась, что люди Т’кула преднамеренно загадили