Утонувший великан - Джеймс Грэм Баллард

– Абсолютно. Тот же самый лоб и те же глаза; мать, много лет назад потерявшая мужа, наша знакомая по делу с виллой. Впрочем, похоже, этот парень по-настоящему мозговитый. Ай-кью зашкаливает за триста. Блестящий ум.

– Я читаю сценарий. Проблема в другом: я ни разу не увидел программы в эфире. Кстати, где это?

– В Хевроне.

– Это где?

– Недалеко от Иерусалима. В Израиле.

– Израиле?

Я положил телефонную трубку. В глубине сознания что-то щелкнуло. Израиль! Ну конечно! Все стало на свои места. Двенадцать молодых мужчин, занимающих ключевые места во власти, контролирующих все от правительств США, Советского Союза и Китая до правил запуска спутников, международных финансов, ООН, большой науки, молодежного и протестного движения. Среди них был даже Иуда, Джулиано Кальдаре из коза ностра. Теперь это было очевидно. Я всегда думал, что эти двенадцать работают на какую-то загадочную организацию, на самом же деле они сами и были организацией. Они ждали нужный момент. Когда родится этот ребенок, к его появлению все будет подготовлено надлежащим образом: спутники связи будут держать его в поле зрения, заработают горячие линии, армии всего мира будут обездвижены. На этот раз ошибок не будет.

Через час я перезвонил Чарльзу.

– Чарльз, – начал я, – я знаю, что происходит. Израиль…

– О чем ты?

– Израиль. Неужели ты не понимаешь, что Хеврон рядом с Вифлеемом?

Возникла напряженная пауза.

– Джеймс, во имя всего святого… Ты ведь не думаешь, что?..

– Конечно. Двенадцать молодых мужчин, к чему еще они могут готовиться? И почему арабо-израильская война закончилась всего через два дня? Сколько лет этому парню?

– Тринадцать.

– Скажем так, еще десяток лет. Господи, у меня такое ощущение, что он проявит себя!

Когда Чарли запротестовал, я передал трубку Джуди.

Кстати, я абсолютно уверен в своей правоте. Я видел фотографии Иешуа Герцля, сделанные во время пресс-конференции. Парень оказался колючий, он явно поддразнил коекого из репортеров. После этого он куда-то исчез, но я не сомневаюсь, что его мать теперь имеет превосходную виллу с белыми стенами неподалеку от Хайфы или Тель-Авива.

А в обсерватории «Джодрелл Бэнк» скоро появится новый огромный радиотелескоп. Когда-нибудь, совсем скоро, мы кое-что увидим на небе.

1967

The Comsat Angels. Первая публикация в журнале Worlds of If, декабрь 1968.

Зона поражения

Перевод А. Бушуева, Т. Бушуевой

Во влажный предрассветный воздух поднимался дым подбитого бронетранспортера. С холма майору Пирсону хорошо просматривалась серебристая спина реки, протекавшей в трех сотнях ярдов от командного пункта. Превращенные артиллерийским огнем в земляную крошку, берега обрушились в бесчисленные воронки, которые были оставлены снарядными взрывами. Вода разлилась по лугу, вся в пятнах дизельного топлива, вытекшего из топливных баков бронетранспортера. Подкрутив тонкими руками резкость бинокля, Пирсон навел его на деревья на противоположном берегу. Река была чуть шире обычного ручья, в глубину – лишь по пояс взрослому человеку, а вот поля по обе ее стороны были ровными, как бильярдные столы. Поднявшись со своих баз в городе, многочисленные американские вертолеты уже кружили над долиной, словно неразумные птицы, наполняя воздух оглушающим стрекотом.

Угодивший в водительскую кабину снаряд взрывом вынес двери бронетранспортера и лобовое стекло. Над залитым водой лугом мигнула вспышка, на мгновение осветив вытертые буквы на мемориальной плите, служившей задней стеной командного пункта. Пирсон поднял глаза, наблюдая за полетом вертолетов поблизости. Они нарезали круги над автомобильным мостом через реку, примерно в миле от него, слишком далеко, чтобы заметить подбитую машину и разбросанные вокруг нее мертвые тела. Засада, хотя и удачная, не была заранее спланированной. Когда отряд Пирсона готовился переправиться через реку, бронетранспортер слепо выехал на прибрежную дорогу.

Пирсон надеялся, что если повезет, то переправу на тот берег отменят, и вместо этого им прикажут отступить в горы. Он дрожал от холода в своей поношенной форме. Вчера утром капрал Бенсон снял штаны с мертвого пулеметчика-морпеха, и у него не было времени отстирать запекшуюся кровь на бедрах и талии.

Позади мемориала располагался сложенный из мешков с песком вход на склад. Здесь сержант Таллок и семнадцатилетний лейтенант, присланный накануне вечером из роты новобранцев, колдовали над полевой радиостанцией – заново соединяли проводами наушники и батарею. Вокруг огневой позиции расположились три десятка человек Пирсона. Возле их ног были навалены кучи оружия, ящики с боеприпасами, катушки телефонных проводов. Изнуренные пребыванием в засаде, они слишком устали, чтобы форсировать водную преграду.

– Сержант… Сержант Таллок! – позвал Пирсон, намеренно огрубляя свой хорошо поставленный голос школьного директора. Как он отчасти и ожидал, Таллок его проигнорировал. Зажав зубами два конца оборванного медного провода, он продолжил заниматься починкой радиостанции. Хотя партизанским отрядом командовал Пирсон, реальная инициатива исходила от этого шотландца. Служивший до высадки американцев шесть лет назад в полку Гордонских хайлендеров, сержант сразу же вступил в один из первых партизанских отрядов, ставших ядром Национально-освободительной армии.

Таллок открыто хвастался, что вступить в партизанскую армию его привлекла возможность убивать англичан. Пирсон частенько задумывался о том, в какой мере сержант все еще отождествлял его с марионеточным режимом Лондона, поддерживаемым американскими оккупационными войсками.

Как только он вылез из противовоздушной щели, враг открыл с траверса автомобильного моста артиллерийский огонь. Пирсон притаился за постаментом мемориала, вслушиваясь в тявканье тяжелых минометов, которые вели огонь из американского анклава в пяти милях к западу отсюда. Там вот уже несколько месяцев девятьсот артиллеристов морской пехоты США держали оборону под натиском двух мятежных дивизий. Поддерживаемые боеприпасами, которые сбрасывали им с вертолетов, американцы воевали, засев в бункерах и обстреливая противника из семидесяти пушек тысячами снарядов в день. Луга вокруг этого анклава представляли собой изрытую воронками лунную поверхность, залитую водой.

Влажный воздух пронзал вой снарядов. От взрывов содрогалась почва, осыпая все вокруг комьями земли. Между взрывами раздавались звуки стрельбы из автоматического оружия – это начались попытки атаковать мост. Перебросив ремень автомата «стен» через узкое плечо, Пирсон снова бросился в туннель.

– Что нас сдерживает, сержант? Эту рацию нужно было проверить еще в расположении батальона!

Он потянулся к заляпанной грязью консоли, но Таллок гаечным ключом отвел его руку в сторону.

– Я починю ее вовремя, майор, – огрызнулся он, не обращая внимания на робкое приветствие лейтенанта. – Или вы хотите отступать прямо сейчас?

– Мы выполним приказ, сержант, когда – и если – вы почините эту рацию, – ответил Пирсон, стараясь не смотреть лейтенанту в глаза.

– Починю, можете не волноваться.

Пирсон отстегнул ремешок каски. За три