Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

пару минут назад приходилось кричать, чтобы перекричать вой ветра! Куда делся ветер?! Я дёрнулся, пытаясь приподняться, но не успел. В голове помутилось и я упал на маки. Спать. Последняя мысль была о том, что сон этот, пожалуй, будет вечным.

Опять загадки!

Если голова болит, значит она есть.

Николай Фоменко.

Голова трещала, тело было, словно воздушный шар, набитый мокрой ватой и накачанный горячим воздухом. Пальцы дрожали, а руки не слушались. Но, больше всего болела голова. Перед глазами всё качалось и плыло. И ещё, иногда, вдруг принимало кроваво-розовый оттенок. С тяжким стоном я оторвал голову от земли. Сразу подступила такая тошнота, что я вынужден был уронить голову обратно на землю.

Стоп! Я, что, не умер? Я же должен был сдохнуть среди маковых цветов! Как раскалывается голова! Где я? Что со мной?

Невдалеке послышался протяжный стон и нечленораздельные ругательства. Кто здесь?! Преодолевая боль в висках я приподнял голову, ровно настолько, чтобы осмотреться. А, это друзья. Живы. Вон, стоит на четвереньках Клаус и тяжело водит опущенной головой из стороны в сторону, вон пытается перевернуться со спины на живот Велль, беспомощно водя руками со скрюченными судорогой пальцами… Джулия?.. Где Джулия?!! А, вон и она, лежит на боку, опираясь на выставленный локоть и пытается приподняться с земли.

Опять накатило бессилие и моя голова упала. Так, отдышаться, и пробуем встать. Что у меня на груди? Что-то тяжёлое, словно наковальня. Не спихнуть. Или это руки не повинуются? Не могут выполнить простейшего движения?

- Лёха!.. Жив?.. – появилась в поле моего зрения голова Клауса. Какая-то бледно-зелёная голова с покрасневшими глазами, – Ну, ты волшебник, Лёха! С большой буквы! Спасибо тебе!

- За что? – с трудом выговорил я непослушными губами. Очень хотелось умереть. Чтобы прекратилась, наконец, эта адская боль в голове.

- Ты же нас всех спас! – убеждённо сказал парень, – Во!

Я с трудом приподнялся и посмотрел, куда он тычет пальцем. Ни фига себе! Вокруг нас, почти на километр, был выжженный круг земли. Ни одного макового цветочка!

- Ребята! – мысленно воззвал я. Даже мысленно, это получилось слабо.

Они явились мгновенно. Трое подчёркнуто держались вместе, а воздушный остался в одиночестве. Господи! Ну и вид у этого воздушного! Зелёная тряпочка это, а не белый и пушистый воздушный элеменаль!

- Вы… чего? – обвёл я их туманным взглядом.

- Он… вот этот… чуть тебя не погубил! – яростно воскликнул земляной – Если бы огненный не догадался выжечь вокруг вас поле… Скажи, водяной!

- Было бы плохо, – подтвердил водяной элементаль, – Оно и сейчас плохо, а было бы совсем плохо!

- Мы с этим воздушным больше… ни за что! Никогда! – добавил огненный.

- Я себя не контролировал, – прошептал воздушный и сник.

- А нужно было контролировать! – взорвался земляной.

- Та-а-ак… – даже мысленно говорить было трудно. Но нужно, – Ребята, как по-вашему, я дурак?

- Ты что, Лёха, ты что? – залебезил водяной, – Ты наш хозяин! Ты лучший!

- Я не про то, что лучший или худший. Я про умственные способности. Я дурак?

- Нет! – твёрдо сказал земляной, – Ты умный и рассудительный!

- Смекалистый! – подтвердил водяной, – И догадливый!

- Мудрый человек! – не остался в стороне огненный.

- Светлая голова! – пискнул воздушный со стороны и понурился.

- Хорошо! – подвёл я итог, – Тогда вы должны знать, что полез я в эту авантюру с маковым полем, твёрдо рассчитывая на то, что если я почувствую себя плохо, я всегда смогу упрыгать отсюда с помощью сапог Йоты. И сам спасусь, и друзей спасу. Но, я себя плохо не чувствовал! Это коварное состояние, похожее на опьянение. Каждый раз кажется, что ещё одна рюмочка не повредит. Хотя на самом деле давно пора тормозить. Но, голова этого уже не осознаёт. Так и здесь. Первое, что делает подлый аромат маковых цветов, это выключает механизм самоконтроля! Тебе кажется, что всё в порядке, а на самом деле ты уже невменяем. И не сознаёшь этого. А, про воздушного, особая речь. Я должен был предусмотреть, что он запахам подвержен. Каждый читал что-то подобное: «Прохладный ветерок был напоен запахом вишни и жасмина». Ну, или ещё что-то похожее. Напоен! То есть, полон запаха до краёв! А я забыл про такую возможность! Вот, скажи мне, водяной, ты запахи различаешь?

- Н-нет…

- Правильно! Иначе, ты тоже потерял бы сознание! А ты, огненный? Земляной?

- Нет…

- Нет…

- Поэтому вам не понять. Но, воздушный не виноват! Он оказался не готов к такому повороту, также, как и я. Не более, не менее. Жаль, что вам не понять.

- Если это похоже на опьянение, то мне понять, – внезапно сказал водяной, – И тогда я воздушного не осуждаю! Я понимаю механизм воздействия алкоголя на сознание!

И водяной протянул лапку воздушному. Тот сначала не поверил. А потом радостно ухватился за неё и принялся трясти, бормоча:

- Не виноват я! Правда, не виноват! Если б у меня , хотя бы краешек сознания в норме был, да, разве б я… эх!

- Но только, если это первый раз! – сурово добавил водяной, – Второй не прощается!

- Ну, вот и разобрались, – облегчённо вздохнул я, наблюдая, как к водяному присоединились с рукопожатиями и земляной и огненный, – Кстати, кто из вас, хулиганов, додумался такое изумительное, такое волшебное, такое чудесное, красивое, очаровательное поле вокруг нас, сжечь?

Огненный опасливо подобрался.

- Это та часть меня… который новенький. Который от Спаута ши Денжера. «Давайте, – говорит, – сожжём вредные цветочки к энтой бабушке!». Он, вообще, любитель жечь всё подряд. Иногда чрезмерно крут бывает. Ну, мы посовещались, и решили: сожжём! Хуже не будет!

- Молодец! – устало закрыл я глаза, – Если бы не он, то остались бы вы без хозяина!

Огненный тут же расцвёл от радости, в виде огненного цветочка.

- А я тоже помогал! Я тоже! – тут же вылез земляной, – Я корешки этого мака из земли выковыривал! Чтобы ни кусочка, не сожжённого, не осталось!

- Тоже молодец! – согласился я, – Так, воздушный валялся в отключке… а ты, водяной, что же не помог хозяину и его друзьям?

- Чем мог – помог, – хмуро пробормотал водяной и я теперь заметил, какой