Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

- Подожди! – удивилась Велль, – А разве монеты Термента всё ещё имели хождение в Пилании?

- Имели, – усмехнулся Клаус, – Ещё как имели! Тот же казначей убедил короля, что для единовременной замены всех терментских золотых монет на местные, в королевской сокровищнице попросту не хватит денег. Поэтому, предложил такую замену делать постепенно, незаметно для народа.

- Понятно… – сказала Велль, – На этих четырёх граммах из шестидесяти королевство Термент и получало прибыль?

- Вовсе нет! – возмутился Клаус, – Это был бы слишком тоненький ручеёк!

- Как? – теперь и я удивился, – А какие ещё прибыли? А-а-а! Это, наверное, были фальшивые монеты?

- Эх, Лёха! – печально вздохнул парень и неожиданно хихикнул, – Я думал, ты сразу поймёшь гениальный план Готлиба ши Денжера! Ну, ладно, я поясню. После первого обмена монет на чистое золото, Готлиб ничего в Термент не отправил. Из полученного золота он начеканил новых терментских золотых тавлеров! Терментских! Сам! Не спрося разрешения даже у собственных королей! Опять обменял их на золото, и опять начеканил собственных монет. Один в один с настоящими, которые чеканили на королевском монетном дворе Термента! Полновесные! Из чистого золота! Не фальшивые! Не надо подозревать моего предка в мошенничестве!

- Тогда откуда дополнительная прибыль?

- Ну, как же! Ведь, король договорился с казначеем, что терментские монеты будут постепенно выводиться из обращения в Пилании! Теперь представь, приходит к нему казначей и с поклоном докладывает: в казначействе накопилось больше ста тысяч терментских золотых тавлеров. Что прикажете делать? Король отдаёт распоряжение…

- Переплавить! – воскликнула Велль, – Переплавить монеты в простое золото!

- Правильно! – улыбнулся Клаус – Терментские золотые талверы переплавлялись в бруски и, конечно, попадали в обменные пункты, где обменивались опять на терментские деньги! Ведь они не запрещены официально и имеют свободное хождение в стране! А получить именно их выходит дешевле, чем местные, пиланские монеты. А из вырученного золота часть отправляется в королевскую казну Термента, и из остальной части чеканятся опять же терментские золотые тавлеры! А через какое-то время казначей опять докладывает королю, что казна переполнена терментскими монетами! И опять их плавили и отправляли в обменный пункт! И каждый раз, при каждом превращении золота в монету, а монеты опять в золото, четыре грамма из шестидесяти становились терментскими, а не пиланскими! Очень скоро в Термент хлынул уже не золотой ручеёк, а полновесная золотая река! Посчитайте сами: через пятнадцать таких оборотов золотая монета из пиланского золота полностью станет терментской. Полностью! Мало того! Король Пилании, который на хозяйстве, был озадачен, испуган и ошарашен тем, что в королевской казне скапливаются не пиланские золотые тавлеры, а терментские! Он был шокирован! Получалось, что Термент вовсе не такое бедное государство, как о нём рассказывают! И что, это экономика Пилании может не выдержать конкуренции, а не наоборот!

- Два года, – прикинул я, – Максимум два года может длиться подобная афера. Пока не раскусят.

- Верно, – согласился Клаус, – Это длилось примерно два года. Потом Готлиба ши Денжера схватили и казнили отсечением головы. Но за эти два года он сумел заработать для своего королевства столько, что хватило собрать, вооружить и прокормить огромное войско, включая большое количество наёмников. И в грандиозном сражении при озере Пичитта терментцы одержали величайшую победу, а пиланцы понесли сокрушительное поражение. Что в свою очередь явилось предпосылкой для дальнейшего проведения Великого Передела. Захвата остальных королевств. Конечно, после того, как золотые рудники перешли в ведение Дукаса Мачуса! А роду ши Денжеров, в благодарность за бескорыстную помощь королю и в память Готлиба ши Денжера, разрешено чеканить монету наряду с королевским монетным двором! Ибо, как сказано в указе: «Мы верим, что каждая монета, отчеканенная сим благородным родом, пойдёт на пользу государству»!

- Н-да! – пробормотал я, – Достойно уважения! Только, послушай меня, Клаус, не торопись чеканить много денег из змеюки!

- Почему? – удивился парень.

- Иначе будет девальвация, – пояснил я.

- Дева… какая? – не понял Клаус.

- Слишком много золота появится на рынке. Слишком много золота, не обеспеченного товаром. А значит, товар начнёт стремительно дорожать! Пока вновь не придёт в равновесие. И породистый конь будет стоит не два золотых тавлера, а пять! Это на пользу империи?

- Н-нет… наверное …

- Вот видишь! Конечно, для своих нужд кое-что можно использовать, так, по мелочи. Но большой вброс золота… нет, не советую!

- Я учту, – серьёзно кивнул мне Клаус.

После прогулки, когда мы обедали и болтали обо всём, Клаус протянул мне золотую цепочку, довольно внушительную на вид.

- Что это? – полюбопытствовал я, рассматривая цепь поближе.

- Это то, что ты прижимал к своей груди на маковом поле, – пояснил Клаус.

- Не может быть! – удивился я, – Мне удалось вырвать у вора палку, вот её-то я и прижимал к груди!

- Не знаю, – пожал плечами парень, но, когда я подошёл к тебе, у тебя на груди была цепочка. И ты её судорожно прижимал к себе. А потом пополз к девушкам и она упала. А я подобрал.

- Опять Йотины штучки! – возмутилась Велль.

- Это можно проверить, – негромко вставила Джулия, – Если на пергамете появилась новая надпись, значит, мы добыли четвёртый артефакт. Если надпись не появилась, значит, артефакт от нас ещё скрыт.

Я полез в карман. Да, новая надпись появилась. Но, какая! Я два раза прочитал её про себя, но так ничего и не понял. Потом плюнул и озвучил вслух:

Овёс расцвёл, как вещий знак,

Могила ищет дурака,

Удав на кролика напал,

Таится хищник до прыжка.

Повисла тишина.

- Это же просто набор слов! – вспыхнул Клаус, – Каждое слово, само по себе, имеет смысл, а вместе – нет! Лёха, скажи, там нет какого-то прямого указания, ну, вроде города Тарга или слияния рек? Или, хотя бы, скалы в виде кончика стрелы?

- Нет, – покачал я головой, – Только то, что я прочитал.

- Бессмыслица! – махнула рукой Велль, – Совершенно непонятно! Например, напал удав на кролика, или ещё таится до прыжка? И, вообще, не помню, чтобы удава называли хищником. Он, конечно, хищник, а не травоядный, но… как-то не принято его так называть. Змея и змея. Потом, почему