Возвращение - Марцин Подлевский

Все было кончено: «Кармазин» победил. Прыгун выжал из себя все возможные запасы энергии, но так и не смог вырваться из-под власти волновика.

— История любит повторяться, Грюнвальд, — услышали они голос Анны, обращенный к ним широким контактным лучом. — И сейчас все закончится точно так же.

Миртон выругался. И тут станция Палиатива превратилась в белый огненный шар.

На них обрушилась взрывная волна, которая — почти мгновенно — начала засасывать их в гравитационную воронку новорожденной глубинной искры. Волновик отпустил их; мгновение они дрейфовали, не понимая, что происходит. «Кармазин» исчез с мониторов, которые показывали рассеянную муть. Они были свободны, но уязвимы: Сердце выдавало случайные сообщения, Импринт, внезапно погасший и вновь восстановившийся, слабел и угасал, программное обеспечение было заморожено — и все это из-за взрыва ядра «Кармазина», почти идентичного ЭМИ, который подвел их к пределу отключения.

— Напасть вас…! — услышали они полный ярости, возмущенный вопль Хаба. — Я не допущу этого, проклятое ничто! Я не допущу!

Но компьютерщику больше нечего было сказать. «Терра» возникла из хаоса, как призванный из Глубины фантом, — безжизненная развалина, с охваченным пламенем корпусом, полная стонов, заглушаемых пустотой. Они выпустили к прыгуну слабый луч захвата, и, возможно, сохрани «Лента» управляемость, у нее был бы шанс спастись. Однако прыгун был практически мертв, за исключением нескольких основных функций. В тишине, которая на палубе корабля казалась твердой, как камень, члены экипажа услышали, как закрываются сцепки и магнитный замок издает характерный жужжащий звук.

Все было кончено. Грюнвальд медленно отнял руки от навигационной консоли. Он молчал: ему нечего было добавить.

— Они взяли курс на крейсер, — бесстрастным голосом доложила Вайз. — Мы находимся в их гравитационном поле…

— Капитан, — заговорил компьютерщик из Сердца, — если я снова запущу программу, по вашему импринту мы сможем…

— Нет, — перебил его Грюнвальд. — Оставь все как есть. Хватит уже, Хаб.

— Я могу настроить авторежим…

— Достаточно, — повторил Миртон. — Если Сердце запустится, просто включи основные системы.

— Миртон… — прошептала Эрин, но Грюнвальд уже вставал из-за пульта.

— Это не стрипсы, — объявил он. — И мне надоело убегать. — Он взглянул на Хакл и Вайз, молча смотревших на него. — И вам, наверное, тоже. Я схожу в каюту за виски. — Он медленно указал в сторону выхода. — Не стесняйтесь, приходите в столовую, если кому-то захочется выпить.

После его ухода наступила тишина. Растерянная Эрин Хакл продолжала стоять неподвижно и вдруг, почти вопреки себе, слабо улыбнулась потрясенной Пин.

— Ну что, Вайз, — сказала она, сама удивляясь своему легкому тону. — Капитан приглашает.

— Я… — неуверенно начала Пинслип.

— Помоги мне, — призвала ее Эрин. — Если только я сразу не упаду на пол. Я немного обгорела…

— Прости, — задохнулась Вайз, вскакивая из-за навигационной консоли и поддерживая первого пилота, которая, несмотря на свои слова, шла довольно уверенно. — А Джаред? — спросила Пинслип, рефлекторно поворачиваясь к проходу в оружейную.

— Я не чувствую необходимости пополнять запасы дезинфицирующих жидкостей, — услышали они, и, это заставило их обоих разразиться хохотом, который так согнул Пин пополам, что она с трудом удержалась на ногах.

Эрин тоже засмеялась. Никогда не видела, чтобы Хакл смеялась, подумала Вайз, и это заставило ее хохотать еще сильнее.

— Слышу, вы веселитесь, — раздался ворчливый голос Тански. — А мы вот-вот доберемся до этого напастного крейсера…

— Давай, Хаб, — перебила его Эрин, едва сдерживая хихиканье. — Вылезай!

— Что?

— Вылезай, Напасть тебя подери! Потому что мы и без тебя все выпьем.

— Чокнутые, — послышалось в ответ, но короткий щелчок клавиш подсказал, что Тански перевел системы в режим автозапуска и выходит из своего уединения.

— Не было ли разговоров о вечеринке с выпивкой? — донесся из интеркома любопытный голос Месье. — Потому что если это миндальная моча, то я заказываю первую порцию.

***

Пока «Гром» медленно засасывал «Терру» и прикрепленную к ней «Ленту» прямо в открытый ангар, доктор Харпаго Джонс медленно, но верно шел к машинному отделению. Все потому, что ему кое-что пришло в голову.

Он вспомнил, что находился в полубессознательном состоянии. Он сидел, прислонившись к стене… лифта? Или, может быть, станции? Станции, покрытой льдом… и что над ним склонился Месье, который сказал… сказал…

У него почти получилось. Но мысль ускользнула. Доктор тряхнул головой, чтобы прояснить ее.

Что есть истина? Глубина — это как Плоскость… а я? Слышу ли я грохот льда? Или зов Пустоты, безграничного пространства? Я вижу их, и они шепчут. Говорят: «Эй… как дела, док?» Их губы совсем рядом с моим ухом. «Не проходит? Скоро пройдет». — обещают они. «Глупости, значит. Как ты себя чувствуешь, а?»

О нет. Здесь нет никаких чувств. Есть только Пустота. «Я должен был это сделать», — говорит существо. «Не было ни единого шанса. Миртон может говорить, что хочет, но я видел, как все было».

О да. Я тоже это видел. И теперь оно во мне. «Ты был бы мертвецом», — утверждает голос. «Что мне оставалось делать? Позволить вам умереть?»

Да, кивает доктор. Смерть была бы легче, чем прогулка по нижней палубе, покрытой холодным инеем. Это «Черная ленточка», а не «Лента». Теперь я понимаю. Призрак. Тишина. Конец. Безмятежность. Что такое безмятежность?

Безмятежность — это правда. «Я не виноват, черт возьми…»

Джонс сделал паузу. Замер на мгновение, раскачиваясь, как сломанный маятник. Голос все еще звучал внутри, но уже затихал, исчезал.

Харпаго кивнул, словно соглашаясь с каким-то скрытым собеседником, и решительно двинулся вперед, прямо на Месье, видневшегося в машинном отделении.

***

Капитанская каюта встретила Грюнвальда бодрым писком и включением аварийного освещения. «Лента» все еще не работала как положено, но ему не хотелось размышлять о последствиях этого факта. Вместо этого он подошел к бару и нажал на кнопку.

Его ждала непочатая бутылка миндального виски, слегка охлажденная. В шкафчике лежало еще несколько таких же, но Миртон не считал, что у них есть время для настоящей вечеринки. Когда прыгун приземлится в ангаре, им сначала пришлют запрос на открытие, а затем — группу захвата. Что касается первого, то он не собирался открывать им дверь. По крайней мере, пока не выпьет со своей командой. Парни этого… как его звать? Капитан Пикки Тип? Что ж, отважной команде Типа придется подождать.

Он