Сияние вечного пламени - Пенн Коул

Королева Фауноса глянула на меня с сочувствием:

– Не обижайся. Ему бы только убить кого-нибудь, другие темы не интересны.

Мы пошли дальше по дорожке, с обеих сторон окаймленной густым кустарником и высокой травой, в которой ярко алели одинаковые цветы.

– Что это за цветы? – спросила я. – На континенте я таких не видела.

– Даст Клан, и не увидишь, не то нам всем придет конец.

– Не случится такого, – вмешался шедший впереди нас король Фортоса. – У моих солдат все под контролем.

– Арборос! – вдруг вскричала королева Фауноса и обвиняюще ткнула пальцем в белокурую женщину слева от нас, на голове которой красовался венок из переплетенной зелени с постоянно цветущими цветами. – У меня на тебя зуб из-за нашей границы!

– Оставь свои зубы себе, Фаунос. – Королева Арбороса говорила спокойно, держалась сдержанно, но, судя по блеску изумрудных глаз, кротостью совершенно не страдала. – Если речь снова о смертных…

– Тебе известно, что мое королевство для смертных закрыто. Либо пусть не сходят с Кольцевой дороги, либо пусть остаются в Арборосе.

– Живые существа должны плодиться и размножаться. Тебе, может, нравится нарушать законы природы, а я не буду. Если твои границы нуждаются в защите, обсуди это с ним. – Королева Арбороса показала на короля Фортоса, который, казалось, оживился в предвкушении новой битвы.

– Либо ты не пускаешь тех шавок в мои джунгли, либо я сделаю так, чтобы ни одна пчелка или бабочка в твоем королевстве больше не размножалась.

– Ты не посмеешь! – прошипела королева Арбороса, откидывая назад свою отороченную мхом мантию. – Фаунос, нам нужны те опылители.

Женщины угрожающе двинулись друг к другу, продолжая ссориться. В их словах было все больше угроз, и глаза короля Фортоса азартно заблестели.

– Я тут справлюсь, – заверил он меня, направляясь к королевам. – А ты иди дальше.

– Куда мне идти? – спросила я, оглядывая бескрайний простор открытой местности.

– Просто вперед. Все дороги на острове ведут к Храму. – Король Фортоса затих и бросил на меня надменный взгляд. – И никуда не сворачивай. До коронации сходить с тропы запрещено.

Я раздумывала, не остаться ли мне понаблюдать за этим зрелищем, и, ухмыляясь, представляла, как потом расскажу обо всем Лютеру. Но если король Фортоса впрямь знал про моего отца, провоцировать его вспыльчивость не казалось лучшим способом завоевать доверие.

Я зашагала дальше и вскоре потеряла троицу монархов из вида. За дикими зарослями показался темный силуэт Храма Клана. Круглая платформа возвышалась над островом, почти со всех сторон ее окружали изысканные арки, увенчанные высокими тонкими обелисками. Все было построено из черного как ночь камня, блестевшего в лучах полуденного солнца.

Богокамень. Он прочнее металла и насыщен смертельно опасным ядом, который может убить Потомка. Никто точно не знал, принесли ли его члены Клана из мира, где жили раньше, или создали своей божественной силой, но богокамень был очень редким и очень востребованным.

Члены Клана не только построили Храм из этого загадочного материала, но и оставили по тайнику с оружием из богокамня каждому из первых монархов-Потомков. Но во время Кровавой войны часть того оружия попала в руки мятежников, поэтому монархи договорились изъять его и уничтожить.

Единицы того запрещенного оружия до сих пор мелькали на черном рынке по баснословным ценам, но даже Потомкам попадались редко.

Видеть такой огромный массив богокамня казалось нереальным. Мой взгляд скользил по замысловатому сооружению, черный камень блестел, как поверхность озаренного солнцем моря, и на задворках памяти что-то встрепенулось. Что-то знакомое. Что-то важное, но недосягаемое.

Где-то неподалеку зашептались. Я обернулась, ожидая увидеть троицу монархов, которых оставила на дорожке, но не увидела ни души.

– Эй, кто здесь? – позвала я.

Взгляд зацепился за движение в траве. Я подкралась ближе, вглядываясь в колышущиеся былинки, которые снова замирали.

– Здесь кто-нибудь есть? – прокричала я.

С гравиевой дорожки я сошла на упругую землю и, сделав несколько шагов, оказалась в высоком кустарнике. Я поддела корни носком, надеясь вспугнуть дикое существо, которое меня взбудоражило.

– Эй, кто здесь? – снова позвала я, на этот раз тише, сделала еще шаг вперед и замерла, как научилась за годы охоты в лесу, навострив зрение и слух на малейший шорох.

Целая минута прошла в молчании, и мне стало неловко. Кёриль был самым охраняемым местом в Эмарионе – что я рассчитывала найти?

Закатив глаза от собственной глупости, я повернулась к Храму и, наклонившись, сорвала несколько красных цветов с их длинных, тонких стеблей. Я поднесла цветы к носу, зажмурившись, медленно вдохнула…

У меня тотчас напряглась спина.

Аромат был свежий, с дымными нотами, как у далекого камина холодной зимней ночью, с оттенком ярких цитрусов. Этот аромат я знала хорошо – даже слишком хорошо.

Вспомнились бессчетные утра, когда я сидела за кухонным столом, дразнила брата, а мама наливала мне чай. Я почти чувствовала горячий пар, поднимающийся к губам, и горький вкус на языке. В воспоминаниях я увидела то, что стояло на разделочном столике, – пузырек-полумесяц, полный ярко-алого порошка. Того же самого цвета, что лепестки, вянущие у меня в кулаке.

Огнекорень!

Эти цветы явно лежали в основе порошка, с помощью которого мама подавляла мои характерные для Потомков способности.

Ну конечно! Раз сама земля острова способна нейтрализовать магию, цветы, несомненно, обладают тем же свойством. Это объяснило бы, почему король Фортоса так их охранял и почему других монархов так пугала возможность того, что они растут на материке.

Но раз эти цветы растут лишь здесь, как мама доставала их в таком количестве? И почему Лютера так расстроило то, что она давала порошок мне?

В глубине зарослей вспыхнул яркий свет, как от солнца, отраженного от металла. Я постаралась что-нибудь рассмотреть сквозь листву высоких кустов.

– Эй, кто здесь? – в очередной раз позвала я.

– Что ты делаешь, мать твою?!

Я обернулась, услышав резкий мужской голос. За спиной у меня стояли монархи Фортоса, Арбороса и Фауноса.

– Я же сказал тебе не сходить с дорожки! – Король Фортоса бросился ко мне, схватил за руку, выбил у меня из ладони мятые красные лепестки. – Эти цветы собирать нельзя без разрешения всех девяти монархов.

– Ничего я не собирала, – едко парировала я. – Мне послышались голоса, вот я и пошла разведать.

– Ты думала, цветы с тобой говорят? – смеясь, спросила королева Фауноса. – Может, твое место в Арборосе, а не в Люмносе.

Лицо королевы Арбороса стало задумчивым. Выступив вперед, она опустилась на колени у зарослей полевых цветов и провела пальцами по их мягким лепесткам.

– Хотелось бы мне поговорить с этими красавцами. Думаю,