Сияние вечного пламени - Пенн Коул

Он поднял дрожащий палец и обвиняюще показал на меня:

– Ты не королева Люмноса. Ты самозванка.

Я покачала головой и попятилась от него, в отчаянии глядя на других монархов – вдруг кто-то из них за меня вступится? Все они застыли от шока, одинаково не в силах осмыслить только что увиденное.

Все, кроме королевы Умброса.

Ее лицо дышало невозмутимым спокойствием, губы растянулись в холодной всезнающей улыбке.

– Это она! – крикнула я, тыча в нее пальцем. – Она это сделала! Она что-то знает, она была в Люмносе, она…

В глаза бросилась вспышка ярко-медного. Раздался голос.

Голос, который я знала и любила до глубины души. Голос, который я надеялась снова услышать восемь долгих месяцев. Голос, окликающий меня так, словно от этого зависела моя жизнь.

Карие глаза выпучены, лицо перекошено от страха – из диких зарослей сразу за Храмом Клана моя мать бросилась ко мне с распростертыми объятиями.

– Дием! – кричала она. – Дием, беги!

С оглушительным грохотом, вспышкой огня и разлетающимися обломками все взорвалось.

Мой мир погрузился во мрак.

Эпилог

Где-то на острове Кёриль…

Когда первые монархи поднялись по ступеням Храма, сердце Орели Беллатор едва не лопнуло от радости.

Восемь месяцев Орели пряталась на этом ужасном острове, жила среди теней своего прошлого, считала каждый прошедший день. Наконец ее терпение начало давать плоды. Через несколько часов она снова окажется в объятиях мужа и прижмет к груди своих драгоценных детей.

Разлука с родными была для нее пыткой. Каждое утро она просыпалась с их именами на устах, каждый вечер проваливалась в сон, представляя себе их лица. Знай Орели, что миссия так затянется, она могла отказаться от своих планов или, по крайней мере, посвятить в них мужа и детей.

Орели гадала, где сейчас ее близкие. Верят ли они еще, что она жива, надеются ли на ее возвращение? Представив, какое счастье отразится на их лицах, когда она вернется в скромный домик на болоте, Орели широко улыбнулась.

Конечно, родные могли разозлиться. Орели была готова к их негодованию, к требованиям ответить на их вопросы. Она лишь надеялась, что в итоге они поймут, сколь важна была эта миссия, сколь необходима их жертва во имя общего блага.

Еще один монарх поднялся по ступенькам Храма, и у Орели сердце замерло.

Так близко! Она была так близко к возвращению домой.

Орели высунулась из кустов, насколько позволила смелость, силясь разобрать, которые из монархов присутствуют. Яркое солнце жгло и заставляло слезиться глаза. За последние месяцы Орели превратилась в ночное существо, передвигающееся под покровом тьмы, чтобы не заметили с военных кораблей, которые ходили у самых берегов острова. Она беззвучно отругала себя за то, что не потратила несколько дней на то, чтобы глаза привыкли к силе полуденного солнца.

Орели снова спряталась в высокой траве и закрыла глаза. Она мысленно обошла остров, повторяя свои перемещения за последние месяцы, дабы убедиться, что не осталось следов, позволяющих установить ее личность.

После сегодняшнего монархи начнут прочесывать остров в поиске улик, и Орели не могла рисковать тем, что они выйдут на нее или на ее родных.

Орели заглянула в тяжелую сумку, стоявшую сбоку от нее. Банки с ярко-красным порошком наполняли сумку до краев. Помимо этого, немалое количество порошка было спрятано в неглубокой яме возле люмносского причала. Если все пройдет по плану, Орели заберет его до побега, обеспечив себя запасами на доброе десятилетие, а если план сорвется, у нее останется эта небольшая партия, которая позволит прятать дочь еще несколько лет.

Впрочем, прятать долго не получится. Даже огнекорню не под силу ускорить старение Потомков. Вскоре Орели придется раскрыть правду, которую она отчаянно скрывала последние два десятилетия. Вскоре, но не сегодня и, если повезет, не в ближайшие годы.

Тихий шорох травы за спиной сообщил Орели, что рядом есть кто-то еще.

Не успела она отреагировать, чужая ладонь зажала ей рот. Другая рука обвила ей грудную клетку, прижав руки к бокам, и притянула к торсу мужчины с твердыми, как камень, мышцами.

Орели даже не попыталась закричать: на острове спасать ее было некому. Вместо этого она металась, как дикая кошка, локтем колотила напавшего по ребрам, запрокидывала голову, чтобы разбить ему лицо.

Неподвижный как камень, он даже не дрогнул, поддразнив ее негромкой усмешкой:

– Теперь ясно, в кого твоя дочь такая.

Орели замерла: эти слова напугали ее до дрожи, и почувствовала аромат мха и кедра, когда мужчина зарычал ей на ухо:

– Тебе предстоит многое объяснить, Орели Беллатор.

Она узнала голос, и кровь в ее жилах застыла от ужаса. Орели заставила себя расслабиться, а мужчина разжал тиски и выпустил ее.

Орели вытащила кинжал из висящих на боку ножен и резко повернулась к нему лицом:

– Если обидишь мою Дием, я…

Неподалеку послышался голос:

– Эй, кто здесь?

Мужчина поднес палец к губам, веля Орели молчать, и бросил взгляд в сторону тропки. Орели поднимала кинжал, пока острие не оказалось в дюйме от его шеи, ее взгляд стал жестче.

Он скользнул взглядом вниз, к клинку, и, стиснув зубы, заставил ее злобно улыбнуться.

– Кто здесь? – снова спросил голос, и на задворках сознания Орели всколыхнулась тревога, навязчивый страх того, что дома осталась непотушенная свеча.

Она с любопытством посмотрела в сторону, где звучал голос.

Мужчина воспользовался тем, что она отвлеклась, и крепко стиснул ей руку.

– Брось кинжал! – шепнул он, предостерегающе сверкнув холодными глазами.

Орели покачала головой, и он еще сильнее сжал ей запястье, давя так, что наверняка останутся синяки. Рука разрывалась от боли, но Орели сдерживала инстинктивное желание отпустить кинжал.

Вокруг них зашелестели листья: кто-то подошел ближе. Не прекращая борьбу, Орели и напавший одновременно присели – оба погрузились в тень дикорастущей травы.

Кусты озарило неяркое сияние. Над высокой растительностью Орели заметила темные побеги и мерцающие звезды. Глаза у нее вылезли из орбит.

Корона Люмноса.

Бросив взгляд на мужчину, Орели вдруг поняла, что у него над головой пусто. Не может быть! Других кандидатов не существовало, даже с натяжкой. Но если он не унаследовал корону…

– Эй, кто здесь? – снова позвал голос.

Орели едва отваживалась дышать, хотя голова работала с бешеной скоростью. Голос был женский, значит, Люмнос получил новую королеву. Но раз принц Лютер не унаследовал корону, как он попал на остров?

Лютер безостановочно напоминал ей, что его восхождение на престол не гарантировано, и если оно не случится, то он не сможет вернуть ее в Люмнос.