Фантастика 2026-158 - Максим Арх

им содержание своей беседы с Севрюхой. А, поскольку без этого суть беседы уловить было невозможно, поведал Худодо с Тянским все, что им еще не было известно, про своего боевого товарища, капитана Таганцева, про подписанный им договор, про влияние этой бумаженции на ситуацию, и про то, наконец, что потребовал от него за свой отказ от договора дон Севрюха.

– Погодите, погодите, а я? – всполошился Тянский, едва только подполковник замолчал. – А меня, меня почему выпустили? Для чего? Я уже и не надеялся, от...

– Ну, я сказал дону, что без помощника мне никак не обойтись. И что лучшего помощника, чем Тянский, не найти. Вот и... – объяснил Сан Саныч. – Он, кстати, удивился, когда я попросил, нет, потребовал тебя отпустить. Мне показалось, он даже не знал, что тебя где-то держат под замком его люди.

– Нелюди все они, нелюди. Ну, конечно, а этот гаденыш...

– Коронзон? – уточнил господин Худодо. Что-то в его горле залязгало, будто рессора выгнулась, и он судорожно закашлялся.

Тянский кивнул.

– Да. Этот развлекался, как хотел. Лютовал. – Тянский замолчал. В глазах его заблестели слезы. Тогда он стянул с головы бандану и закрыл ей лицо.

– И что же, вы согласились? На условия дона Севрюхи? – прочистив горло поторопился спросить господин Худодо. Он намеренно отвлекал внимание от Хотия, давая тому возможность успокоиться и прийти в себя. – Вы что же, действительно собираетесь заняться поисками его мамочки? Здесь, в Лимбонго?

Сан Саныч пожал плечами.

– А что прикажете делать?

– Это безумие!

– Безумие, – согласился подполковник. – Но другого выхода я пока не вижу. Нет, вы поймите, мы можем делать вид, что ищем ее, а тем временем, быть может, придумаем что-то другое.

– Что придумаем?

– Если б я знал! Придумаем, допустим, как изъять договор у Севрюхи. Или что-то другое. Ведь как-то можно сделать, чтобы он утратил силу? Дистанционно? Нет? Может, ритуал провести, духов вызвать? Надо как-то отмазать Таганцева от этого дела. Вы ж его видели? Хороший парень! Надо помочь!

Шаман покачал головой.

– Ваш друг легкомысленно скрепил документ собственной кровью, а это переводит все отношения, с ним связанные, на другой уровень. Там действуют силы совершенно иного порядка. Нам дотянуться до них... Не знаю, не знаю... Перебить силу крови можно только другой кровью. Понимаете?

– Понимаю. Начинаю понимать, мне кажется. Потому что до сих пор, честно говоря, все это представлялось мне несколько... надуманным. В нашем мире, когда говорят о крови, понимают ее истинное, прямое, материальное, а не магическое, значение. Хотя, возможно, это слишком узкий взгляд на вещи. Не спорю. Но так у нас принято. Око за око, кровь за кровь – это нам понятно, но... В общем, полагаюсь всецело на вас, потому что не знаю, что еще можно тут предпринять. У нас есть время подумать, так что давайте подумаем. – Он помолчал, сосредоточенно думая о чем-то. Потом покачал головой и сказал: – А вообще, знаете, у меня такое чувство, что скоро все закончится.

– С чего бы это? – вскинул косматые брови Худодо.

– Не могу сказать, с чего. Предчувствие, если хотите. Есть ощущение, что что-то сдвинулось с места. – И он, подняв руки, показал, как сдвинулось. – Завертелось. – Показал, как завертелось.

– Хм, – шаман откинулся и снова втянул ноги на насест, скрестил их. – Вообще-то, мы тоже почувствовали это движение, – сказал он. – Мы, однако, подумали, что беспокоиться пока нечего. Нам показалось, что движение очень слабое. Но вы подтверждаете наше предположение. Хм. Интересно. Оказывается, вы более чувствительны, чем можно предположить по вашему внешнему виду. И чем вы сами о себе знаете.

– Отчего же? У меня хорошая интуиция, – с некоторой обидой возразил господин Доманский.

– А что такое интуиция? Связь с тонким миром. Способность улавливать его колебания. Такая способность есть не у всех, а у вас она есть, вот и все.

– Хорошо, – вступил в разговор молчавший до сих пор Тянский. – Но где нам искать это кладбище?

– Еврейское кладбище! – уточнил Сан Саныч.

– Он что, еврей? – удивился Хотий. – Дон наш Севрюха, еврей?

– Да какой он еврей! – махнул рукой подполковник. – Так, седьмая вода на киселе.

– Тогда почему?

– Потому, что на Земле он жил в городском районе под названием Урушалимка. А кто еще может там жить? Либо евреи, либо примкнувшие к ним татары.

– Между кругами искать бесполезно, – задумчиво произнес шаман. – Там мрак, и никто не живет. Никто даже не знает, что там происходит в реальности. Разве что, к тамошнему Лабиринту я умею пройти.

– Нет-нет, искать нужно здесь, – убежденно настаивал подполковник.

– Почему вы так думаете?

– Потому что на Земле Урушалимка, а здесь – Эрусалимия. Чувствуете, как все сходится? Неужели не чувствуете? Одно как бы отражение другого. Там – и здесь. Понимаете?

– Вы хотите сказать, что мы тут все евреи? – вдруг забеспокоился Тянский. – И даже господин Худодо? Как-то это чересчур неожиданно...

– Вот этого я не знаю, – Сан Саныч вскинул ладони. – Об этом судить не берусь. В Иерусалиме, настоящем, вон, тоже полно арабов живет. И ничего. Так что, не обязательно. Не хочешь, и не надо.

– Но, все-таки...

– Нам нужен специалист по еврейской культуре, вот что я вам скажу, – не слушая возражений, стал развивать тему Сан Саныч. – Может быть, тот, кто знает ритуалы. А кто это может быть, если не еврей? И где в Лимбонго нам такого разыскать?

– Вы хочите еврея? Его есть у меня! – неожиданно сказал Худодо. И сделал обнадеживающий жест: – Щас!

Перегнувшись за сиденье кресла, он покопался там в куче тряпья, достал что-то и, повернувшись обратно, нахлобучил на голову настоящую кипу. Расправил примятые ей волосы, расчесал их книзу, получились натуральные пейсы.

– Как? – спросил он. – Похож?

Тянский раскрыл рот от изумления.

– Как? Откуда? – только и смог выдавить он из себя.

– Вы таки многого еще о нас не знаете! – обрадовал его шаман. – Поэтому приготовьтесь, еще могут быть сюрпризы. Народ у нас тут разношерстный обитает, и людям разные услуги бывают нужны. Религиозные, и также ритуальные. Иногда случалось очень интересные службы отправлять. И ничего, справились. Пришлось, конечно, кое в какие