Непосвященная - Селена Ниршева

Он лишь кивнул, но в уголке его рта дрогнула тень улыбки. А я, прикрыв глаза, сделала глоток травяного напитка, чувствуя, как его тепло разливается внутри, прогоняя последние следы ночных тревог.

— Погоди… — я вдруг замерла, крутя в руках кружку. — А в чём мы пойдём на праздник?

Карион ухмыльнулся и неловко почесал затылок.

— Вообще-то хотел показать тебе сюрприз вечером… — он приоткрыл нижний шкаф и достал оттуда аккуратный бумажный свёрток, перевязанный лентой. — Но раз уж спросила…

Сердце внезапно застучало чаще. Что это?

— Пока ты гуляла по двору, в тот день, я заскочил к швее, — он протянул свёрток мне. — Попросил сделать для тебя платье.

Я застыла, рот приоткрылся сам собой. В тот день, когда Ленора встретила его на мосту, оказывается, он ходил за платьем для меня. Мне стало так тепло и даже немного стыдно за то, что было после, на тренировочной площадке.

— Ты… правда позаботился об этом?

Он, всегда такой собранный и невозмутимый, вдруг выглядел смущённым — будто мальчишка, впервые преподносящий подарок.

— Да… Сначала спросил, нет ли у них мешков из-под овощей, но было только это, — он нарочито нахмурился, но уголки губ предательски дрогнули, и в следующее мгновение он уже смеялся — по-настоящему, легко, как никогда раньше.

Руки дрожали, когда я разворачивала бумагу. И… ахнула.

Платье будто сотканное из самого утреннего света. Тончайшая ткань переливалась, словно усыпанная тысячами крошечных звёзд — или капель застывшей росы. Оно дышало волшебством, лёгкостью, чем-то таким, что казалось — если дотронешься, рассыплется в пальцах, как сон.

— Я хочу примерить его сейчас же! — воскликнула я, позабыв обо всём на свете.

Не дожидаясь его ответа, я схватила драгоценный свёрток и стремительно умчалась в комнату. Сердце бешено колотилось, пальцы дрожали, развязывая ленту.

И вот оно — платье, лёгкое как утренний туман, выскользнуло из упаковки.

Юбка струилась, словно живая — сотни переливающихся слоёв ткани застыли в изящном движении, будто запечатлённый танец. Лиф нежно обнимал плечи, а сзади открывался глубокий, но изысканный вырез, подчёркивающий каждую линию тела.

— Оно прекрасно… — прошептала я, поворачиваясь перед зеркалом.

Платье действительно светилось. Оно буквально излучало мягкое сияние, будто вплетённые в ткань крошечные звёзды проснулись и заиграли в лучах солнца.

Сделав глубокий вдох, я вышла в гостиную.

— Ну как? — Я покружилась перед Карионом, ловя его реакцию.

Его глаза вспыхнули.

— Ты… выглядишь потрясающе…

Но затем его губы растянулись в довольной ухмылке:

— Но это ещё не всё.

— Туфли? — догадалась я. — Но как ты угадал размер? Ты что, мерил мои ноги, пока я спала? — ухмыльнулась я.

Карион вдруг смутился.

— Эм… честно?.. — он потёр шею. — Да, я… померил.

— Чтооо? — я застыла с открытым ртом. — Когда?

— В ту ночь, после твоего первого кошмара, — признался он, избегая взгляда. — Не мог уснуть… думал о празднике… и… ну… измерил расстояние от пальцев до пятки своими руками… и ширину ступни…

Наступила пауза.

Потом я расхохоталась.

— Карион! — сквозь смех я покачала головой. — Это одновременно самое милое и самое странное, что ты когда-либо делал!

Но сердце радостно ёкнуло — он действительно думал обо всём.

Он медленно приоткрыл вторую дверцу шкафа, и моё дыхание замерло. В его руках оказались туфли — не просто обувь, а настоящее произведение искусства.

— Они… чудесны… — вырвалось у меня шёпотом, когда я разглядывала изящные серебряные переплетения, усыпанные теми же мерцающими кристаллами, что и платье.

И прежде чем мозг успел меня остановить, слова уже сорвались с губ:

— И ты чудесен!

Карион застыл. На его невозмутимом лице появилось что-то новое — лёгкий румянец, пробежавший по скулам, и тень смущения в глазах. Но через мгновение он уже с гордостью подносил туфли ко мне, аккуратно ставя их рядом.

Я скользнула ногами в них — идеальная посадка, будто они были сделаны специально для меня.

— Как… — начала я, но тут же передумала спрашивать.

Вместо этого гордо прошлась по гостиной, закружилась на носочках, чувствуя, как юбка платья взмывает в воздухе, а кристаллы ловят и преломляют солнечные лучи.

Не выдержав, я подбежала к нему и крепко обняла, прижавшись щекой к его груди.

Мы стояли так молча, и в этой тишине было больше слов, чем можно было выразить вслух. Его руки осторожно обняли меня в ответ, и на мгновение мир сузился до этого объятия.

Но затем неожиданно рядом с нами оказался кот. Он уселся напротив и внимательно осмотрел меня, одобрительно кивнув. Я искренне удивилась — неужели демон теперь тоже принимает участие в одобрении моего наряда?

— А кот идёт с нами?

Брови Кариона удивлённо взлетели вверх:

— Эмм… не знаю, — признался он, растерянно потирая затылок. — Как-то не подумал…

Я притворно вздохнула.

— Куда же мы без нашего спутника…

Кот тут же среагировал на мои слова и потерся о ноги. Это было такое странное ощущение теперь, после того, что я видела во сне. В голове до сих пор не укладывался его образ: я только начала привыкать к его бестелесной оболочке, как вдруг он явился мне в своём телесном обличии.

— Мира, — голос Кариона стал твёрже, — нам нужно сосредоточиться на твоём обучении. Я не знаю, когда Арон пошлёт нас во Двор Ночи, но… меня беспокоят твои сны. И то, как твоё тело реагирует на всплески магии.

Я отступила на шаг, затем ещё один и опустилась на ложе, внезапно ощутив тяжесть его слов.

— Меня они тоже беспокоят, — призналась я, глядя в пол. — Но я ничего не могу с этим поделать. С каждым днём я будто становлюсь сильнее, но эта боль… — я сжала кулаки. — Она не уходит. Гложет изнутри. И я боюсь их, Карион. Боюсь Миады, хотя и жажду поквитаться с ней. Боюсь Дорока, которого она поработила…

Он подошёл ближе и опустился рядом, его плечо коснулось моего.

— Всё будет хорошо. Мы справимся, — его голос звучал твёрдо, как сталь. — Я помогу тебе окрепнуть. Научу тебя всему, что знаю. Ты не одна.

Я подняла на него глаза и увидела в них не просто уверенность — а обещание. Затем посмотрела на кота, который сверкнул красными глазами, словно подтверждая слова Кариона.

— Договорились, — мягко улыбнулась я, чувствуя, как тревога понемногу