Фантастика 2026-158 - Максим Арх

– Тогда понятно, подход у нас самый правильный. Вопросов больше не имею. А вы что делать собираетесь?

– Мы пока наверх поднимемся, – он махнул рукой в сторону винтовой лестницы в дальнем углу зала, – на крышу. Предварительно нам надобно с духами ветра потолковать.

С тем и разошлись. Господин Худодо занялся приготовлениями к объявленному ритуалу, а Тянский с Сан Санычем спустились в подвал. Похудевший толстяк весьма ловко забрался в лаз в сундуке, да и лестница его выдержала с легкостью. Прежде о такой благосклонной реакции коммуникаций на свое присутствие он и мечтать не мог.

– Вот уж не думал, от, что хозяин так быстро согласится, – шепнул Тянский внизу напарнику. – Видимо, действительно пригорает. И он это чувствует.

– Видимо, да, – согласился Доманский. – Я о том и говорю.

Тянский, кстати, выглядел вполне бодрячком, явно уже восстановился после Коронзоновых экзекуций. И это подполковника откровенно радовало.

Оказавшись в подвале, Тянский перво-наперво открыл один из сундуков и, достав оттуда небольшой плоский предмет, преподнес его Сан Санычу.

– Что это?

– Зеркало, от. Медное. Для связи.

– Вот, вот, вот! – обрадовался Доманский. – Я как раз о таком спрашивал.

– Правильно! Я же знаю, от, что тебе нужно! Ну, давай за работу! А то тут пахать и пахать еще!

Сан Саныч сунул зеркало в заполненную уже сувенирами сумку, и они на пару с Тянским принялись расчищать пол подвала от хлама и от сокровищ. Сдвигали все к стенам и там громоздили одно на другое. Это оказалось непросто. Сундуки в подвале жили разных размеров, и различной степени наполненности, некоторые были просто огромными и совершенно неподъемными. Тем не менее, им все удалось. Тянский хоть и похудел вдвое против прежнего, однако становая сила его никуда не делась. Подполковник просто изумлялся, что вытворял этот парень!

Когда пол освободился, Тянский принес щетку и чисто его вымел. И вот тогда облупленный и поблекший, узор лабиринта открылся им во всей красе, больше все же условной и предполагаемой. Тянский удивленно и даже слегка ошеломленно его разглядывал.

– Надо же! – высказался он после. – Сколько раз тут бывал, а даже не подозревал, что на самом деле под ногами находится. Ну, что, покрасим его?

– Что это за краска? – спросил Сан Саныч, когда Тянский вернулся с банкой и парой плоских кистей.

– Желтая! Пойдет, от! Лучшая из тех, что есть. Прочная и, главное дело, быстро сохнет.

– Значит, вонючая.

– Не без того, – согласился Тянский.

Дело оказалось не таким простым, каким представлялось, было нудным и постоянно держало в напряжении. Прорисовывать узор пришлось начинать с центра, и дальше двигаться к краям, чтобы не топтаться по свежей краске. Перемазались, конечно, но в целом и тут они справились. Работа заняла много времени, они выдохлись и как раз отдыхали, развалясь на сундуках, когда в подвал спустился шаман Худодо.

– Готово? – строго спросил он еще с лестницы, оглядывая грядущее ристалище с нижней ступеньки.

– Вроде того, – отозвался Тянский. – Живенько получилось, правда? Уже и подсохло.

– Ну, тогда давай, поднимайся наверх! – распорядился господин Худодо. – Будь там, следи за обстановкой. И к нам прислушивайся. Если что, покличем. Но пока ты нам тут без надобности.

– Ну что, Сан Саныч, прощай! – сказал, вздохнув горестно и натужно, Тянский. – Скорей всего, больше мы не свидимся. Они обнялись. Рубаха бывшего толстяка была мокра от пота, и разило от него невероятно – у подполковника слезы на глазах навернулись. Но он понимал, это не только от запаха. – Хороший ты, по-своему, Сан Саныч, мужик, и было приятно с тобой общаться, – растрогался и усиленно моргал глазами и Тянский. – Приезжай еще! А то и вовсе к нам перебирайся! Мы отлично сработались, были как одна банда, от. Луллий тоже был бы рад. И Гораций! А хозяин об этом просто мечтает!

– Уж лучше вы к нам! – грустно улыбнулся подполковник.

– Тоже дело, – согласился Тянский. – Можно и к вам. Только ты прежде для нас дорожку проложи, ладно?

Едва Хотий ушел, Худодо протянул Доманскому веревку с завязанными на ней узлами. Узлов было ровно семь.

– На-ка, обмотайся. Да не так! – Он показал, как правильно укрепить веревку на поясе. Получилось в аккурат семь витков, по одному на каждый узел.

– Это зачем? – спросил Сан Саныч.

– Это не простое вервие, а колдовское, – объяснил шаман. – В узлах здесь удерживаются уловленные нами ветра и бури. Тебе же поручено на волю их выпускать. Как только мы подадим знак, тогда ты и развяжешь узел. Только один за раз, не больше, это ясно? Ветра следует выпускать по очереди, по одному, иначе с ними будет не совладать. И запомни, что бы ни происходило, сам ты ничего не предпринимай, жди нашего сигнала. Мы подадим знак, когда наступит твой выход.

Сан Саныч почувствовал, как в голове, где-то в районе мозжечка, включился и заработал тревожный зуммер. Сделалось немного зябко, он незаметно сжал кулаки, концентрируя силы. В кончиках пальцев появилось покалывание. Испытание приближалось, ощущение неотвратимости его наката гипнотизировало.

– Так, значит, будем отправлять церемонию Красного пути? – конкретизировал подполковник облик своей судьбы на ближайшее будущее. – Я правильно понимаю?

– Ее, – утвердил господин Худодо. – Ты как, готов?

Мог бы и не спрашивать. Но он спросил, потому что и сам испытывал волнение. Предстоящая церемония была для шамана в Лимбонго первой. Вообще первой. Ни разу еще ему не приходилось вызывать здесь духов такой силы. Тем более, поручать им пронзать ткань мироздания. Как-то не было в том необходимости, дела в городе решались по-другому, проще. Вполне естественно, что возникли сомнения: а согласятся ли духи? Подчинятся ли? Не откажут ли? Да, давненько, размышлял господин шаман, не брали мы в руки шашек! Все кости, кости... Невольно в себе засомневаешься.

Но герой потому и герой, что не позволяет волнению одержать над собой верх. Даже в мыслях.

Господин Худодо передал Сан Санычу кожаный мешочек с травкой для воскуриваний и длинную, украшенную фенечками, раковинами и перьями трубку.

– Забирайся на сундук и не сходи с него до самого конца, – проинструктировал он подполковника. – Сиди там тихо, пока мы не скажем, что делать другое. Твоя задача дымить без остановки, это главное, дымить обильно и интенсивно. Чем плотней, чем