Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

- «Мне бы шашку, да коня, да на линию огня! А дворцовые интрижки – энто всё не про меня!» – процитировал я на память и вздохнул, – Нет, дорогой мой. Жизнь устроена так, что либо ты расталкиваешь всех локтями, либо тебя локтями затолкают. Хочешь, не хочешь, а в большую политику тебе лезть придётся. Ведь, именно этому тебя твой отец учил? И ши Турвас, кстати, тоже?

- Вообще-то да, – задумался парень, – Только, это такая клоака!..

- А надо! – посетовал я, – В самую, так сказать, глубину нырять придётся!

Клаус окончательно насупился. Но я знал, что он меня поймёт. Он умный. А что не поймёт, ему потом Джулия доходчиво растолкует. Она ещё умнее.

- Ладно, Лёха, – помявшись, заявил Клаус, – Я так понимаю, пришла пора признаваться про ворота выхода? Раз доспех собрали? А то, оставайся у нас навсегда?

- Нет, дружище, – печально ответил я, – У меня ещё есть обязательства в моём мире. Мне у вас нравится, это правда, но жить всю жизнь здесь я не могу. Просто, не могу.

- Я верю. Ну, что ж: я слышал, что некие «ворота выхода» стоят на самой вершине грифонова утёса.

- О, нет! – побелела Джулия.

- Мамочки! – побелела вслед за ней Велль.

- А теперь, подробнее! – попросил я.

- Ну, ты же видел грифонов? – спросил Клаус.

- Да, уж! – я содрогнулся.

- Так это домашние! А дикие в десять раз свирепее! И на грифоновом утёсе их тысячи! Они только и водятся, что на грифоновом утёсе! К величайшему общему счастью.

Когда ещё только задумывались, чтобы приручить этих тварей, для того, чтобы добыть их яйца, провели специальную войсковую операцию! Точнее, четыре войсковых операции. Потому что первые три закончились неудачей. И, каждая последующая, была всё более многочисленной. Только четвёртая, которую возглавлял великий маршал древности свен Хабибуб, достигла успеха. Ну, как сказать, успеха? Они добыли шесть яиц. Потеряв при этом более восьмидесяти тысяч человек убитыми. Скажи мне, Лёха, это успех?

Во всяком случае, яйца добыли. И, представляешь, повезло! Пять яиц дали цыплят. И один из них был петушок. Если можно так сказать про грифонов. А потом около четырёхсот лет подряд этих зверюг пытались приручить. Четыреста лет подряд! А они всё не приручались и не приручались! Настолько свирепый характер у монстров.

Наконец, появились первые слухи, что грифоны поддались. Якобы, они сами обладают сильнейшим магическим потенциалом, и покорить их по силам только сильнейшим из сильнейших магов. Не знаю, как там в действительности, но до сих пор летают на грифонах только маги имперского патруля, а это и есть сильнейшие из сильнейших. Остальные даже подойти близко не смеют.

Ну, вот, как-то так… Теперь ты понимаешь, что тебе предстоит? Ты понимаешь, почему я не говорил тебе этого раньше?

- Понимаю, – согласно кивнул я, – Тогда… неделя на отдых, и я иду в бой! Но, на этот раз в одиночку! Вы же понимаете, что доспех всего один, а грифонов много?

- Мы будем переживать за тебя, Лёшенька!

- Я знаю. Но сейчас ещё рано. Целая неделя впереди!

Утром, выглянув из окна, я увидел уже привычную картинку: по внутреннему дворику замка прогуливались Джулия с Велль, а за ними, стайкой, следовали ещё с десяток юных и не очень юных дам. Ни дать, ни взять, фрейлины при дворе императора! Хотя, я-то знал, что это просто жёны и дочери зависимых от графа Клауса, окрестных баронов. В надежде, что им перепадёт лакомый кусочек с барского стола. Нет, не в том смысле, что подложить под графа свою жену или дочку, хотя, я уверен, никто таким не погнушался бы, но в данном случае расчитывать на подобное попросту глупо. А надеются они, что выпадет счастливый момент, когда граф или графиня будут в радужном настроении, тогда и можно будет выпросить лишнюю плюшку с мёдом. В виде, конечно же, кусочка спорной земли, или деревеньки, или судебного решения в свою пользу. Хоть что-то, что хозяйству на пользу пойдёт! А, заодно, на графском дворе можно обстряпать выгодную партию для дочки или оказать графу некую призрачную услугу. Пусть пустяковую, лишь бы господин граф или госпожа графиня запомнили, что была она, такая услуга. Которая свидетельствует о преданности и верности. И которую, не грех было бы, вознаградить по заслугам.

Лично я в такие моменты на двор не лез. Там своя, придворная жизнь. Подковёрные интриги. Что мне там делать? Мы встречались с друзьями в комнате для совещаний. Обычно, или рано утром, или вечером. Или по договорённости, когда нужно. Но, наблюдать подобные прогулки со стороны, было любопытно.

Вот, вроде прогуливаются две высокородные дамы, а за ними чинно идут другие девушки. Ага, «чинно»! Друг друга локтями оттирают! И мило улыбаются при этом. Кто-то кому-то, вроде случайно, на край платья наступит и, пока та себя в порядок приводит, быстренько на её место – шасть! Кто-то, на повороте, чуточку вперёд забежит, а после, когда наша высокородная пара пройдёт, уже оказывается прямо за их спинами. В самой непосредственной близи. Ну и так далее.

А как расцветает улыбкой любая девушка, к которой соизволит обратиться с вопросом или замечанием благородная графиня ши Денжер! И как остро начинают ей завидовать остальные! А потом и мужчины, отцы или мужья отличившихся дам, начинают пыжиться изо всех сил, показывая свою особую близость к сюзерену. Что сюзерен оказывает им особое покровительство. Я бы назвал это ребячеством или детским садом, вот только цели у этих баронов и баронесс были далеко не детские. Ни разу, не детские!

Нет, в моём мире тоже всё так. Только не столь явно, грубо и зримо. Всё больше, втихомолку друг друга подсиживают. А здесь – как на ладони. Я вздохнул и пошёл по своим делам. Прежде всего, к местному ювелиру. Умелый, кстати, дядька, и знающий. Надо Клаусу сказать, чтоб за ним особо приглядывал. Такой умелец легко может драгоценный камень обманкой подменить. Стразом, или как их там называют? Искусственных камней здесь ещё не знают, но подделок и имитаций из дешёвых аналогов – пруд пруди. И местный ювелир мне о подобном взахлёб рассказывал, когда мы как-то разговорились на эту тему.

Вечером я вошёл в комнату для совещаний последним.

- А у меня