Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

потом, на расстоянии дневного перехода, я приземлился, защёлкнул на себе пояс доспеха, активировал его, прыгнул в замок и обратно, и продолжил путь верхом. К вечеру я подьёзжал к отрогам высоченной горы, чья вершина пряталась за тучами. Ну и как? Лезть или подождать?

Я задрал голову вверх. Гм, а это точно тучи? Или… или это такое скопище грифонов?! Мама моя! Да их здесь сотни тысяч! И если они умеют объединять свою дикую магию, то ни один зачарованный доспех не поможет!

Я постоял, хмурясь и собираясь с духом. Нет, отступать некуда. Только вперёд! И я шагнул к утёсу. Словно невидимую черту переступил.

Раздался такой ужасный визг, что я задрожал и покрылся мурашками. А сверху на меня уже пикировали монстры. Тысячи и тысячи монстров со свистом падали на меня с небес, вырастая прямо на глазах. Я в панике принялся шарить взглядом по округе. Куда я могу прыгнуть? Откуда не свалюсь? А визг нарастал, и грифоны всё росли в размерах. Вот, вроде только что, они выросли с размера обычного булыжника до крупных птиц, типа орлов или грифов, а теперь уже достигают размера телёнка! Нет, больше, больше. Это уже размер крупной лошади! А графоны всё росли и росли, и накатывало противное до дрожи ощущение, что скоро они станут размером со скалу. И останется от меня лепёшка. Нет, даже лепёшки не останется, брызнет только во все стороны и всё.

- Это магия! – сказал я себе, сцепив зубы, – Они пытаются подчинить себе мой мозг, мои эмоции. Пугают. А, вот, фигушки!

Отчаянными, акробатическими прыжками я заскакал по склону вверх. Недолго. Два или три прыжка. И грифоны меня настигли.

ХРЯСЬ! Я успел припасть к скале и удар крылом пришёлся по выступу, прямо возле моего лица. В воздух взметнулось каменное крошево и выступа не стало. Я подскочил и… не успел прыгнуть. Огромные когти, размером с саблю, схватили меня поперёк туловища. Волшебный доспех отчаянно заискрил, сопротивляясь чудовищному сжатию. Грифон гневно заклекотал и швырнул меня со скалы прочь. Словно щепку. Шалишь! Меня победить не так просто! Мгновение, нет, доля мгновения, и я стою на том же месте. И тут же грифон толкнул меня грудью. Я кувыркнулся в воздухе и опять представил себе ту же площадку, до которой успел допрыгать. Хлоп! И я опять там же. Зря. На этот раз грифон ударил клювом. Клюв грифона, это… с чем бы сравнить… ну, вы видели, к примеру, в фильме «Покровские ворота», как железной болванкой разбивают дом? Раскачивают на тросах, подвешенных к крану, а потом об стену – БАЦ! И стена вдребезги. Эта железная болванка называется шар-молот или клин-молот, в зависимости от формы. Так вот, когда грифон бьёт клювом, это страшнее. Во-первых, потому что грифон бьёт прицельно, а не куда попало, а во-вторых, потому что у грифона клюв острый, в отличие от шар-молота, и сила удара возрастает многократно. Я глазом моргнуть не успел, а уже катился кубарем по откосу. По принципу: голова-задница-голова-задница-голова-задница-а вот и гранитный валун-здрасьте! А волшебный доспех тем временем спешно заращивал громадную дыру в области груди. Да, грифон умудрился его пробить. Это же какая силища в ударе?! Но, долго размышлять мне не пришлось. Я не успел ещё сфокусировать зрение после такого удара, а меня уже подхватили сильные лапы и бросили в сторону. Как я понимаю, в сторону пропасти? Не на мягкую же перинку?

Я отчаянно извернулся и вновь очутился на той площадке. Атаковать! Мне нужно оружие! Мне нужно… ХРЯСЬ! Додумать я не успел. Сначала я подумал, что на меня свалился кусок скалы. Потом этот кусок скалы начал активно двигаться, пытаясь размазать меня по поверхности, и я подумал, что это огромный слон. «Слон в горах?» – подумало моё помутнённое сознание, – «Что за глупости?». А потом я догадался. Ну, конечно. Грифон.

Доспех справлялся из последних сил. Я прямо чувствовал, как истоньшается волшебство, скрепляющее защиту доспеха. Ещё чуть-чуть и доспех лопнет. Ах, да! Я думал про оружие. Оружие! И в моих руках мгновенно оказался меч. Огненный меч. А я и не знал, что такое возможно. Йота об этом не рассказывал.

Грифон вспорхнул ввысь, сильно оттолкнувшись от меня и чуть не раздавив окончательно. И я с трудом сумел приподнять голову. Перед глазами плыла пелена и в этой розовой пелене мельтешили какие-то громадные птички. Твою мать! Какие птички?! Я потряс головой, пытаясь прийти в себя. Так, если доспех воспринимает мои мысли, если он дал мне огненный меч, то может быть…

Я выставил другую руку перед собой и сосредоточился. Получилось! Получилось! Из выставленной ладони, с пулемётной скоростью в разные стороны хлынули ледяные осколки. Треугольной формы, бритвенной остроты, осколки разлитались от меня веером, не выбирая направления. Если бы я стоял в центре вражеской армии, то в первые же несколько секунд, половины этой армии не стало бы. И я с радостью услышал гневный клёкот грифонов, отпрянувших от моей атаки. Ага, пернатые! Попались! Ну, теперь держитесь, мать-перемать!..

Я привстал и опёрся на руку с мечом. Так, и что мы имеем? Мало чего мы имеем. Грифоны отскочили от неожиданности, но удирать и не думали. А все мои ледышки отскакивали от их перьев бессильными брызгами. Да, как же так, мать вашу? Как же вас прогнать? А! У меня же огненный меч!

Я собрался с силами и вскочил на ноги. Меня слегка шатнуло, но я устоял. Так, теперь быстро вот на эту площадку! И я окажусь прямо под брюхом одного из монстров. Рубану изо всех сил снизу-вверх и отскочу обратно сюда. И посмотрим, как им понравится! А, если повезёт, может и лапу отрублю. Пры-ы-жок!

И я покатился по откосу. Не было там никакой площадки. Морок. Наваждение. Да, что же это такое?!

Я из последних сил сцепил зубы и опять представил то место, где только что был. Но, кажется, даже не долетел. Или долетел, но не успел зафиксироваться. Как только я представил себя, стоящим на том же месте скалы, как сильные лапы ударили, опережая все мысли и чувства. И сознание померкло.

Ещё один последний бой.

За одного битого двух небитых дают.

Поговорка.

Глаза никак не хотели разлепляться. А когда я всё же сумел приоткрыть один глаз, я удовлетворённо выдохнул – я дома. В смысле, в замке Денжеров. Хоть видно и смутно, размыто, но всё же, узнаваемо. Сейчас