Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Существо даже не отшатнулось. Только слегка качнуло мордой, словно от назойливой мухи, и издало длинный, глухой звук, напоминающий смесь рыка и боли. Или раздражения.

Потом оно сделало то, что мне точно не понравилось.

Оно наклонило голову, упёрлось челюстями в край расщелины — и начало грызть камень.

Не скрести.

Не царапать.

А именно грызть, с той же уверенностью, с какой обычная собака грызёт сухую палку.

Камень трещал, откалывался кусками. Пыль летела мне в лицо, огромные фрагменты выпадали на песок. Проход стремительно расширялся. У гончей от природы невероятная сила челюстей, а усиленная магией смерти — просто абсурдная.

И да — ей это удавалось. Расщелина увеличивалась на глазах.

— Ну конечно… — произнёс я вслух. — Зачем же вести себя, как нормальные монстры. Нормальные бы застряли.

Гончая рыкнула так, будто поняла.

Сзади послышались голоса других тварей: сухой топот, короткие вибрации. Они приближались к проходу — не толпясь, но явно готовясь к тому, что первая прорвётся.

Огонь внутри меня сверкнул, требуя:

«Дай. Сейчас. Выйдем и разорвём».

— Угу, — хмыкнул я. — Конечно. Всю пятёрку сразу. Отличный план, что я могу сказать.

Огонь зашипел от возмущения.

— Потом, — сказал я, медленно отходя назад. — Сначала — разведка. Потом — драка. Мы же не совсем идиоты. Ну… чаще всего.

Гончая выгрызла ещё один слой породы. Проход уже был достаточно широк, чтобы её голова пролезла дальше. А за головой, при должном упорстве, пролезает всё остальное.

Пока они не решили, что проще обойти и искать другой вход, я должен был уйти глубже.

Я сделал шаг назад. Ещё один.

Тоннель уходил в темноту.

Легко, неожиданно легко.

Слишком легко.

— Прекрасно, — пробормотал я. — Пещера, полный набор сюрпризов и пять тварей за спиной. Отличный день.

Огонь внутри довольно заурчал: «Будет весело».

— Вот именно, — вздохнул я. — Вот это меня и пугает.

Я развернулся и пошёл глубже, оставляя за собой гул раскалываемого камня и приближающийся хрип гончих.

Пустыня осталась позади.

Впереди — неизвестность.

И, как обычно, ни одного шанса на нормальный день.

Тоннель оказался не самым гостеприимным местом для прогулки.

Сначала всё было почти уютно — если под уютом понимать щель идеально подходящую под ширину плеч, где камень с обеих сторон норовит содрать кожу до кости. Через пару десятков шагов стены начали расходиться, и трещина превратилась в нормальный ход. Ну, как нормальный… По меркам этого круга.

Песок довольно быстро закончился. Под ногами пошла тёмная порода — гладкая, будто её не просто выдолбили, а кто-то долго и старательно вылизывал. Камень местами блестел, как стекло, местами был матовым, но одинаково неприятным: ступаешь — и чувствуешь, что он слишком однородный. Ни трещин, ни сколов, будто тоннель выращивали, а не вырубали.

Ход уходил вниз под плавным углом. Не обрыв — так, настойчивая горка. Через несколько минут спуска я поймал себя на том, что плечи напряглись сильнее обычного.

Глава 22

Стены потихоньку раздвигались. Сначала это радовало — можно было размять руки, не опасаясь, что локтем снесёшь себе кожу до кости. Но чем шире становилось пространство, тем чётче в голове формировалась одна простая мысль:

«Вот только этого ещё не хватало — чтобы эти ребята получили больше места».

Ребята, конечно, — это гончие. Где-то наверху, над каменной толщей, сейчас шла пятью темными пятнами чужая проблема. Для кого-то. Для меня — потенциальный интерес. Для огня — просто обещание нормальной драки. Для здравого смысла — повод свернуть хотя бы чуть в сторону.

Здравый смысл, впрочем, у нас с огнём давно был в творческом конфликте.

— Не радуйся раньше времени, — пробурчал я себе под нос, на всякий случай. — Сначала посмотрим, что здесь по тварям.

Огонь внутри отозвался недовольным шевелением. После гончих ему явно не хотелось останавливаться на каких-то жалких тоннельных монстрах. Но мир, как всегда, считал, что мои желания — не приоритет.

Первый звук появился не спереди — сверху.

Резкий, сухой щелчок, как если бы кто-то пальцами переломил одновременно несколько палочек. Я успел только поднять взгляд — и с потолка сорвалось что-то тёмное, с блеском.

Рефлексы сработали быстрее мысли. Усиление рвануло ноги, я сделал полшага в сторону, плечом врезался в стену, одновременно поднимая ладонь. Огонь выстрелил почти сам, короткой плотной вспышкой. В воздухе на мгновение возникла огненная подушка.

Тварь вошла в неё, как в кипяток.

Полукрыса-полускорпион — башка явно от грызуна, только вытянутая, с голыми, жёлтыми зубами. Тело — раздутый сегментированный мешок, покрытый хрустящими панцирными пластинами. Сзади — хвост с костяным жалом, двигающийся слишком быстро для своей толщины. Размер — с телёнка. Неприятного, лысого и очень голодного телёнка.

Она успела только пискнуть — звук получился мерзкий, высокий — и вспышка превратила её в горящую тушу. Панцирь затрещал, плоть зашипела, запахло жареным мясом в дешёвой забегаловке. Через пару секунд от неё осталась обугленная куча, медленно сползающая по полу.

— Ну хоть кто-то не играет в бессмертие, — отметил я.

На этот звук ответили другие.

Сначала — справа, где-то под стеной. Потом — слева. Потом спереди. Щёлканье, цоканье, лёгкое шуршание. Как если бы кто-то очень старательно пробовал когтем камень, выбирая опору.

Я остановился, поставил ноги чуть шире, опустил центр тяжести. Огонь поднялся ближе к коже, теплом расползаясь по плечам, по пальцам. Усиление тихо загудело в мышцах, как мотор на холостых.

— Ну давайте, — сказал я пустому переходу. — Показывайтесь, не стесняйтесь.

Потолок зашевелился.

Из тёмных пятен, которые я сначала считал просто неровностями породы, одна за другой стали отлипать тени. Десяток, не меньше. Каждая — такая же, как первая: крысиная морда, панцирь, хвост. Только эти были бодрее. Они не падали бездумно на голову, а спускались контролируемо: цепляясь когтями, плавно, в несколько рывков, будто держались за невидимые выступы. Пара вылезла прямо из трещин в стенах, ещё одна — из углубления впереди. Я сбился досчитав до восьми.

— Стая, значит, — вздохнул я. — Консультация бесплатная, приём по записи.

Первая кинулась без предупреждения. Просто сорвалась с потолка и полетела мне в грудь, раскрывая пасть. Хвост при этом уже шёл дугой снизу, где-то на уровне коленей. Хорошая, выверенная атака.

Я сделал шаг вперёд, под неё, одновременно опуская ладонь. Огонь сложился в широкую, чуть выгнутую дугу — почти как щит — и встретил её