Фантастика 2026-158 - Максим Арх

– Узнаете, скоро.

– Не понимаю, о чем вы говорите, – Тамара, похоже, была совсем сбита с толку. – Но, допустим, допустим, все так, как вы говорите. Допустим! Скажите, с какой стати я должна вам помогать? Почему?

– Потому что у вас дар. А дар, он, знаете, не просто так, не поиграться, не для хвастовства. Дар вы обязаны использовать в помощь нуждающимся, и помогать всем, кто бы к вам ни обратился. Если, конечно, не хотите, чтобы он вас покинул. Так что, вот так. Я – первый нуждающийся, вы должны мне помочь.

Тамара была в замешательстве. Этот человек совершенно запутал ее еще и своей манерой вести разговор. Он то просил, то настаивал, то насмехался, то, пусть скрыто, угрожал. Она просто не знала, как себя с ним держать.

– Хорошо. Я вижу, вы пока не готовы ответить, не можете принять решение. Очевидно, вам нужно время подумать, успокоиться. Я понимаю. Поэтому предлагаю встретиться в другой день. Как-нибудь сразу после Нового года, – сказал Кумбарский тоном, не допускающим возражений. – Осталось немного, еще неделю я, надеюсь, вытерплю. Я вам позвоню. А пока, позвольте откланяться. Кстати, с наступающим вас!

– Да-да. И вас тоже... Туда же!

Гектор Кумбарский встал, церемонно наклонил голову и исчез, так же незаметно, как появился. Во всяком случае, Тамара его взглядом не провожала, поэтому не видела, куда он делся.

Она вообще не могла ничего сказать по поводу происшедшего, не понимала, на каком небе теперь оказалась. А еще ей хотелось знать, какую роль во всем сыграл господин Перегожин, Лев Евгеньевич. Ведь не мог же он?

Оказалось, мог.

– Жизнь жестокая штука, Тамарочка, – сказал ей Лев Евгеньевич с печальной улыбкой. Далеко не все в ней складывается так, как нам хотелось бы.

– Но, послушайте, вы сказали Кумбарскому, что я вас вылечила, правильно? Однако я и сама не уверена, что это так. И вот теперь он требует, чтобы я врачевала его. А я понятия не имею, смогу ли что-то для него сделать! Как вы могли так меня... На вашем языке это называется – подставить, да?

– Послушайте меня, Тамарочка. Я виноват перед вами, не спорю, но лишь отчасти.

– Это как?

– Я объясню. Ведь я реально умирал, то есть, без вопросов. И вы это знали, и я знал, и все знали. А то, что вы меня вылечили, исцелили, вы и никто иной – я сам знаю. Я просто знаю, мне не нужны ничьи уверения или доказательства. Но вот у этого парня я был на крючке. У Кумбарского. Если б я умер, ресторан достался бы ему. Такие условия. А тут я вдруг – раз! – и снова живой. Конечно, он пришел ко мне и говорит: колись, мол, как и что. Я прежде не знал, но тут выяснилось, что у него тоже серьезные проблемы со здоровьем. И, видно, не получается их решить, хотя в средствах он недостатка не испытывает. Остаетесь вы. Последний шанс. Он за него, за шанс, и ухватился. И тут, каюсь, меня повело немного. Мы ведь, предприниматели, – торгаши на самом деле. У нас все так: ты мне, я тебе. Я ему говорю: списывай долг – назову человека. Он списал. Я назвал. Я не предполагал, что это для вас станет такой проблемой.

– Конечно, проблема. Я ведь не обязана!

– Не обязаны, согласен. Но, с другой стороны, а что вам остается? Вы не сохраните свои способности в тайне, никак. Слух пойдет, не от меня, так от доктора вашего, или еще от кого. Люди узнают и пойдут к вам. И вам придется помогать всем подряд. Потому что, если вы кому-то откажете, он сразу станет вашим смертельным врагом. Понимаете?

– И что вы предлагаете?

– Во-первых, успокоиться и не принимать скоропалительных решений.

– Ну, допустим, с этим согласна. А во-вторых?

– Во-вторых, все как следует обдумать. Все не так просто, и не так радужно, как вам, быть может, кажется.

– Это я уже поняла.

– Уехать вы не сможете, верней, сможете, но ваша слава вас все равно настигнет. Теперь так. В одиночку вы вообще не выживете. Я бы посоветовал вам опираться на тех, кто реально в жизни что-то может.

– Например?

– Я ведь не просто так предлагал познакомить вас с Ройзманом.

– Ага, понятно. И вы тоже?

– И я тоже.

– Лев Евгеньевич, а не вы ли уже однажды разменяли свои долги на меня?

– Ох, Тамара, жесткий вы человек! Да, было. Но больше – никогда! Вы мне, можно сказать, дважды жизнь спасли, так что я вам по гроб обязан. Жизнь отдам за вас, и я не шучу.

– Лев Евгеньевич, ну как мне с вами? Голова кругом! Еще Кумбарский на что-то намекал. Кстати, на что такое он намекал? Что, мол, скоро я что-то узнаю?

– Вот гад! Везде свой нос сунет! Сейчас... – Обернувшись, он жестом позвал кого-то, и через мгновение подле него возник человек с кожаной папкой в руках. Щелкнув замками, он извлек из папки какие-то документы и передал их Перегожину.

– Вот, Тамарочка, это нотариально заверенная купчая на ваш дом. На весь дом, заметьте, а не на квартиру только, в которой вы проживаете. На ваше имя, разумеется, вы теперь домовладелица.

– Как это? Почему? – встрепенулась Тамара. Широко раскрытыми прекрасными своими глазами она смотрела на Перегожина. Она все никак не понимала, что происходит, только продолжала твердить: – Я не просила! Зачем? Я не могу этого принять.

– И не принимайте. Пусть документы пока полежат у нашего юриста, никуда они не денутся. – Он не глядя вернул бумаги человеку с портфелем, тот клацнул замками и испарился. – Просто знайте, что вы теперь владеете недвижимостью.

– Ну, спасибо! Я, честно говоря, не знаю, что сказать. Нет слов!

– Ничего не говорите. Но поверьте, это самое малое, что мы смогли для вас сделать. А по весне мы еще отремонтируем ваш дом хорошенько, и даже перестроим его под ваши нужды.

– Какие нужды? Нет у меня никаких особых нужд.

– Но вам же нужно где-то принимать больных? Вот, на первом этаже есть вполне подходящее помещение. Там кстати, уже и кое-какое медицинское оборудование имеется. Скажете потом, чего недостает, и мы все вам доставим.

– Лев Евгеньевич! Я не знаю,