Заложница. Часть 1 - Ева Алатон

— Мне сегодня уже говорили. — Я протянула ему платок. — Вытри, кровь больше не идет.

— И правда. — Удивился он, глядя на меня.

И мне впервые показалось, что мы можем стать друзьями.

Глава 10 Вкус победы

Вот и наступил очередной день в крепости. Всю ночь завывал за окнами завывал ветер и я поняла, что выпал снег.

Мой первый снег в другом мире, в другом теле. Странно было вот так лежать, ощущая себя ребенком с взрослыми мыслями.

Уютная тишина разливалась за стенами башни. Не было привычного свиста ветра в бойницах. Не скрипели ставни. Не стучали неплотно подогнанные доски где-то под крышей. Не ревело диким зверем море.

Море. Пожалуй, теперь я понимала, почему у крепости такое название. Море, рядом с которым стояла крепость, действительно ощущалось диким, необузданным зверем.

Я выбралась из-под одеяла и подошла к окну. Ставни со скрипом открылись. За стеклом медленно светало. И всё было белым.

Снег лёг на стены крепости, на башни, на причалы и крыши домов, лепившихся к скалам вокруг Львиного берега. Спрятал неприглядную грязь, укрыв все белоснежным пушистым ковром.

Белые шапки лежали на грудах рыбацких сетей. На перевёрнутых лодках. На штабелях брёвен возле мастерских.

Даже море будто изменилось.

Стало темнее.

Серьёзнее.

Словно недовольно смотрело на незваного гостя, посмевшего вторгнуться на его берег.

Я невольно улыбнулась. Наверное, впервые за всё время мне захотелось просто смотреть.

Не думать.

Не строить планы.

Не искать подвох.

Просто смотреть и почувствовать себя ребенком.

Я бегом бросилась к вещам. Аника, как знала, приготовила мне теплую овчинную безрукавку и меховую шапку. Быстро натягивая вещи, я с восторгом думала о том, как оставлю первые следы на этом снежном ковре.

Снег всегда оставался снегом.

В любом мире.

В любой жизни.

На миг мне показалось, будто я снова дома.

Будто сейчас мама будет ворчать, что я опять забыла шапку.

Будто впереди обычный день.

Обычная жизнь.

Но ощущение исчезло так же быстро, как появилось, стоило мне покинуть комнату.

Я тихо выдохнула.

Нет.

Теперь мой дом здесь.

На этом ветреном клочке земли между скалами и морем.

И если я хочу жить — придётся сделать его своим.

На площадке за стенами крепости снег оказался ещё красивее. Он, ослепительно белый, лежал между огромных валунов, создавая причудливые узоры. Поблёскивал в рассветных лучах на чёрных скалах, как россыпь бриллиантов, подчёркивая каждую неровность, каждую глубокую трещину в камне..

Море внизу сердито перекатывало тяжёлые волны, швыряя их в подножие утёсов. Солёный ветер, смешанный с мелкой ледяной крупой, хлестал в лицо, напоминая о дикой, необузданной силе этого края.

Я подняла взгляд к небу и невольно рассмеялась. Нелепость ситуации смешилась с восхищением: месяц назад я бы сочла безумцем того, кто сказал бы, что я буду радоваться снегу посреди средневековой крепости в другом мире. Но сейчас это было реальностью — холодной, колючей и невероятно прекрасной.

Попытка сделать разминку быстро вернула меня к действительности: я едва не рухнула на спину — снег под ногами оказался обманчиво красивым и предательски скользким.

А тело Айлы всё ещё оставалось телом хилого ребенка.

— Великолепно, — пробормотала я, отряхиваясь от липкого снега. — Просто великолепно.

Но сегодня всё равно было легче.

Не намного, но все же. С каждым днем, что бег, что приседания, давались мне легче , позже подключим и другой комплекс упражнений.

Дыхание всё ещё сбивалось. Сердце готово было разорвать грудную клетку, легкие горели огнем, а ноги дрожали. Но кровь кипела и я чувствовала азарт. Сегодня, помимо обычной разминки я попробовала отработать несколько ударов и стоек.

И теперь я хотя бы видела результат.

Маленький.

Жалкий.

Почти незаметный.

Но он был.

Когда тренировка закончилась, я уселась на камень и долго смотрела на море.

Ветер трепал выбившиеся из-под шапки волосы.

Волны били в берег.

А где-то далеко над водой кружили птицы.

И впервые за долгое время мне показалось, что жизнь всё-таки движется вперёд.

Пусть медленно.

Но движется.

Через несколько дней снег исчез.

Буря пришла ночью.

Сначала пошёл дождь, от которого я проснулась.

Потом ветер.

К утру море окончательно отвоевало берег обратно.

От белизны не осталось ничего.

Только мокрые, покрытые наледью скалы и серое небо.

Львиный берег будто говорил:

«Не привыкай. Здесь ничего не даётся надолго».

На кухне стоял привычный шум.

Стук ножей.

Треск дров.

Крики подмастерьев.

Запах хлеба и рыбы.

Запах горячего бульона.

Я как раз доедала рыбу, когда возле склада с мукой началось какое-то движение.

Несколько работников спорили между собой.

Потом появился Мэтр.

Посмотрел на один из мешков.

Развязал его.

Запустил руку внутрь.

Помолчал.

Снова проверил.

Потом удовлетворённо хмыкнул.

— Ну что?

— Сухая, — удивлённо ответил один из помощников.

— Вся?

— Вся.

— Даже снизу?

— Даже снизу.

Мэтр довольно кивнул.

— Значит работает.

— Не может быть...

— Может.

Он посмотрел на присутствующих так, словно собирался кого-то съесть.

— А теперь вспомните, кто это предложил.

На кухне стало неожиданно тихо.

Я сразу почувствовала неладное.

Поздно.

Слишком поздно.

Одна из женщин улыбнулась.

— Юная госпожа. — С гордостью произнесла она.

— Именно!

— Надо же...

— А я не верил.

— И я не верила.

— А ведь и правда, сработало.

Я замерла, едва куском вареной рыбы не подавившись.

Откуда у них столько радости?

Но почему-то внутри стало тепло.

Очень тепло.

Потому что впервые меня кто-то еще звал юной госпожой, кроме Аники.

Я почувствовала себя человеком, который принёс пользу.

Пусть маленькую.

Но стоящую. Ведь для этого каменистого края злаки это дорогое удовольствие.

Мэтр поймал мой взгляд и усмехнулся, вернувшись к своим котлам. Он признавал мою правоту, признавал мой статус и я внезапно поняла, что улыбаюсь.

— Ты чего такс странно улыбаешься?

Голос Тарека раздался совсем рядом.

Я обернулась.

Он сидел на привычном месте возле стены.

Колупал ножом деревянную заготовку. Снова. Интересно, что он мастерит?

И выглядел недовольным.

— У тебя лицо такое, будто ты кого-то убил.

— Почти.

— Я так понимаю, речь о моем братце?

— Жаль, что не получилось. — Обиженно произнес Тарек.

Я расхохоталась.

— Опять подрались?

— Нет.

— Тогда почему такая трагедия?

Тарек скривился.

— Он опять полез.

— И?

— Сказал, что мне место среди рыбьих потрохов.

— А ты?

— Спросил, когда будущий владетель он научится держать меч.

Я закашлялась, пытаясь спрятать