Освобождённый меч - Гарет Ханрахан

"Где ты его украл?"

"Я не крал, - почти застенчиво ответил Форвин. "Я это заслужил. Пойдем, выпей с нами. Это того стоит."

Все спутники Скребка были выходцами из Западных Маршей, как и он сам. Как и Бор, хотя Бор давным-давно лишился корней и привык к свободе Дороги. Он не любил Западные Марши. Это была засушливая пограничная земля, порождавшая угрюмых людей. Ее жители сбились в кучу в своем углу таверны. Они сторонились арденцев и тихо переговаривались друг с другом. Большинство были воинами, но на них не было никаких знаков или цветов, которые могли бы выдать в них солдат определенной знати. Возможно, разбойники. В свете пылающего огня очага они выглядели как дьяволы.

Он взял предложенный ими эль, но сел отдельно от них. Форвин сел на табурет рядом с ним, и Бору это не понравилось. Он всегда боялся, что проклятие Форвина заразно. Бор рассеянно погладил Ку по мохнатой голове.

"Так расскажи мне, - начал Форвин, - что ждет тебя во дворце? Вряд ли ты гость лорда, и я не могу себе представить, что ты приглянулся какой-нибудь дворянке".

"Ну и болтун же ты! Лицо как вспаханное поле. Нет, я путешествую с рыцарем, а он - гость лорда Тора".

"Вот уж не думал, что ты станешь слугой. Скорее, мертвым в канаве. Он хорошо тебя содержит, этот рыцарь?"

Бор почесал шею. "Не то чтобы хорошо".

"Но ты поклялся служить ему?" - спросил один из жителей Маршей. У него была хорошая речь, богатый и хорошо поставленный баритон. В его голосе было что-то знакомое, чего Бор не смог распознать.

"Что-то вроде этого".

"Значит, связан". В отличие от прерывистого, метающегося взгляда Форвина, вестмаршец смотрел на Бора ровным оценивающим взглядом. Бор поерзал на стуле.

"Он выручил меня из небольшой передряги, - пояснил он, - но его боевые дни давно прошли. Я не хочу терять свои навыки, так что если бы у меня была другая работа..."

"Кто был твоим последним работодателем до этого рыцаря?" - спросил вестмаршец.

Прежде чем Бор успел ответить, вмешался Форвин. "В прошлый раз, когда мы расставались, Бор отправился в Некрад искать счастья, но, как он мне сказал, все пошло наперекосяк".

Вестмаршец протянул Бору свежую кружку. "Рассказывай". Его голос был чертовски знакомым.

"Ничего особенного. Контрабанда магических вещей. Меня поймали".

"Закон, запрещающий торговлю магией, несправедлив. Лорды накапливают силу для себя и наказывают тех, кто ищет крупицы волшебства. И как Лордам удалось заполучить это огромное количество магических сокровищ? Благодаря деяниям Девяти и самопожертвованию обычных людей".

"Ты говоришь, тебя поймали на торговле кровью?" - с недоверием спросил другой. "А разве наказание за это не смерть?"

"Через повешение", - ответил первый мужчина, который, похоже, был главным. “Но некоторые петли бывают длиннее, чем другие, и их трудно перерезать. Мир меняется, друг, - сказал вестмаршец. "Старый порядок вещей - это засохшее дерево. Оно погибло, когда пал Некрад, но Лорды поддерживают его. Скоро подуют весенние ветры и повалят гниль". Он встал, его мощная фигура возвышалась над остальными. Он оглядел Бора с ног до головы, а затем сказал: "Пойдем с нами".

Церковные колокола отзвонили полночь. Вестмаршцы вышли из таверны в сопровождении Бора. Ночь была облачной. На главной улице были установлены фонари, чтобы освещать путь путникам, и на улицах все еще было несколько прохожих – гуляки, выходящие из таверн, нищие и уличные проститутки, несколько солдат в ливреях лорда Ардена, следящие за порядком. Вместо того чтобы идти по освещенной дороге, вестмаршцы повели Бора по темным переулкам, и вскоре он заблудился.

"Куда, черт возьми, мы идем?" - прошептал он Форвину.

"Успокойся. Ты среди друзей", - ответил Скребок. "Здесь недалеко, и там тебе все объяснят".

Внезапно Ку залился диким лаем. Пес запрыгал вокруг, издавая невероятный для такого маленького животного шум. Бор схватился за поводок, но Ку вырвался и обежал его по кругу, прежде чем юркнуть за штабель бочек. Он продолжал лаять.

"Заставь животное замолчать!" - приказал лидер вестмаршцев.

"Я пытаюсь", - пробормотал Бор. "Заткнись!" Он подобрал камень, потом передумал. Попытался ползти за Ку, но щель была слишком узкой для его тела. "Замолчи!" - шипел он на пса.

Собака продолжала лаять.

"Это привлечет внимание", - прошипел один из них сквозь сломанные зубы. В руке у него был нож.

Бор свирепо посмотрел на него. "Это моя собака", - проворчал он. Вестмаршец нахмурился, но не стал настаивать на своем. Нож исчез.

"Форвин, оставайся с Бором. Мы заберем тебя позже", - сказал лидер. Он и остальные скрылись в темноте.

В переулке воцарилась тишина, нарушаемая лишь тем, что Форвин почесывался. Было слишком темно, чтобы Бор мог разглядеть, что делает его собеседник, но он, казалось, ползал вокруг, изучая землю своим волшебным камнем. Бор присел на корточки, прислонившись спиной к стене.

"Они повсюду, - заныл Форвин, - как я могу знать, что это все иллюзии? А вдруг один окажется настоящим? Отложит яйца в моем ухе. Гадость, гадость".

Пес вынырнул из-за штабеля бочек, тяжело дыша, от его дыхания в холодном воздухе поднимался пар. Чем бы ни был этот странный приступ, он прошел, и теперь пес выглядел невыносимо довольным собой. Он попытался лизнуть Бора в лицо, но тот оттолкнул его. Он схватил конец поводка, и пес попытался оттащить его.

"Вы двое - сущее проклятие", - проворчал Бор собаке. "Меня ждет постель в гребаном дворце, а вместо этого я сижу здесь, мерзну в переулке, и жду - кости Эрлкинга, друзей гребаного Скребка!"

Ку лег рядом с ним и подставил свою массивную голову, чтобы он почесал ее.

Он повертел монету в руке. Мысленно прокрутил разговор в таверне.

"Странная собака, - озадаченно произнес Форвин. Он снова поднес драгоценный камень к глазу.

"Это не моя собака", - пояснил Бор. "Глупое животное следовало за мной всю дорогу из Эллспорта".

"Тогда чья это собака?"

Собака принадлежала Ольве Форстер, сестре Ламмергейра. Собака принадлежала женщине, которую предал Бор.

Это было странно - рейнджеры допрашивали его о ней неделями, говорили о ней до тех пор, пока у него не заболело в горле, но он не знал, что стало с ней после Эллспорта. Мартенс дал слово, что ей не причинят вреда, но Мартенс был лжецом. И даже если она добралась до Некрада, там ее ждало множество ужасных судеб.