Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

У меня было время на то, чтобы как следует обдумать, где находится уязвимое место в той броне, что защищала астоланского короля. Я ощутила ее прочность и силу лишь на краткий миг, но каждая секунда последующей боли открывала мельчайшие детали плетения магического щита, и я не могла не признать, что он сотворен с величайшим искусством. Слишком поздно открылась мне тайна Астолано: любое зло вернется тому, кто замыслил его против королевской семьи. Словно воочию я увидела светящиеся зеленые нити, опутывавшие короля с ног до головы. Да и сейчас, стоит мне только закрыть глаза - и зеленые узоры горят во тьме, навсегда отпечатавшись под моими веками. Кружевные тонкие плети раскинулись по дворцу - они вели к детям королевской крови. Трое детишек - принцесса, принц и их кузен. Мне довелось их встречать в галереях дворца. Кому-то из них суждено было стать моим рабом и предать свой род.

У королевского племянника глаза были слишком злыми - дети с таким взглядом обычно рано обзаводятся своими собственными страстями. Магия, которую я собиралась использовать для своей новой игры, могла обмануть защитные заклятия, но не взгляд голубых глаз, который я хорошенько запомнила при первой встрече. "От него следует избавиться первым!" - подумала я тогда, самонадеянно полагая, что стою в одном шаге от трона, но прогадала. В новой моей игре для злобы, что взращивал в своей душе этот голубоглазый мальчишка, нашлось славное применение, но в главные герои он никак не годился - то-то разъярился бы он, узнав, что вновь ему суждено остаться на вторых ролях!..

Принцесса тоже не годилась для моей затеи. Я и так одарила одну королевскую дочь слишком щедро! А эта, к тому же, была любопытна и вечно совала нос в чужие дела. Но сгубило ее вовсе не любопытство, а любовь к младшему брату. Юный принц был таким хорошеньким, таким славным!.. Мальчик, окруженный любовью и восхищением, хорошо знал цену красоте - по большей части, своей собственной, - но с годами сердце его начало томиться желанием раздобыть себе невесту, которая не покажется бледной тенью рядом со своим красавцем-нареченным. Кому же захочется слышать за своей спиной пересуды: "Бедный мальчик! Он заслуживал гораздо лучшего!". Всеобщее восхищение сделало его чуть тщеславнее, чем следовало бы, и он искал не любви, а очередной повод польстить собственной гордости.

Что ж, я подарила ему встречу с самым красивым созданием, которое он только мог увидеть. Он бежал со всех ног ко мне, едва по городу и дворцу разошлись слухи о прекрасной девушке, найденной на берегу после шторма. Маска, скрывавшая его лицо, не смогла обмануть меня - я узнала бы принца из сотен других людей, ведь теперь я распробовала на вкус тайное волшебство, оберегавшее его.

Никогда еще я не боялась так собственного колдовства. Сотни и тысячи раз я оттачивала слова заклятия, которое мне предстояло прошептать, но даже самой себе я не могла бы соврать, что уверена в своем замысле. Моей магии предстояло тихо оплести броню, хранившую принца - как побеги вьющейся розы взбираются по старым камням укреплений, - проникнуть в каждую щелку, зацепиться крошечными шипами за невидимые трещинки, и, наконец, усеять прочную мертвую стену сотнями соцветий. Они бы источали столь дивный аромат, что никто не посмел бы увидеть в них что-то дурное. Заклятие, сочиненное мной, дарило принцу обещание близкого счастья, сладкого волнения, нежной истомы - что в этом губительного и злого? Разве нужно защищаться от таких чар?..

Я помню, как он пошатнулся и встал на колени перед моей постелью - мне полагалось быть ослабевшей после пережитого, и я день-деньской лежала среди подушек, точно драгоценность в футляре из лучшего бархата. Его глаза - единственное, что не скрывала маска, - затуманились, а затем я почувствовала, как часть заклятия, отразившись, возвращается ко мне...

Уна надолго смолкла - эти воспоминания оказались тяжелы для нее. Куда тяжелее, чем память о временах, когда ей приходилось голодать и скитаться в образе дряхлой старухи.

- ...Мне прежде не доводилось ощущать ничего подобного, - наконец произнесла она, задумчиво качая головой. - Не зря люди совершают так много безумств из-за этого... чувства. Я - порождение магии и снежных просторов, и до того умела любить разве что свободу, да собственное отражение в гладком речном льде. Верить в то, что твое счастье и предел мечтаний заключены в одном-единственном человеке - что за нищета духа? Но заклятие все равно подействовало. И отныне мне предстояло раздвоиться: одна часть меня любила принца, а вторая - помнила, что любви этой отведен недолгий срок и горький конец.

Не прошло и часа, как за мной прибыли королевские слуги, и из скромного дома, приютившего меня, я очутилась во дворце, окруженная неисчислимыми слухами и домыслами.

В голосе Уны имелась своя особая магия: я постоянно ловила себя на том, что не разбираю отдельных слов и вижу волшебные движущиеся картинки: то яркие и пестрые, то мрачные и страшные, нарисованные одной лишь черной краской. Сейчас перед моими глазами появился дворец - сотни свечей и ламп, ароматный дым курильниц, мерцание позолоты, радужный блеск хрустальных подвесок, бесконечные отражения зеркал, шелест шелковых занавесей, далекая музыка. Среди нарядной толпы медленно и гордо шла она - девушка, похожая на Вейдену, как бывают похожи между собой две розы с одного куста. Но эта была гораздо, гораздо красивее, и одна тень ее улыбки в сотни раз превосходила своей обольстительностью сдержанные манеры герцогини. Никогда герцог Огасто не смотрел с такой любовью на свою жену, как смотрел принц Лодо на свою невесту.

-...Любовный приворот сводил меня с ума, - говорила Уна, беспокойно хмуря брови. - Иногда я, забывшись, думала: ведь я и так получу корону Юга! Принц женится на мне, и мы будем править вместе, не расставаясь ни на миг. Зачем мне следовать своему жесткому плану, зачем губить нашу любовь? Приходилось напоминать себе, что все обман, магическая иллюзия. Получить трон для того, чтобы остаток жизни притворяться обычным человеком? Отречься от магии?.. Разве так должно было сбыться пророчество? Но любить было так сладко... И я почти не лгала, когда шептала своему принцу, что безмерно счастлива, и не вижу никакого иного будущего, кроме как рядом с ним. Разговоры о нашей свадьбе становились