Время зелёного волшебства - Хилари Маккей

– Книги, – ответила Эби. – Хочу спросить тебя кое-что о книгах.

– Гм? – вопросительно хмыкнул Тео, делая растяжку вдоль покрытой деревянной панелью стены (которую он полировал квадрат за квадратом, как только у него выдавалась свободная минута).

– В больницу, – начала Эби, – люди когда-нибудь поступают из-за книг?

– Они бы расстроились, если бы попали, – ответил Тео. – Мы отделение переливания крови, а не библиотека. У нас есть несколько детских книжек с картинками, и уборщик держит всегда наготове стопку газет для непредвиденных нужд. Вот и всё. И не смотри на меня так.

– Понятно. Но бывает, что поступают люди, которые пострадали из-за книги?

– А, – отозвался Тео. Он прекратил делать растяжку и опустился на пол у стены, чтобы было удобнее слушать. – Ясно, понял! Да. Поступают. Книги – это опасная штука. На людей постоянно падают книжные полки. Дураки роняют их себе на ноги и приходят потом к нам вприпрыжку. Ненормальные идут по улице и читают, а потом врезаются в фонарные столбы. Малыши едят книги. И много-много случаев, когда людей запирали в библиотеке после закрытия. Обычно они получают травмы, пытаясь выбраться.

– Но, – уже мягче произнесла Эби, так как сидела рядом с отцом и его плечо было приятным и тёплым, – бывают несчастные случаи именно от чтения книг? Именно оттого, что их читают? От чтения? Не от фонарных столбов и прочего.

– Реже, но бывают даже более опасные случаи, – ответил Тео и крепко обнял дочку. – Если читаешь при свече, можешь заснуть и загореться. Ещё бывают травмы, когда готовят и читают одновременно. Из-за кулинарных книг часто режутся ножом.

– Что?

– Да-да! Режешь петрушку, а сама смотришь – что там дальше? Оп! Травма из-за рецепта! И, конечно, есть куча народу, в кого ударила молния, потому что они читали под деревом во время грозы. Не говоря о детях, которые поступают с травмами от занозы до сотрясения мозга из-за того, что пытались пролезть сквозь заднюю стенку шкафа. И даже не напоминай мне про Гарри Поттера и травмы шеи. Ты не поверишь, сколько людей пытались пробить багажной тележкой кирпичную стену!

– Да, но…

– Сидя на швабре, выпрыгивают из окна! Гоняются за драконами!

– Прекрати! – прервала его Эби.

– Что прекратить?

– Валять дурака.

– Я разве это делаю? – спросил Тео очень резким голосом, подняв брови.

Было утро субботы, впереди целых два дня без больницы, чего не случалось уже много недель подряд. Тео не мог не валять дурака.

Эби продолжила:

– Я просто хочу узнать, веришь ли ты в… в… – Она запнулась. – Не волшебство… – снова запнулась.

– Не волшебство?

– Да.

– Поясни.

– Если кто-то читает книгу про автобус, он же не может оказаться в автобусе?

– Думаю, не может, Эби.

– Или если книга про море, и тот, кто читает, падает? То есть соскальзывает прямо в море?

– А мы всё ещё в автобусе? – перебил Тео.

– Нет. Мы здесь. В этой комнате. В этом доме.

– А тебе ещё нравится дом? – немного обеспокоенно спросил Тео.

Он обвёл взглядом старомодную комнату с незажжённым камином и листьями плюща за окном. И вспомнил слова Полли о том, что дом жуткий.

– Этот дом будто из книги, – ответила Эби и коснулась рукой резной панели. – Ты плохо слушаешь. Я говорила о море. Читаешь про море, а потом падаешь в море…

– Читаешь про море, а потом падаешь в море? – повторил Тео.

– Да.

– В настоящую воду?

– Не совсем, – попыталась объяснить Эби и замолчала, поняв, что не может.

Тео задумался, потом просиял и воскликнул:

– Я знаю! Мы поедем!

– Поедем куда?

– Рванём в Саутенд[9] или ещё куда-нибудь!

– Ты имеешь в виду на настоящее море?

– Почему нет?

– Только ты и я?

– Эби! Имей совесть! Всей семье не мешало бы проветриться, если хочешь моё мнение!

– Макс ни за что не согласится, – возразила Эби. – После вчерашнего вечера. Он, может, вообще больше не выйдет из своей комнаты.

– Он ел лапшу.

– А в душе умирал.

– Со всеми бывает, – согласился Тео. – Сначала приготовим блины, а потом посмотрим.

Мальчики тоже хотели блины, поэтому спустились на кухню. Сначала пришёл Луи, который надел другую одежду, чему Эби очень обрадовалась, а потом Макс, весь побледневший от бессонной ночи. Тео сразу вручил ему сковородку и миску с тестом, усадил Эби резать апельсины, Луи отправил к шкафу разыскать шоколадную пасту, малиновый джем и взбитые сливки, а сам сел составлять список.

– Нам понадобятся куртки, – начал он. – Шапки и всё такое. Двухпенсовые монеты для автоматов, запасные носки, полотенце или два. Ведро и лопату можем купить там, если захотим. Что ещё ты берёшь на пляж, Луи?

Луи от удивления вывалился из шкафа, куда почти целиком влез.

– Пляж с морем?

– Сегодня прекрасный день для этого, – спокойно произнёс Тео. – Макс, как думаешь, найдёшь футбольный мяч?

– Ты серьёзно? – не поверил Макс.

– Ага.

– С чего вдруг?

– У меня выходной, – сказал Тео. – И солнце выглянуло. Куда же ещё?

– Когда?

– Едем, как только будете готовы, – ответил Тео.

И вот через час или чуть больше они поехали – навстречу восточному ветру и крикливым чайкам. Они гуляли по песчаным грядам и окунали ноги в ледяные волны. Тео был вратарём, а море – воротами. Эби собирала ракушки. Когда Луи это увидел, то начал ей помогать. Он очень обрадовался, что нашёл три жёлтые улитки и двух моллюсков, соединённых посередине.

– Эби может взять жёлтые, – сказал он, показывая их Тео. – Нет! Эби может взять их все! Всё остальное буду складывать в другой карман. Сюда!

Луи деловито поправил куртку и объяснил:

– Я приготовил лучший карман номер один для Эби и лучший карман номер два – в нём уже есть дырочка – для себя.

Немного погодя Луи нашёл большую мёртвую морскую звезду.

– И в какой карман она пойдёт? – поддразнил его Тео.

Луи переложил все ракушки из кармана номер один себе в шапку, а ракушки из кармана номер два в опорожнённый карман номер один. Морскую звезду он опустил в пустой карман номер два. А потом гордо принёс шапку Эби.

– Нет-нет! – начала было Эби, но увидела глаза Луи и передумала. – Спасибо! Они такие красивые! Спасибо! – поблагодарила она.

Было слишком холодно для песочных замков, зато в зале с игровыми автоматами – тепло. Тео собрал два фунта из двухпенсовых монет и поделил между детьми. У Луи первого закончились деньги, а у Эби – последней. Дважды она выиграла целое состояние и дважды всё потеряла. Макс разменял свои собственные