Хранительница замка - Райан Гродин

– Ох, прости, – вот только раскаяния в голосе Вэнса она не услышала, а от его тона шерсть на ушах у Фэй встала дыбом. – Ну-ка иди сюда! Кис-кис-кис!

Кое-кто из мальчишек рассмеялся.

Фэй будто «Застывалусом» окатили. Словно вкопанная, она замерла на месте, и ее горячей волной захлестнул стыд. Как же это отвратительно… Гораздо хуже, чем волшебник Запад, вечно перевирающий ее имя. И даже хуже того случая, когда ее пытались превратить в кошку.

– А вот скажи, – продолжал Вэнс, – у тебя из кошек кто, мать или папаша?

И снова хохот.

Прямо над Вэнсом висела люстра из собранных вручную звезд, но Селурдур не вступился за Фэй и не сбросил ее хаму на голову. И ковер из-под стула наглеца замок тоже выдергивать не стал. Это, может, и к лучшему, и все же Фэй охватило ужасное одиночество. Пока на ней одежда горничной, она даже постоять за себя не может.

Но тут принц Макс выпрямился.

– Вэнс, прекрати.

За столом повисла тишина, и Фэй выдохнула. От принца она помощи не ожидала, впрочем, как и благодарности. Возможно, волшебнику Западу и впрямь лучше выбрать себе в ученики Макса.

Вэнс прищурился:

– А то что? А, кузен?

Так, значит, они двоюродные братья! А ведь и правда: только теперь Фэй заметила, что у Вэнса те же золотистые волосы и волевой подбородок. Явно не желая встречаться взглядом с Вэнсом, Макс поджал губы.

– Я… я… – принц запнулся, – я отцу пожалуюсь.

Вэнс рассмеялся:

– Дядя Максимиллиан ненавидит стукачей. И тебе это известно.

Макс сглотнул.

– Тогда я скажу Иллиан.

Эта угроза оказалась намного более действенной. Вэнс закрыл рот и испуганно посмотрел туда, где сидела принцесса. Фэй так и не поняла, чего он боится: утопающая в розовых оборках Иллиан едва успевала жевать, занятая беседой со знатными дамами. Кубок у нее почти опустел, поэтому Фэй воспользовалась случаем и улизнула от стола участников турнира. Она надеялась, что они не заметят, как под фартуком у нее подрагивает хвост.

Наполняя принцессе кубок, Фэй по-прежнему дрожала, и пепельный чай пролился Иллиан прямо на платье.

Дамы за столом заахали.

Принцесса опустила глаза.

– Я… я очень сожалею, Ваше Высочество! – пролепетала Фэй. – Сейчас на кухню за салфетками сбегаю!

Иллиан подняла глаза. Она, похоже, совершенно не рассердилась, наоборот, обрадовалась.

– Я с тобой! – заявила она.

Принцесса встала и поправила забрызганное чаем платье. «Когда на платье столько оборок, того и гляди улетишь», – подумала Фэй. И даже если забыть о темно-коричневых чайных пятнах, оно выглядело ужасно неудобным.

– Нет, что вы, не нужно! – воскликнула Фэй. – Я мигом вернусь…

– Видишь ли, – принцесса Иллиан наклонилась к ней и заговорщицки зашептала, – это прекрасная возможность смыться отсюда! Меня заставили весь вечер беседовать с леди Бортрам и леди Ледчестер, и пока им не удалось уговорить меня выйти замуж за их сыновей, но долго ли я еще продержусь, не знаю. В общем, из-за этой болтовни я толком и не поела. Сейчас умру от голода! Я слабею от голода! Говоришь, ты на кухню? – Разве принцессы бывают такими дружелюбными? От удивления Фэй лишь сумела кивнуть. – Тогда веди меня туда! – Иллиан подобрала юбки и стала пробираться к выходу. Мебель волшебным образом расступалась перед ней. Если вдуматься, члены королевской семьи тоже владеют своего рода магией. Никто не указывал принцессе, где сесть или встать и чтобы она смотрела, куда идет. Когда Иллиан распахнула двери и вошла в кухню, даже там все словно сделалось спокойнее. Фэй тоже почувствовала, как тревога покидает ее. Словно само пространство прекратило излучать опасность. Настроение у нее улучшилось.

Жаркое уже нарезали и разнесли гостям. За ним последовали и гарниры. Рена смахивала на генерала, который наблюдает за окончанием тяжелой битвы. Теперь она раскладывала по тарелкам драпончиков – их она доставала из просторной клетки, в которой отец Фэй когда-то выхаживал больных птиц. Печеными крылышками драпончики хлопали по прутьям. Расплавленный крем капал на металл и окрашивал его в оранжевый.

– О-о! – восхитилась принцесса, увидев десерт. – Какая прелесть!

От неожиданности Рена выронила одного драпончика, но Иллиан успела его подхватить.

– Как ты так делаешь, что они двигаются? И еще… ой, ну надо же! Какие глазки! А какие крохотные клыки!

Драпончик зашипел.

– Не подноси слишком близко… – договорить Фэй не успела.

Начинка из пирожного вытекла, и расплавленный крем попал на платье Иллиан. Фэй с ужасом ждала, что платье вспыхнет, и так оно и случилось бы, не будь ткань пропитана пепельным чаем. Искра превратилась в дым.

Принцесса ахнула.

– Это тоже настоящий огонь?

– Это расплавленный крем, – объяснила Фэй, – Рена взбивает его из молока огненной лисы. Их полагается запивать пепельным чаем, иначе очень сильная изжога будет.

– Запивать? – Иллиан с ужасом посмотрела на драпончика у себя в руке. – Да я моего Ожожка ни за что бы не съела!

Принцесса посадила драпончика, которому только что придумала имя, себе на плечо.

Фэй схватила кувшин с пепельным чаем и изготовилась вылить его на золотую косу Иллиан, если драпончику вдруг вздумается снова плеваться начинкой.

– Вам бы, Ваше Высочество, лучше к нему не привязываться, – посоветовала Рена и снова принялась раскладывать десерт. Чтобы драпончики не разбежались, каждого из них накрывали высокой металлической крышкой. На столах уже высились сотни таких крышек. Все они тихо позвякивали: это драпончики проверяли свои темницы на прочность.

– Через несколько дней порошок «Анимус» перестанет действовать, и пирожные зачерствеют.

– И как только платье у вас высохнет, – добавила Фэй, – Ожожек, скорее всего, спалит его.

– Только бы он не подкачал! – заявила Иллиан. – Тогда я хоть сниму эту отвратительную тряпку! Терпеть не могу розовый, и юбки тоже, а ничего другого мне носить не разрешают. Максу куда больше везет! Он брюки и плащи носит. И обувь у него удобная! – Иллиан посмотрела на собственные туфли. Острые каблуки цокали по каменному кухонному полу, словно копыта. – У него даже церемониальный меч есть! А мне в жизни не разрешалось брать в руки ничего острей вышивальной иглы.

И тут Фэй осенило. Бросившись к ящику со столовыми приборами, она достала маленький нож.

– Вот! – она протянула его принцессе. – Я вам меч, а вы мне дракона!

– Это всего лишь нож для масла, – заметила Иллиан.

– А это пирожное, – Фэй кивнула на живое тесто на плече принцессы, – верните его, и я познакомлю вас с настоящим драконом.

– Правда? – принцесса наклонила голову. – Погоди-ка, это тебя я на арене видела, когда мы только подлетели к замку? Обычно в ответ мне никто не машет! И ножи тоже не предлагают, – она помрачнела, – как будто