Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Он в ответ попытался об меня почесать крылом, а потом просто шлёпнул корпусом по земле, пытаясь размазать меня и стрелы заодно. Я успел отпрыгнуть, но удар всё равно достал: доспех взвыл, в ушах зазвенело, зубы стукнулись.

Я откатился, поднялся и понял, что дыхание уже на пределе. Сердце колотилось, как будто пыталось пробить грудную клетку и сбежать из всего этого безумия. Усиление, конечно, держало кости, мышцы и связки, но ядро внутри ныло сплошным фоном: «жрать, жрать, жрать».

— Потерпишь, — сквозь зубы сказал я собственному ядру. — Сначала убедимся, что нас вообще есть кому кормить.

Дракон тоже был не в лучшей форме.

Крыло висело рваной тряпкой, под ним сочилась тёмная жидкость. В боку торчало несколько стрел, хвост сгибался неестественно, как будто часть позвонков разошлась. Но несмотря на это, монстр всё ещё двигался, и двигался быстро.

Он попытался сделать круг вокруг меня, сжимая кольцо. Я отвечал отступая назад, попытками уйти в сторону, прятался за обломками арбалетов и тушами меньших драконов.

В какой-то момент мысль «а может, ну его» промелькнула слишком ясно. Я на секунду представил, как бы сейчас было хорошо где-нибудь внизу, в тихой пещере, с парой мелких монстров на закуску и без вот этого всего.

Потом дракон ударил меня лапой, и мысли вылетели из головы.

Удар пришёлся по доспеху, по диагонали. Меня отбросило метра на три, я прокатился по камню, оставив после себя красивую борозду, и впечатался в обломок скалы. Руки дрогнули, зрение на секунду поплыло.

— Да, — выдохнул я, — прыгнул выше головы — это мягко сказано.

Тень накрыла меня снова. Дракон навис, поднял лапу, собираясь добить, и в этот момент я среагировал.

Я не стал пытаться уйти в сторону. Я рванул вперёд — под него.

Под прыжок. Под массу, которая сейчас должна была меня раздавить.

Усиление сработало как нужно — мир вокруг снова потянулся. Я оказался у него под грудной клеткой, одной рукой упёрся в камень, второй — в шкуру, впихнул туда клинок, вложив всё, что было в огне и тьме. Лезвие вошло, как раскалённый нож в жир.

Дракон не успел перенести центр тяжести. Лапа ударила в пустоту, его чуть повело, он завалился, всем весом соскальзывая вперёд.

Я рванул клинок вбок, ощущая, как режется плоть, рвутся связки, жар обволакивает руку до плеча. Запах стал таким, что в любой нормальной вселенной от него должен был сдохнуть один неудачливый человек.

Монстра согнуло, он вскрикнул, попытался отбросить меня, но я уже отскочил в сторону, рывком вытягивая из разреза клинок — на нём оставались куски чего-то мокрого и горячего.

— Минус сухожилия, — прохрипел я. — Посмотрим, как ты теперь попрыгаешь.

Дракон запрыгал. Но уже не так красиво.

Бой превратился в изматывающую свалку.

Он пытался меня достать всем, чем мог: хвостом — по кругу, лапами — сверху, пастью — когда давал себе паузы. Я отвечал короткими выпадами, отсечками, ударами по суставам, по менее защищённым участкам. Клинок то пылал огнём, то затягивался тенью. Иногда я совмещал обе стихии — получалась гадость, которая резала не только тело, но и часть энергии.

Каждый такой комбинированный удар отнимал у меня столько сил, что организм начинал судорожно требовать ядро. Но я понимал: ядро у меня только одно. Взять его можно будет уже после.

Пару раз дракон всё-таки попадал. Один раз коготь срезал по касательной по доспеху, прорезая верхний слой и задевая кожу. Боль прошла полосой, по спине потекло нечто горячее. Усиление тут же спаяло повреждение, но сигнал «хватит бегать под лапами» уже пронзил мозг.

В другой раз хвост поддел меня под ноги. Я взлетел, как плохо брошенный камень, ударился спиной о возвышение, увидел звездочки, которых здесь не было даже на небе.

— Нормально, — пробормотал я. — Ещё живой. Уже успех.

Сколько это продолжалось — я не знал. Время в бою с такими тварями течёт иначе. Есть только следующая атака и следующий вдох.

Понимание пришло, когда я увидел, что тьма вокруг стала светлее.

Я поднял взгляд. Вдалеке, над горным краем, начинал сереть горизонт. Далёкая полоска света медленно, но неумолимо подкрадывалась к нашему маленькому аду.

— Ну наконец-то, — выдохнул я. — Доброе утро, мир. Ты как раз вовремя.

Дракон тоже почувствовал.

Он завыл — не от боли, а от ярости. Тьма вокруг него дрогнула, как вода в котле, который резко подпёрли снизу огнём. Тёмное пламя в пасти вспыхнуло, попыталось разгореться сильнее — и вдруг дёрнулось, съёжилось.

Солнце ещё не поднялось, но первая его энергия уже давила на тьму.

Я почувствовал, как мир чуть изменился — магия сместила баланс. Огню стало проще дышать, тьме — сложнее.

— Что ж, дружище, — сказал я, поднимая клинок, — похоже, смена караула.

Я пошёл вперёд.

Усталость никуда не делась. Кости ныли, мышцы дрожали, дыхание с трудом выравнивалось даже с усилением. Но на фоне того, что начало происходить с драконом, мои проблемы выглядели терпимыми.

Его движения стали чуть медленнее. Совсем чуть-чуть — но я это чувствовал. Удары всё ещё могли меня убить с одного попадания, но теперь окно для уклонения расширилось с «почти нуля» до «чуть больше, чем ничего».

Я шагнул в сторону от очередной попытки прихлопнуть меня лапой, развернулся и ударил клинком по тому самому плечевому суставу, куда раньше вошла стрела арбалета. Лезвие вошло в старую рану, прорезало ткань глубже. Дракон рванулся, едва не сбив меня, но я удержался.

Ещё удар. Ещё.

Кость под клинком заскрипела, как старая дверь.

Дракон ударил хвостом. Я не успел уйти полностью — меня задело, мир снова кувыркнулся. Я прокатился по земле, чудом не потеряв клинок. Встал, глотнул воздуха, матернулся.

— Не дохнешь ты, зараза, — хрипло сказал я. — Ну ничего, мне не привыкать долго ковыряться.

Я снова пошёл вперёд.

Так несколько раз. Вытаскивай себя из-под ударов, режь, уйди от пасти, не дай себе отвлечься. И всё время в голове крутится одна мысль: «Если сейчас промахнусь — будет очень больно. Но если не попробую — будет ещё хуже».

Солнце тем временем поднималось. Небо из чёрного превратилось в тёмно-синее, потом — в грязно-серое. На дальних склонах гор проступили силуэты.

Дракон тяжело дышал. Из пасти вырывался не ровный поток тьмы, а рваные сгустки. Тело его еле держалось на ногах, но он всё равно пытался атаковать.

Я уловил момент.

Он поднял лапу, чтобы очередной раз