Ветер и Правда. Том 2 - Брендон Сандерсон

– Сколько времени до столкновения моего отца? – спросил Адолин у Нуры.

– Чуть больше получаса, – шепнула она.

– Нам нужно незаметно проскользнуть в тронный зал, – сказал Янагон. – Тихо, тайком удерживаем зал до наступления срока. Нам даже мечи обнажать не придется.

– Было бы до шквала прекрасно, – отозвался Адолин.

Они двинулись вперед. Кушкам, Саркквин и Гезамал образовали арьергард, Мэй с Янагоном шли первыми, взяв с собой Джасккима. Нотум, как и прежде, разведывал путь. В середине колонны оставались Нура, Адолин, Колот, Хмаск и Забра. Оказавшись внутри, Адолин сбросил одеяло: здесь их группа вызовет подозрения в любом случае. Он надеялся, что они просто никого не встретят.

Дворец вымер. Прислугу эвакуировали, а всю стражу призвали для участия в боевых действиях. Местами попадались выбитые двери, значит враги здесь побывали, но, может быть, они пошли дальше, утвердившись в дворцовом комплексе. Может ли им так повезти?

«Нет, – подумал Адолин, – все как будто нарочно подстроено».

– Постойте минутку, – сказал он спутникам, и те сгрудились вокруг него. – Тут будто бы слишком тихо. Куда мы идем, Янагон? Какова планировка коридоров?

Нура, привыкшая отвечать на адресованные императору вопросы, указала вперед:

– Видите коридор в конце этого перехода? Мы поворачиваем налево, затем сразу же еще раз налево в тронный зал.

Адолин посмотрел вперед, вдоль величественного перехода с канделябрами и предметами искусства, развешанными на каждом шквальном свободном участке стены. Он оканчивался Т-образным перекрестком. Налево – тронный зал.

– Адолин, что вы имеете в виду, говоря, что здесь слишком тихо? – спросил Янагон.

– Тут должны идти грабежи, – пояснил князь. – Или по крайней мере должна стоять стража, чтобы их не допустить. Нотум! Проверь-ка наш тыл.

Спрен отдал честь и, обернувшись световой лентой, унесся обратно тем же путем, каким они пришли.

«Будь наготове», – мысленно обратился Адолин к Майе.

«Принято», – откликнулась она.

– Думаю, это ловушка, – произнес Адолин вслух. – Отсюда три пути: обратно, как мы пришли, вперед и налево, вперед и направо. Бьюсь об заклад, на всех позициях стоят войска.

Он взглянул на Кушкама, потом на Мэй. Оба кивнули, соглашаясь с его предположением.

– Мы же понимали, что просто, вероятно, не будет, – заметила Мэй. – Придется отправить кого-то удерживать трон и сражаться, отстаивая зал.

– Двери можно запереть на засов в семи местах, повернув рычаг внутри, – сказал Янагон. – Если это ловушка, зал будет надежно закрыт.

– Можно ли прорубиться внутрь? – спросил Саркквин. – Светлорд Адолин, ваш осколочный клинок уже в доступе?

– Да, – ответил князь. – Вот этот участок слева от нас – это же стена тронного зала? Пожалуй, я мог бы прорезать тут дыру, и у нас хотя бы останется путь к отступлению.

Нура поморщилась.

– Все помещение обшито алюминием, – сказал Янагон. – Помните? Я говорил, что ее обшили после того, как мы узнали о Глубинных. Но есть потайная дверь.

Он подвел отряд к стене между двумя декоративными урнами на пьедесталах. Нура повернула скрытый рычажок, но ничего не произошло.

– Заблокировано, – догадался Колот. – Вот и доказательство. Они готовы к нашему приходу.

Янагон посмотрел на Адолина с паникой в глазах:

– Надо бежать?

– Куда? – откликнулся тот. – Янагон, было бы здорово, если бы мы могли ускользнуть, но жизнь редко бывает настолько проста.

В следующую секунду примчался Нотум.

– Ты прав, Адолин, – сообщил он. – За нами идут полсотни певцов с несколькими Сплавленными.

Кушкам указал вперед. Они двинулись дальше по коридору и достигли Т-образного перекрестка. И слева, и справа от них, футах в пятидесяти дальше по коридорам, поджидали еще войска. Сотнями.

Послышался шум, возвещая о приближении отряда, идущего с тыла. Кушкам одарил Адолина мрачным взглядом и обнажил меч. Они попали в качественное, надежное окружение.

– Мы обречены, – прошептал император.

– Возможно, – откликнулся Адолин. – Но помните, что есть четвертый вариант, как меньшая армия может победить бо́льшую?

– Да, – ответил Янагон. – Вы обещали рассказать мне, в чем его суть.

Кушкам хмыкнул. Из-за потери пальцев он был вынужден держать меч не в той руке.

– Вы обучили его этому?

– Так какой же он? – спросил Янагон, нервно сжимая меч. – Четвертый вариант?

– Игра, Янагон, никак не может в полной мере передать человеческий дух, – ответил Адолин. – Цифры, преимущества, помехи, статистика… иногда они врут. Потому что иногда меньшее войско сражается так, как никогда не воссоздать никакими фишками на доске. Иногда в жизни при исчезающе малых шансах на победу, когда любой разумный военачальник уже бы сдался, войско продолжает бой. И побеждает.

Янагона пробила дрожь.

– Но их сотни…

– Почему они не атакуют? – спросила Мэй.

Она достала и натянула лук и положила ладонь на рукоять длинного кинжала у себя на боку.

Адолин на мгновение задумался и понял, что знает почему. Он прошел чуть влево – всего футов десять от перекрестка – и отворил одну из дверей, ведущих в сам тронный зал.

Свет в пышном, богато обставленном помещении был приглушен. На троне, подсвеченном сверху, восседала фигура в блестящем осколочном доспехе, сверкая красными глазами сквозь прорези шлема. В доспехе Адолина.

Абиди Монарх желал получить свой поединок.

Остальные тоже это увидели, и Кушкам тихо выругался, узнав клинок, воткнутый в стол рядом с Абиди: азирский, поименованный Клинком Памяти. Сплавленный встал, вытащил меч из дерева, затем поднял его и наставил на Адолина.

– Подождите здесь, – сказал князь спутникам.

– Но… – начал Колот.

– Если войска атакуют, удерживайте это место, – продолжил Адолин. – Что бы ни случилось, отстаивайте зал.

И он вступил внутрь, ковыляя на одной ноге и деревяшке, и закрыл за собой дверь. Приготовился призвать Майю.

Абиди потянул за рычаг, вмонтированный в сверкающий бронзовый трон. Двери за спиной Адолина тихо щелкнули, упомянутые Янагоном многочисленные засовы встали на место.

– Говорят, – прорычал Сплавленный, – ты лучший мечник из живущих в эту эпоху.

– Нет, – ответил Адолин. – Но он меня учил.

Он выбросил руку в сторону, призывая Майю.

Ничего не произошло.

Абиди рассмеялся, подняв собственный клинок.

– Эта комната, маленький смертный, обшита алюминием. Тебе следовало призвать клинок и занести его в зал. Азирцы не поняли, какую западню тут создали. Нужно быть очень, очень осторожным в применении алюминия, чему твоим современникам еще предстоит поучиться.

Шквал… Шквал!

Адолин прижался спиной к стене, упершись пятками в запертую дверь.

– Ты нанес мне поражение на глазах у всех моих солдат, – проговорил Абиди. – Ты оставил трещину в моем светсердце и украл мою способность летать, так что я вынужден был ползать эти десять дней среди низкорожденных. Иначе бы мне пришлось вернуться и переродиться, лишившись шанса захватить этот край и властвовать им по праву.

Он занес клинок в сторону Адолина.

– Я сохраняю рассудок в целости, купаясь в