Три похищенных солнца. Расследования механического сыщика - Тимур Евгеньевич Суворкин

Ну и последнее. Преступники имели целью обвинить змеегорцев. Если бы они хотели лишь отвести от себя подозрения при убийстве Зыбова, нападавшие могли бы ограничиться знаками и вычерченной звездой. В таком случае все бы и так сочли убийство Зыбова ритуальным.

Второй их целью было устранить именно Зыбова. Если бы требовалось просто подставить змеегорцев, они бы убили обычную горожанку. Это было бы проще устроить, выглядело бы натуралистичней в контексте жертвоприношения, может, резонанса было бы меньше, но не намного.

Итого: целью убийц были и Зыбов, и змеегорцы одновременно.

Ариадна наклонила голову. Она смотрела на меня с явным интересом.

– Виктор, позвольте вас похвалить, вы отлично разобрали полученные данные. Намного лучше, чем сделали бы это раньше. Признаться, я даже поражена, насколько же хорошо я на вас влияю. – Напарница самодовольно улыбнулась.

Я покосился на Ариадну:

– Гордыня есть мать всех грехов. Не слышала такое?

– Я робот. Роботы суть безгрешны, как и животные, ибо не познали первородного греха и не вкушали от дерева познания добра и зла. Так отец Лазуриил говорил. Так что ваше замечание неуместно.

– Он еще много всего говорил. Особенно насчет Петрополиса. – Я фыркнул. – Раз уж ты меня в особняке Белорукова не убила, значит, добро от зла отличить в состоянии. Так что нет, не засчитывается твоя фраза.

Ариадна с удивлением подняла свою тонкую бровь.

– Чересчур хорошо влияю, – холодно произнесла она и вновь вернулась к бумагам.

Мы поработали еще немного и к концу вечера закончили сбор данных. После этого направились во флигель, стоящий в саду у полицмейстера. Он был чистый и просторный, двухэтажный и даже имел некоторые претензии на роскошь за счет лепнины и расписанных цветочными гирляндами потолков. И хотя работавший здесь художник явно был неопытен и бутоны роз больше походили на окровавленные кочаны капусты, я все равно умилился виду нашего жилища.

Пожелав Ариадне хорошо отдохнуть, я направился в спальню, где меня ждала огромная, заботливо расстеленная прислугой кровать.

?!?!

Поспать, увы, мне толком не удалось. В два часа ночи над городом раздался рев. Оглушительный, гортанный, заставляющий дрожать стекла, он шел со стороны реки Обь. Кое-как протерев глаза, я поднялся с постели. Хлопнула дверь, на пороге появилась Ариадна. Готовая ко всему, она обнажила лезвия на своих руках, но было видно, что находится моя напарница в полном смятении.

– Ты это, сядь, нормально все, – произнес я, морщась от чудовищных звуков.

Когда я бывал в Сибири раньше, я уже сталкивался с подобным, и не раз.

– Виктор, что происходит? – Ариадна спешно оглядывалась по сторонам, все еще держа лезвия на изготовку. Рев снаружи лишь нарастал.

Я отдернул шторы и посмотрел в окно. Ариадна вздрогнула и отступила на шаг. Со стороны Оби плыла чудовищно огромная туча, полнящаяся сотнями изумрудных глаз. Она ревела, раскрывала множество пастей, из которых лился кипящий ослепительный свет. Туча шла прямо к Юргуту.

Я посмотрел на все это и горестно вздохнул – поспать явно не получится.

Как и всегда в таких случаях, первыми ожили прожектора на крышах городских церквей. Быстро скрестив на туче мощные электрические лучи, батюшки принялись включать и выключать прожекторы, азбукой Морзе семафоря на тучу «Отче наш». Вслед за этим проснулись колокольни, наполняя город заполошным звоном. Прошла еще минута, открыли огонь батареи стомиллиметровых зенитных орудий и отправили в небо рои свинцовой шрапнели, покрытой освященной нефтью.

– Это надолго. – Я задернул шторы, после чего аккуратно усадил Ариадну на постель. – Все хорошо, пару раз в месяц такое случается. Сейчас чуть постреляют и перестанут. Нормально все.

Ариадна промолчала, лишь покосилась на закрытое окно.

– Виктор, это не нормально! – Она всплеснула руками.

– Ну что ты хочешь, это река Обь, ты на Енисее еще не была. Там такое, я даже описывать не хочу, вот например…

Я не договорил. Раздался оглушительный треск: один из зенитных снарядов упал с недолетом совсем неподалеку. К царящей за окном какофонии добавилось истошное кудахтанье разбегающихся кур. Где-то вдалеке зашипело – одна за другой пошли в небо освятительные ракеты, начиненные святой водой и белым фосфором. Рев перешел в оглушительный визг.

Ариадна повернулась ко мне. В ее синих глазах была растерянность.

– Я не понимаю, Виктор, как тут вообще люди живут?

– Человек ко всему привыкает. – Я пожал плечами. – Да и к тому же люди обязаны здесь жить. Пока здесь стоят церкви, Чужие боги над нами не властны.

Я произнес это, покривив душой. Все наши усилия пока лишь замедляли идущее от места падения Кометы искажение, но не могли его остановить. Более того, если по земле мы еще могли что-то сделать, то оставалась вода. Вскоре после падения Великой кометы на границе нашей страны возник Северный Ядовитый океан, и это было только начало. Ко временам войны с Коалицией на картах появился Дикий океан. Когда все воды нашей планеты станут для нас чужими – лишь вопрос времени.

Рев за окнами снова стал нарастать.

– Все точно будет хорошо, Виктор? – негромко спросила Ариадна.

Я мягко коснулся ее руки и кивнул:

– Бог защищает. Не бойся. Ничего не случится.

Вдалеке раздались узнаваемые хлопки: священники наконец выкатили химические бомбометы и начали накрывать город облаками ладана.

0111

Туча уползла за Обь только под утро. Выспаться не удалось от слова «совсем». Отчаянно зевая и протирая глаза, я спустился к завтраку. Ариадна шла рядом, глаза напарницы светились куда тусклее, чем обычно.

В столовой меж тем уже была вся семья Кусайлебедева: жена, три дочки и старая тетка. В отличие от нас они были людьми привычными и выспаться сумели отлично. Более того, как выяснилось в разговоре, полицмейстер и вовсе спал так, что пропустил все ночные события, и теперь с огромным интересом расспрашивал домашних. Дочки радостно все пересказывали. Я лишь завистливо вздохнул.

Покончив с гурьевской кашей и выпив одну за другой три чашки слегка пережженного кофе, я поднялся из-за стола. Настало время приступать к работе. Прокофий Зыбов возвращался завтра, а потому сегодня предстояло опросить всех остальных подозреваемых.

Начать мы решили с Альбины. Девушка Прокофия жила ближе всего, прямо в городе. Искать ее, однако, Кусайлебедев посоветовал не в доме, который она сняла на окраине Юргута, а в устраиваемом ею иллюзионе.

Мы вышли под зеленые небеса Юргута и направились на главную улицу, носившую