Лемони, или Тайны старой аптеки - Владимир Торин

– Что ж, если мы закончили, поставьте подпись. Вы знаете, что я люблю порядок, мистер Лемони.

Он протянул аптекарю планшетку, и тот быстро черканул на ней свое имя.

– А теперь оплата.

Лемюэль, не спуская взгляда со Свечников, поднял руку и указал на ящик, который стоял у двери.

– Щуплый, проверь! – велел мистер Монокль, и Свечник последовал приказу: поднял крышку, вытащил продолговатый стеклянный сосуд с черным порошком и продемонстрировал его спутникам.

– Сколько их в ящике? – спросил мистер Монокль.

– Столько же, сколько и зубов у Эрни.

– До того как он столкнулся с фликом в Пуговичном переулке? Или после?

Щуплый на миг задумался.

– До.

Мистер Монокль сделал запись, после чего спрятал планшетку и карандаш.

– Приятно иметь с вами дело, мистер Лемони.

– Взаимно.

– На выход, парни!

Мистер Монокль развернулся и первым направился к двери, подчиненные потянулись за ним. Вскоре они покинули аптеку, но не все.

Тип с забинтованным лицом уходить не спешил. Развязной походкой он подплыл к стойке. При каждом шаге из мешка за его спиной раздавались характерный металлический перезвон и всплески, как будто там сталкивались друг с дружкой жестянки с чем-то жидким. Подойдя, он склонил голову и выжидающе уставился на аптекаря. В нос Джеймсу ударил едкий запах керосина, исходящий от этого Пири.

– Чем могу быть полезен? – сквозь зубы спросил Лемюэль.

– О, полезен, да…

– Я повторяю вопрос, мистер…

– До меня дошли слухи…

– Слухи?

– Шепоток. Скользкий слюнявый шепоток о том, что вы, господин аптекарь, иногда готовите для особых клиентов некие… гм… сывороточки с, я бы сказал, уникальными свойствами.

– Вы о чем?

– Вы знаете, о чем я. И я тут подумал, что мне пригодятся ваши навыки.

– Боюсь, это решительно невозможно. Я ничем не могу вам помочь.

– Я заплачу…

– Не стоит. Я не стану вам помогать. Сколько бы вы ни предложили.

Бинты на лице Пири шевельнулись, и Джеймс понял, что тот улыбнулся под ними.

– О, да вы, оказывается, сноб, господин аптекарь.

– Вы поджигатель, и я не стану…

– Если вы знаете, кто я, – перебил его Пири, – то я бы на вашем месте задумался, стоит ли мне отказывать. У вас тут много чего, что легко воспламеняется.

– Вы мне угрожаете?

Пири не успел ответить – с улицы раздался голос мистера Монокля:

– Мистер Пири! Сколько вас еще ждать?! Лавка Спонженса сама себя не сожжет!

Поджигатель приставил два пальца к котелку.

– Я еще загляну, господин аптекарь.

После чего развернулся и, громыхая жестянками с керосином, двинулся к выходу.

Лемюэль вздохнул с облегчением, только когда дверь за ним закрылась.

Джеймс терялся в догадках, что здесь происходит, следя за тем, как кузен складывает коробки одна на другую. Темные дела творились под покровом ночи в «Горькой Пилюле Лемони»…

Аптекарь тем временем взял коробки и направился с ними в коридорчик.

Когда он скрылся из виду, Джеймс осмелился изменить позу. За время, что он прятался в нише, тело затекло: по ощущениям, его руки и ноги кто-то лениво жевал последние десять минут.

Колокольчик снова зазвонил, и Лемюэль вернулся на свое место за стойкой.

В аптеку вошел хмурый громила в черной куртке и крошечной шапочке, какие носят докеры в порту. Вся нижняя часть его лица скрывалась под сизой щетиной, которая лишь усугубляла мрачный вид этого господина.

– За заказом для босса, – пробурчал посетитель, не обременяя себя приветствием.

Лемюэль выдвинул ящик в стойке и передал громиле черную лакированную шкатулку.

– С вас ровно сто фунтов, мистер Грёниг.

«Сто фунтов! – потрясенно подумал Джеймс. – Да один этот заказ, вероятно, равен дневной выручке аптеки! Что же там, в этой шкатулке, такое?!»

Громила между тем расплатился и, ничего не сказав, направился к выходу.

– Мое почтение вашему боссу! – воскликнул Лемюэль, но посетитель даже не обернулся и исчез за дверью.

Долго она закрытой, впрочем, не оставалась. Почти сразу после того, как громила Грёниг ушел, появилась высокая дама с чучелом ворона в руках. Дама прятала лицо под вуалью – и неудивительно, ведь ей нужен был яд. Посетительница оказалась утомительно дотошной – засыпала господина аптекаря едва ли не сотней вопросов о том, как быстро яд действует, имеет ли он вкус и запах, во что его лучше добавлять (в еду или питье), оставляет ли он следы и тому подобное. Выяснив все, что только возможно, она удалилась, спрятав флакон в ридикюль.

За отравительницей в аптеку заходили и прочие покупатели, которых интересовали яды. Джентльмены и дамы – среди них были даже констебль в обычном городском костюме и девочка лет десяти, – всех заботило быстродействие и следы, которые яды оставляют. Лемюэль отвечал сухо – было видно, что ему претит пособничать этим личностям, но при этом он даже не пытался кого-то разубеждать или отговаривать.

Обслуживая клиентов, он косился на часы и с появлением очередного посетителя становился все раздраженнее, словно ожидал, что в аптеку войдет кто-то другой, и раз за разом разочаровывался, не увидев его.

Время едва ползло. Клиенты сменялись клиентами. А потом наконец явился тот, кого Лемюэль ждал.

Ближе к утру в аптеку вошел тип настолько отвратительный, что Джеймс даже поморщился: сутулый, вжимающий голову в плечи и пускающий слюни на подбородок. И имя у него было соответствующее…

– Я ждал вас еще вчера, Гадли! – раздраженно воскликнул Лемюэль.

– Задержка вышла не по моей вине, мистер Лемони, – прошамкал полубеззубым ртом Гадли и вытер слюни рукавом. Меньше их, впрочем, не стало. – «Безымянный» пришел в порт только два часа назад. В порту были люди из «Сомнии» – они проверяют все суда, которые следуют через море Слез. Проникнуть в трюм под носом этих хмырей было той еще задачкой.

– Вы принесли его? Ваш человек с того берега сдержал слово?

– Мой… хе-хе… человек сдержал слово. Ему понравился подарочек, который я ему отправил. Он обожает этих миленьких девочек.

– Что?! – потрясенно прошептал Лемюэль. – Вы отправили ему девочку? Ни о каких девочках речи не шло!

Гадли часто-часто заморгал. Было видно, что он испугался.

– Не-е-е… Вы меня не так поняли, мистер Лемони. Я отправил ему девочку… Но не живую…

– Вы похитили и убили ребенка?!

– Да нет же, – заламывая руки, ответил Гадли. – Ну как же… Как же объяснить-то… Ну, такую девочку, фарфоровую, с нарисованной мордашкой.

Лемюэль заметно успокоился.

– Вы отправили ему куклу? Но зачем ему куклы?

– А мне почем знать? Может, он с ними играет…

– Товар, Гадли, – едва сдерживая отвращение, сказал Лемюэль.

Гадли снял со спины котомку и вытащил из нее большую банку с чем-то похожим