Принц Деймон Таргариен - Сим Симович

Морской Змей замер, пораженный масштабом замысла. На его суровом, обветренном морскими ветрами лице медленно, словно восход солнца, расцвела глубокая, искренняя и уважительная улыбка. Впервые за долгие десятилетия он видел перед собой Таргариена, который всерьез думал не о рыцарских легендах и песнях, а о реальной, абсолютной политической власти, густо замешанной на огромных деньгах и грубой военной силе.

— Вы… вы прямо сейчас предлагаете мне взять под наш совместный, монопольный контроль абсолютно всю морскую торговлю Семи Королевств, — благоговейным шепотом проговорил Корлис.

— Я предлагаю вам сделать так, чтобы надменный Десница и весь его трусливый Малый Совет стояли на коленях и молились на нас каждый раз, когда их жирные купцы захотят привезти рулон шелка из Эссоса, — жестко исправил его Деймон.

Он уверенно протянул старику руку, закованную в черную кожаную перчатку.

— Мой Караксес и непобедимый флот Веларионов. Пламя Дракона и Морской Прилив. Что скажете на это, Морской Змей? Мы войдем в историю.

Корлис Веларион без малейших колебаний крепко сжал ладонь принца. Он тряхнул ее с такой мужицкой силой, что в тишине громко затрещали суставы:

— По рукам, Деймон Таргариен. Немедленно начинайте собирать своих людей. Мы выступаем на Ступени.

Ровно три дня спустя в тихом зале Малого Совета разразилась настоящая, полномасштабная политическая буря.

Отто Хайтауэр стоял вплотную у разложенной на столе огромной карты Узкого Моря. В трясущихся руках он сжимал срочное донесение о массовом передвижении вооруженных войск к побережью. Лицо Десницы было мертвенно-серого цвета от сдерживаемого, клокочущего внутри гнева.

— Это форменное, ничем не прикрытое безумие! — чеканил Отто, гневно обращаясь к Визерису. — Принц Деймон самовольно, без приказа сверху втягивает наше мирное государство в масштабный, кровопролитный конфликт с Вольными Городами! Магистры Триархии однозначно расценят прямое военное участие королевского брата как официальное, прямое объявление войны со стороны Железного Трона!

Сам виновник переполоха, Деймон, расслабленно сидел на своем привычном месте, закинув ноги на соседний стул. Принц не спеша, с ювелирной точностью очищал спелую желтую грушу крошечным серебряным ножиком. Он даже не соизволил поднять глаз на брызгающего слюной Десницу.

— Умоляю, успокойтесь, сир Отто, — легкомысленно, с издевкой отозвался младший Таргариен, отрезая кусочек фрукта. — Вы так неподобающе громко кричите, что у моего бедного брата из-за вас снова разболится голова. Имейте хоть каплю сострадания к больному монарху.

— Ваше Величество, вы только послушайте его! — Десница в отчаянии всплеснул руками, ища поддержки у растерянного монарха. — Он забирает с собой две тысячи лучших, обученных городских стражников! Он открыто нанимает боевые корабли дома Веларионов! Это же преступно оголяет столицу перед любой внешней угрозой!

Визерис сидел во главе стола. Сегодня он выглядел довольно свежим и отдохнувшим, благодаря тайным стараниям запуганного Меллоса, снизившего дозу мака. Король вопросительно и строго посмотрел на брата:

— Деймон… вынужден признать, Отто абсолютно прав в одном. Корона сейчас физически не может позволить себе затяжную войну с богатым Эссосом. У нас просто нет на это свободных денег в казне, мы не потянем армию наемников.

Принц неторопливо отложил недоеденный фрукт, тщательно вытер липкие пальцы о белоснежный салфеточный лоскут и плавно поднялся со стула. В его гордой позе и развороте плеч читалось искреннее, глубокое рыцарское благородство защитника обездоленных.

— Мой дорогой брат, эта маленькая карательная экспедиция не будет стоить короне ни одного жалкого серебряного оленя, — мягко, успокаивающе произнес Деймон. — Я ни у кого не прошу денег из государственной казны. Я не прошу официального, скрепленного печатью королевского указа. Я отправляюсь на Ступени исключительно как частное, независимое лицо. Как свободный рыцарь, по зову чести защищающий невинных торговцев нашего великого государства от распоясавшегося пиратского беспредела.

— Но если могущественная Триархия… — начал было лепетать Великий Мейстер Меллос, поправляя очки.

— Если Триархия вдруг посмеет выказать открытое недовольство, — резко перебил старика принц, — король Вестероса всегда сможет честно сказать послам Вольных Городов, что сумасбродный Порочный Принц в очередной раз ослушался прямой воли монарха. Что я, как всегда, действовал исключительно на свой страх, риск и за свой счет.

Он повернулся к Визерису, глядя ему прямо в глаза.

— Вы сможете официально, перед всем миром сурово осудить мои военные действия, брат. Я не обижусь. Но при этом… ваши купцы навсегда перестанут платить унизительную, кровавую дань грязным пиратам, а торговый флот лорда Веларионов снова наполнит пустую казну щедрыми пошлинами. Вы в любом случае останетесь в выигрыше.

Визерис задумчиво перевел взгляд с уверенного брата на побагровевшего Десницу. Гениальная политическая логика Деймона была воистину безупречна. Королевство без малейших усилий получало очищенные, безопасные торговые пути и громкую победу над пиратами. При этом Железный Трон не тратил ни единого медяка налогоплательщиков и сохранял безупречное дипломатическое алиби перед восточными соседями.

— Ты берешь на себя просто колоссальный риск, Деймон, — с нескрываемой отцовской тревогой и невольным, искренним восхищением проговорил король.

— Я делаю ровно то, что обязан делать каждый настоящий Таргариен, когда весь Совет трусливо прячется по углам и валяет дурака, — жестко отрезал принц, бросив на сжавшегося Отто пронизывающий, уничтожающий взгляд. — А что касается мнимой безопасности столицы… Достойная замена убывающим стражникам уже давно набрана из крепких парней и отлично обучена. Мой верный Лютор Ларджент остается моим полномочным заместителем. Королевская Гавань находится под самым надежным, стальным замком.

Отто Хайтауэр в отчаянии открыл рот, чтобы привести новые, надуманные аргументы, но Визерис властно поднял руку, пресекая любые дальнейшие возражения:

— Довольно пустых споров, Отто. Решение принято. Мой брат добровольно рискует собственной жизнью ради блага и процветания всего Королевства. Я даю свое личное, негласное благословение на эту военную кампанию. Иди с миром и волей богов, Деймон. Рази врагов. И самое главное — вернись ко мне живым.

Лорд Десница медленно, словно из него выпустили весь воздух, опустился на скрипнувшее кресло. Он с ужасом осознавал, что его очередной, тщательно спланированный демарш провалился с треском. Ненавистный Деймон не просто безнаказанно уходил на большую войну за славой. Он уходил в неоспоримом статусе великого спасителя торговли Вестероса, оставляя Хайтауэра при дворе без единого реального рычага давления.

Глубокой ночью перед отплытием армады на восток, Деймон в одиночестве стоял в темном, безлюдном коридоре Твердыни Мейгора, глядя в окно на спящий город.

Юная Алисента Хайтауэр прибежала на эту тайную встречу сама, даже без привычного условного вызова. На ней был накинут простой темный плащ с глубоко надвинутым капюшоном, а в дрожащих руках девушка крепко сжимала небольшой валирийский амулет-оберег, висящий на тонком шелковом шнурке.

— Вы… скажите мне правду, вы