Принц Деймон Таргариен - Сим Симович

Внутренний нарциссический гений внутри него торжествующе ликовал, упиваясь собственным величием. За считанные, короткие месяцы он не просто наголову разгромил опаснейших врагов короны, превзойдя все ожидания. Он стал единоличным обладателем крупнейшей частной, непобедимой армии и сильнейшего флота во всем Вестеросе. Теперь у него были реальные золотые горы, тысячи фанатично преданных ветеранов, прошедших с ним ад, и безоговорочное, искреннее уважение могущественного дома Веларионов.

Военная кампания на Ступенях стремительно, логично подходила к своему победному концу. У некогда грозного Кормильца Крабов оставалось всего пару жалких, заблокированных с моря пещер.

А в далекой столице тем временем, словно нарыв, вызревал новый, еще более изощренный и опасный этап политического противостояния с амбициозным Отто Хайтауэром.

Деймон Таргариен долгим взглядом посмотрел в сторону запада, туда, где за багровым горизонтом скрывалась Королевская Гавань. На его губах заиграла ледяная, предвкушающая улыбка, и он тихо прошептал ветру:

— Наступило время возвращаться домой, многоуважаемый сир Десница. Я иду за тобой.

Глава 5

Возвращение Командующего в Королевскую Гавань больше всего напоминало триумф древних валирийских владык, сошедших со страниц старинных летописей. За стройными рядами Золотых Плащей, гордо проезжавших через Великие Врата, тянулась вереница тяжелых подвод. Телеги жалобно скрипели, доверху груженные запечатанными сундуками с отборным мирийским серебром, лисскими самоцветами и порванными, захваченными в бою знаменами Триархии.

А высоко над гаванью, заставляя вибрировать мачты стоящих на рейде кораблей, с оглушительным, победным ревом кружил огромный Караксес.

Просторный Тронный зал Красного Замка оказался забит столичным и приезжим дворянством до самого отказа. Лорды Семи Королевств взволнованно шептались, то и дело вытягивая шеи, пока Деймон Таргариен неторопливой, хищной и вальяжной походкой шел по центральному проходу к Железному Трону.

На победителе были великолепные парадные доспехи из вороненой черной стали с глубокой серебряной насечкой. За широкими плечами тяжело развевался золотой плащ Командующего, а в руках мужчина бережно, словно величайшую святыню, нес кованый венец из грубого, потемневшего железа — знаменитую корону Кормильца Крабов.

Визерис сидел на троне из переплавленных мечей, взволнованно подавшись вперед. На осунувшемся лице государя горела совершенно искренняя, почти детская, неподдельная гордость за кровного брата.

По правую руку от монарха, словно окаменевшее, безжизненное изваяние, застыл Отто Хайтауэр. Лицо всесильного Десницы было бледнее могильного савана, а в самой глубине его блеклых глаз затаился глухой, отчаянный и пульсирующий страх человека, осознавшего свой крах.

Деймон плавно остановился у самого подножия каменных ступеней. Он сделал короткую паузу, выдерживая идеальную, звенящую театральную секунду, и с грацией хищника опустился на одно колено.

— Брат мой, — громко, так, чтобы уверенный баритон раскатился под самыми высокими сводами зала, проговорил принц. — Кровавая война на Ступенях окончательно завершена.

Таргариен обвел взглядом притихшую толпу лордов, наслаждаясь их вниманием.

— Пираты надменной Триархии разбиты в пух и прах. Южные торговые пути навсегда очищены от скверны, а их хваленый главнокомандующий прямо сейчас кормит раков на самом темном дне Узкого Моря.

Младший Таргариен изящно поднял уродливый железный венец на вытянутых руках, демонстрируя трофей всему двору:

— Я завоевал эти неприступные острова вовсе не ради пустых титулов или личной славы. Я сделал это исключительно для тебя, мой король. Прими эту корону как незыблемый знак того, что великий дом Таргариенов не имеет равных ни на суше, ни на бескрайнем море.

Тронный зал буквально взорвался оглушительными, восторженными криками и громом аплодисментов. Воодушевленные лорды, еще вчера шептавшие проклятия, сегодня в едином порыве кликали вечную славу «Порочному Принцу» и «Истинному Защитнику Короны».

Визерис, совершенно не сдержав нахлынувшего душевного порыва, практически сорвался с неудобного трона. Правитель торопливо сбежал по опасным ступеням и с силой, до хруста в ребрах сжал брата в объятиях, тяжело и прерывисто дыша от переполнявших его чувств.

— О, Деймон! — слезливо, радостно выдохнул король, крепко целуя воина в обе щеки. — Боги праведные, ты совершил немыслимое! Настоящее чудо, и притом без единого серебряного стага из королевской казны! Ты настоящий, пламенный дракон, мой дорогой брат!

— Я всего лишь выполнял свой священный долг перед тобой, Визерис, — тихим, проникновенным и прочувствованным тоном отозвался Командующий.

Он слегка поднял подбородок, поверх плеча обнимающего его короля встретившись тяжелым, издевательским взглядом с Хайтауэром.

Десница был физически вынужден хлопать в ладоши вместе со всем ликующим двором, чтобы не вызвать подозрений. Но его тонкие пальцы сжимались так судорожно, будто старик ломал в руках сухие птичьи кости. Нарциссический, холодный разум Порочного Принца упивался этим сладким моментом. Отто стоял на дымящихся руинах собственной многолетней политики, плотно окруженный лордами, которые прямо сейчас искренне боготворили его злейшего, непримиримого врага.

Ближе к вечеру в королевском богослужебном саду установилась приятная, прохладная тишина. В напоенном влагой воздухе густо пахло свежей хвоей, мокрым от недавнего дождя камнем и догорающим, багровым закатом.

Деймон неспешно, наслаждаясь покоем, прогуливался по извилистой аллее, благоразумно оставив личных стражников у кованого входа. Принц прекрасно знал, что за ним пристально наблюдают. Вскоре в густой тени вековой раскидистой ели действительно показалась сгорбленная мужская фигура с тяжелой резной тростью в руках.

Ларис Стронг — младший отпрыск лорда Лионеля Стронга, за глаза презрительно прозванный при дворе «Клубоногим» — двигался медленно, болезненно припадая на правую ногу. Его лицо казалось обманчиво простым и совершенно невзрачным, а кроткий взгляд был привычно опущен в землю. При дворе подавляющее большинство лордов считали Лариса безобидным, жалким калекой, занимающим пустую и скучную должность в пыльных королевских архивах.

Но Деймон прекрасно знал настоящую, кровавую цену этой показной хромоте. В суровом мире Мартина тихий Ларис Стронг был одним из самых безжалостных, изощренных и опасных пауков. Человеком, способным играючи плести смертоносные заговоры исключительно ради любви к чистому хаосу и собственной, скрытой выгоды.

— Принц Деймон… — предельно тихо, с подчеркнуто почтительным, глубоким поклоном проговорил Ларис, тяжело опираясь на свою трость. — Нижайше прошу простить скромного слугу за подобную дерзость. Я лишь хотел лично, без свидетелей засвидетельствовать свое глубочайшее почтение великому герою Ступеней.

Таргариен вальяжно приостановился, привычным жестом заложив руки за спину. Внутренний социопат с легким прищуром, словно редкое насекомое, разглядывал мастера над шептунами. Паук явно решил аккуратно прощупать нового, возвысившегося игрока.

— Герою? — с лёгким, бархатным смешком отозвался аристократ, насмешливо клоня голову набок. — Ты звучишь так же приторно и слащаво, как продажные придворные поэты, сир Ларис. Признаться, никогда бы не подумал, что сына такого прямолинейного и честного человека, как лорд Лионель, всерьез увлекают дешёвые