Во главе закона - Лия Арден

крикнул Элион им вслед, зная, что ненавистные ими шутки стряхнут с них тревогу. – Кай, ты не забыл принять свои таблетки? Может, и с Иво поделишься, а то он взвинченный какой-то! – едва сдерживая веселье, громко добавил Элион.

Кай никак не отреагировал на попытку его поддеть, а вот Иво развернулся и просунул взлохмаченную голову в закрывающуюся дверь.

– Отвечаю на понятном тебе языке, – хмуро буркнул он и продемонстрировал руку с поднятым средним пальцем.

– Вот это красноречие. Горжусь твоими достижениями! – с восторгом откликнулся Элион. Иво оскорблённо захлопнул дверь. Элион согнулся, не в силах сдержать хохот.

Чтобы снизить их тревогу и стереть непроходящую озабоченность с лиц, за последние три недели Элион применил весь арсенал своего раздражающего чувства юмора, и если Кай при необходимости умел притворяться камнем, то Иво Элион определённо довёл.

Медленно и неловко его смех сошёл на нет, закончившись коротким вздохом. Элион потёр глаза и ещё раз оглядел знакомую спальню в слабом свете от соседних высоток. Он бездумно понаблюдал за беспрерывным движением машин на далёкой автостраде. Из окна он видел реку, которая делила Санкт-Данам на северную и южную части. Город продолжал жить даже ночью, и Элион впитывал в себя каждую деталь, зная, что у этих моментов есть срок, и он не хотел ничего упускать.

Майка и домашние штаны местами прилипли к телу, и он встал, чтобы сбросить оцепенение. Подойдя к панорамному окну, Элион упёрся в него лбом, наслаждаясь прохладой стекла.

Больше двух с половиной недель Гипнос и Морос проводили свои тесты, чтобы убедиться, что он способен покидать Переправу, и всё же, несмотря на предосторожность, был риск, что переход рассыплет его сформированную оболочку. Три дня назад они рискнули, и всё получилось. Три дня, как Элион вернулся в пентхаус в Санкт-Данаме, который давно стал для него настоящим домом. Разумеется, он скучал по маме, но теперь сам настоял, чтобы Камилле ничего не говорили. Элион не хотел давать ей ложных надежд спустя столько лет. Один раз ей пришлось смириться с гибелью сына, и он прекрасно понимал, что во второй раз она вряд ли с этим справится. Несмотря на своё временами легкомысленное поведение, Элион не страдал беспочвенной оптимистичностью. У него около полугода на довольно непростое задание, а если он увидит, что его существование грозит здоровью Весты, то незамедлительно снимет кольцо.

Поэтому Элион не тешил себя уверенностью в будущем, он наслаждался отсрочкой, как долгожданным отпуском, замечая все грани и прелести не просто дней, а жизни в окружении тех, ради кого он так хотел вернуться. Поэтому никакие кошмары не могли испортить ему настроение, хотя изрядно тревожили Иво, Кая и Кассию. Сегодня не впервые ему приснилась собственная смерть. На Переправе он будил Весту регулярно, и вряд ли она не рассказала об этом остальным.

Элион вздрогнул, когда дверь вновь стукнулась о стену, а свет разрезал мрак спальни. Он обернулся, с недоумением глядя на Иво.

– Возьми подушку и одеяло.

– Зачем?

– Бери, и пойдём, – упрямо повторил Иво.

– У нас пижамная вечеринка?! – излишне восторженно отреагировал Элион.

Он мог бы его не раздражать, но сдержаться было сложно. Как и ожидалось, Иво закатил глаза, страдальчески вздохнул и, топая по мягкому ковру, сам схватил одну из подушек Элиона и верхнее покрывало.

– Ненавижу тебя, – с наигранным недовольством проворчал он и пошёл в коридор.

Элион с раздражающей беззаботностью рванул за ним.

– Какой же ты очаровашка.

– Я по тебе не скучал, – вероятно, пытаясь пародировать хладнокровие Кая, сухо бросил Иво, пройдя в просторную гостиную.

– Конечно, не скучал. Он неделями рыдал в подушку, – встрял Кай, расстелив на разложенном диване покрывало, и Кассия не стесняясь забралась на получившуюся кровать.

– Кто бы говорил, – передразнил его Иво, но Кай разве что усмехнулся.

Элион застыл. Диван в гостиной был огромный, а в разложенном состоянии мог уместить шестерых, но они им в качестве спального места никогда не пользовались. Поэтому увиденное сбило с толку, и как бы он ни хотел придумать подходящую шутку, в груди сдавило от осознания их поступка. Они избавляли его от кошмаров.

Иво бросил его подушку и покрывало в центр, недвусмысленно намекая, что спать он будет между ним и Кассией, рядом с которой ляжет Кай. Элион не нашёл слов, несмело пройдя ближе к созданной общей кровати. Если они и заметили его растерянное, тронутое их поступком выражение лица, то не подали виду. Кай выключил свет, Иво улёгся на свою сторону.

– Хватит стоять столбом, – напомнил Кай и, оказавшись под одеялом, обнял Кассию.

В носу защипало, на языке завертелись искренние слова благодарности, скопились откровения о том, как он скучал по друзьям. Элион так много хотел им сказать, но язык онемел, и он не смог, неуверенный, что внезапные признания не принесут им больше тревог. Тишина стала насторожённой, Элион не видел, но чувствовал, что все взгляды обращены к нему и никто не заснёт, пока не убедится, что он в порядке.

Кассия вскрикнула и тихо засмеялась, а Иво что-то проворчал себе под нос, когда Элион намеренно прыгнул на своё место, отчего остальных на диване подбросило.

– Так и знал, что у нас пижамная вечеринка! – выдал он, радостно заворачиваясь в своё покрывало и якобы случайно пару раз ткнув Иво под рёбра. – Мы теперь всегда вместе спать будем? Я не против! Станем одной большой семьёй! Иво, ты свою девушку тоже приводи, здесь места хватит. Весту позовём, вместе веселее. Вечеринку настоящую закатим.

Кассия продолжала сотрясаться в беззвучном смехе, утыкаясь Каю в грудь. Иво что-то недовольно бурчал, пока Элион не перестал шумно ворочаться, поудобнее взбивая подушки.

– И расскажите-ка мне снова, как Пандея обошла цербера-Иво и добралась до Кая. Истории действуют на меня умиротворяюще, как сказки на ночь.

– А с каких это пор твой рот не закрывается? – встрял Иво раньше, чем Кассия или Кай поддержали обсуждение его личной жизни.

– С рождения, брюзга. Я из Дома Чревоугодия, и мой рот создан для наслаждения.

– Какого? Словоблудия?

Элион рассмеялся, искренне воодушевлённый новообретённым умением Иво давать словесный отпор. Раньше брюзга вообще не любил лишнее общение, разговаривая разве что со знакомыми и близкими, а с незнакомцами – сугубо по рабочим вопросам. Но новый Иво был во всеоружии. Буквально, если вспомнить его винтовку.

Его смех незамедлительно поддержала Кассия, за ней – Кай и даже Иво, который не постыдился пнуть Элиона под коленку, когда тот попытался его обнять, как мягкую игрушку. Элион хохотал до боли в боку, не прекращая попыток, но Иво отбивался изо всех сил.