Песнь Перна - Энн Маккефри

– Это совсем не страшно, – заверил девушку Пьемур, который был рад поговорить о том, что ему хорошо известно. – Можно даже сказать, что мороз бодрит. А когда идет снег, бывает такая потеха! Тогда не нужно…

Он осекся. Фу ты, чуть не брякнул: «Не нужно выполнять скучные работы по хозяйству в Доме арфистов».

– …так много работать.

Шарра не подала вида, что заметила его заминку или скомканный конец фразы. Только усмехнулась.

– Ты не думай, Пьемур, что на юге мы все время только и делаем, что работаем. Просто сейчас самое время убирать холодилку и заготавливать семена и стебли хохлатки. Ведь если у нас их не будет…

Девушка передернула плечами, показывая, что в противном случае положение окажется не из легких. Потом она сделала углубление в тлеющих угольках, обложила его плотными листьями водорослей, которые сразу начали шипеть и дымиться, ловко поместила в середину начиненную тушку зверька и, прикрыв листьями, осторожно засыпала сверху горячей золой. После чего с довольным видом уселась поодаль.

– Ждать осталось недолго. Обед скоро поспеет, и его хватит на всех.

Глава 11

Как только суденышко вырвалось из объятий Великого течения, Сибелл вступил в борьбу с разноцветным полосатым парусом, спеша отсоединить бегущий такелаж. Сложив и убрав грот, они с Менолли поставили на его место ярко-красный южный парус. Теперь, когда у Сибелла был опыт, эта операция прошла без заминки, но он еще не забыл тот, самый первый раз, когда помогал Менолли менять парус на полпути к Южному. Тогда они провозились не один час – Сибелл проклинал свою неловкость, а Менолли терпеливо объясняла, что он должен делать.

Только они подняли на мачте красный грот, как ветер, до того благоприятствовавший путешествию, стих до едва заметного дуновения. Менолли со вздохом оглядела безоблачное синее небо и, засмеявшись, опустилась на палубу рядом с неподвижным румпелем.

– Этого следовало ожидать.

– Ну и что теперь прикажешь делать, морская душа? Ждать вечернего бриза? – язвительно осведомился Сибелл.

– Конечно, к закату он обычно поднимается снова, – ответила девушка, удивленно покосившись на обычно невозмутимого спутника.

– Извини, Менолли, – проговорил он, усаживаясь рядом с ней и приглаживая взъерошенные ветром волосы.

– Ведь ты не из-за Пьемура? Ты ничего от меня не скрываешь?

– Вот еще, с какой стати?

В ее вопросе Сибеллу послышалось подозрение, хотя Менолли просто-напросто тревожилась из-за мальчугана, и потому он ответил с необычной для себя резкостью. Менолли промолчала, но юноша заметил, что ее удивил его выпад, да он и сам не мог найти ему объяснение.

– Я не хотел тебя обидеть, Менолли, – сказал он, зная, что первой девушка не заговорит. – Сам не понимаю, что на меня нашло. Я всем сердцем верю, что мы найдем Пьемура на Южном.

– Может быть, надо было захватить с собой кого-то из моряков?

– Да нет, при чем тут!.. – снова сорвался он, но, сразу спохватившись, закусил губу и, глубоко вздохнув, добавил: – Ты же знаешь, как я люблю ходить под парусом. Особенно с тобой вдвоем.

Довольный, что ему удалось овладеть собой, юноша улыбнулся Менолли.

Девушка хотела ответить на это завуалированное извинение, но, увидев его лицо, широко раскрыла глаза. Потом взглянула в небо, где, выделывая в воздухе замысловатые фигуры, за лодкой следовали их файры. Она долго наблюдала за ними и слегка нахмурилась, увидев, как одна из ящериц нырнула в волны. Сибелл, озадаченный внезапным интересом девушки к файрам, узнал в рыболове свою Кими и снисходительно улыбнулся, когда она, приземлившись на корме, положила на палубу пойманную желтохвостку. Странно только, что остальные продолжали кружить в воздухе, пока Кими жадно терзала еще трепещущую жертву.

Сибелл мимолетно удивился, почему остальные трое не присоединились к пиру, но эта мысль недолго занимала его. Он зачарованно следил, как Кими яростно рвет добычу, и ему казалось, что это он сам раздирает рыбу на части, ощущает во рту солоноватый вкус теплой плоти…

– Я отсылаю Красотку в Южный холд, к Торику, – решительно заявила Менолли. – Слышишь? Сибелл, ей нельзя оставаться здесь.

Юноша слышал голос Менолли, но не понимал, что она говорит. Все его внимание сосредоточилось на необычном поведении золотой королевы. Он хотел подойти к ней – и не смог двинуться с места. Юноша чувствовал, что пальцы его то сжимаются, то разжимаются, и то и дело вытирал вспотевшие ладони о брюки. Ему стало нестерпимо жарко, и он рванул ворот рубашки, пытаясь расстегнуть непослушные пуговицы.

– Что же делать? – как сквозь туман, услышал он возглас Менолли. – Не отсылать же Крепыша с Нырком. Это будет несправедливо по отношению к Кими! Мы слишком далеко от берега, и другие файры не успеют до нас добраться. К тому же совсем нет ветра, который мог бы привлечь их сюда…

Сибелл сорвал с себя рубашку и отбросил в сторону. Несмотря на прохладный день, его сжигал странный внутренний огонь. Вот два бронзовых опустились на крышу каюты. Но они даже не попытались разделить с Кими трапезу. Королева угрожающе ворчала, глаза ее полыхали оранжевым пламенем, и вся она, казалось, светилась изнутри в лучах солнца.

Она светится… Не желает делиться добычей… Что там Менолли бормотала о том, чтобы отправить Красотку к Торику? Что она хочет сообщить Торику? И что творится с Кими? Юноша хотел отчитать королеву, но не смог сформулировать мысленный приказ. Чего дожидаются бронзовые? Почему не улетают, оставив Кими? Почему…

Внезапно ответ на все «почему» молнией прорезал его затуманенное сознание. Кими жадно насыщается в одиночку. Менолли отсылает вторую королеву. Кими светится золотом и дразнит своих старых друзей бронзовых, сверкая на них красно-оранжевыми, бешено вращающимися глазами! Все это значит, что Кими вот-вот поднимется в брачный полет. А преследовать ее будут бронзовые Менолли! Юношу захлестнула волна восторга, он едва мог поверить своему счастью. А вдруг…

– Менолли!

Сибелл повернулся к ней и протянул руки, взглядом прося прощения за то, что неизбежно должно произойти между ними: они были вдвоем на лодке, медленно дрейфующей в бескрайнем море. Ему не хотелось принуждать Менолли – а ведь именно так она должна себя чувствовать сейчас. Он хотел руководствоваться собственными чувствами, а не повиноваться брачному инстинкту Кими.

– Не переживай, Сибелл, все в порядке. – Менолли улыбнулась и позволила себя обнять.

Как давно юноша ждал этой минуты!

Их объятие послужило сигналом – Кими пронзительно вскрикнула и взметнулась в небо, оба бронзовых – за ней. Сибелл уже больше не стоял на корме, обнимая Менолли, он был с Кими, мчался над морем, опьяненный ее силой и стремительностью,