Кречет: Случайный шаг. Первый очаг. Нежданная кровь - Эльхан Аскеров

– Так я и не сомневался, – развёл Векша руками.

– Ты сколько стаканчиков под патроны отлил? – повернулся к нему Беломир.

– Три десятка, как ты и велел.

– Ага, значит, все заряжены, – кивнул парень и, открыв затвор, вытянул из казённика пустую гильзу.

Потом, развернув оружие, он поднял приклад к небу и, прикрыв левый глаз, заглянул в ствол.

– Ты чего, друже? – окончательно растерялся кузнец.

– Проверить хочу, не раздуло ль его, – коротко буркнул парень, исследуя канал ствола.

– Да как же его раздует? – не унимался кузнец.

– Ежели зелья переложить, может и раздуть, – не вдаваясь в подробности, ответил парень и, опустив ружьё, добавил: – Ты прости, друже, но я тут и сам ещё толком не разобрался, как оно быть может. Помню только, что в книжице одной опаска такая написана была.

– А тут как? – тут же кивнул Векша на ружьё.

– Вроде добре всё, – вздохнул парень. – Ладно. Пошли обратно. Будем стрелять, пока патронов хватит. Спытать его как следует надобно.

– Ну, пошли, – растерянно вздохнул кузнец, почёсывая в затылке.

Они вернулись на исходный рубеж, и Беломир, зарядив ружьё, протянул его Векше.

– Стреляй, друже. Ты делал, тебе и испытывать, – улыбнулся парень.

– Нешто можно? – опешил кузнец.

– Нужно, друже, нужно, – решительно кивнул Беломир, хлопнув его по плечу. – Помнишь, как я его держал?

– Помню.

– Вот так и держи, а на крючок нажимай плавно. Не дёргай его. Главное, чтобы фитиль тлел, иначе и выстрела не будет.

– Ага, уяснил, – закивал Векша, разворачивая оружие и осторожно подув на фитиль.

Убедившись, что льняной шнур продолжает тлеть, кузнец неловко сунул патрон в патронник и осторожно закрыл затвор. Легко приложив ружьё к плечу, он пару раз примерился и, кое-как наведя ствол в нужную точку, нажал на крючок. В могучих руках кузнеца ружьё при выстреле даже не дрогнуло. Беломир успел на слух определить, что пуля прошла мимо. Не было характерного звука удара свинца о дерево.

Саму пулю он пока решил сделать простой. Свинцовый шарик, закрытый в гильзе пыжом. Играть с навеской пороха и формой самой пули Беломир решил позже, когда станет понятно, на что вообще способно это оружие. Векша выпустил десяток зарядов и, испустив тяжёлый вздох, проворчал, отдавая ружьё парню:

– Никак в толк не возьму, как у тебя получается из него в полено попасть? Его ж едва видно. Да ещё и не пойму никак, как его наводить верно.

– Я ж тебе рассказывал, – возмутился Беломир. – Вон, на стволе, галка малая есть, а на конце выступ. В одну линию их ставь и смотри, чтобы в прорези галки мишень видно было.

Объяснить, как правильно пользоваться мушкой и целиком, он просто не мог. Не хватало словарного запаса. Эти мучения преследовали Беломира с самого начала его появления в этом мире и за прошедшее время не сильно уменьшились. Если в обычном разговоре он уже мог спокойно оперировать многими местными понятиями, то в работе приходилось старательно подбирать слова, а то и вообще пользоваться аналогиями.

– Так неудобно же, – возмутился Векша в ответ.

– Под тебя, друже, надобно его побольше делать, – окинув приятеля внимательным взглядом, признал парень. – Уж больно ты велик.

– А зелья мне сделаешь? – неожиданно спросил кузнец.

– Сделаю, – чуть подумав, решительно кивнул Беломир. – И приклад под тебя сам вырежу. Ты только ствол с затвором под себя сделай.

– За то покоен будь, – радостно улыбнулся Векша. – Теперь-то всё легче будет. Знаю, как оно правильно.

– Не спеши, друже, – помолчав, вздохнул парень, снова заряжая ружьё. – Тут ещё много чего посмотреть надобно.

– А чего смотреть-то? Оно ж стреляет. И добре стреляет.

– Так-то оно так, да только надобно ещё посмотреть, как оно стрелять в дождь или снег станет. Что с ним станется, коль ветер сильный будет. Много чего ещё узнать о нём надобно, – вздохнул Беломир, вскидывая оружие. – В общем, не спеши доброе железо тратить. Вот как сам буду знать, что ничего больше менять не надобно, тогда и станем тебе делать.

– Это когда ж будет? – откровенно огорчился кузнец.

– Самому бы знать, – вздохнул парень, не желая обманывать этого доброго и честного человека.

Отстреляв все готовые патроны, приятели вернулись в станицу. Отправив Векшу отдыхать, сам Беломир направился домой, переснаряжать гильзы. К его огромному удивлению, система с боковым воспламенением от фитиля работала очень даже неплохо. Главное, не забывать удалять из гильзы кожаную затычку перед заряжанием. Достаточно было просто сковырнуть её пальцем. Вообще, скорость подготовки ружья к выстрелу, даже с этой странной системой, оказалась на высоте. Просто нужно было довести все действия до автоматизма.

Сидя у летней печки, Беломир не спеша отливал из свинца пули, не забывая прокатывать их на небольшой железной плите. Пулелейку Векша ему сделал сразу. Вычистив все использованные гильзы от копоти, парень заткнул в каждой боковое отверстие и принялся засыпать порох, пользуясь медной меркой. Её он делал уже сам. Нужно было определить оптимальное количество заряда. Стенки у ствола этой фузеи были толстые, так что особо опасаться было нечего. В крайнем случае Векша быстро откуёт новый ствол. Теперь технология у него уже была отработана.

Засыпав в гильзу порох, парень прижимал его пыжом из тонкой кожи и, уложив сверху пулю, закладывал войлочный пыж, который после заливал растопленным воском. Так и заряд в гильзе держался лучше, и от сырости хоть какая защита. Дожди в этих местах бывают сильные, так что такая предусмотрительность была совсем не лишней. Именно, исходя из этих соображений, парень решил сделать для запального фитиля специальную укладку.

Вдоль цевья, под самым стволом, была закреплена длинная тонкая трубка из меди. В неё укладывался фитиль, второй конец которого просовывался в курок. Тот также был сделан полым. Сам курок стоял в обратном положении. То есть при выстреле он опускался не от стрелка, а на него. Его конусный наконечник с запалом закрывал при выстреле запальное отверстие, что помогало избежать выброса искр и прорыва пороховых газов. Удерживалась вся эта конструкция при помощи пружины, выполненной в форме латинской буквы «v».

Ничего умнее Беломир придумать так и не сумел. Но как оказалось, и это убожество показало себя вполне достойно. В принципе, никакой особой нагрузки на спусковой механизм не ложилось. Просто запал в нужный момент быстро и точно опускался в заданную точку. Весила вся эта машинерия примерно килограмма четыре, но для опытного стрелка такой вес был не критичен. Вон, Векша даже не дрогнул ни разу, стреляя из этого оружия.

С этой мыслью Беломир закончил раскладывать по гильзам войлочные пыжи и принялся топить воск.