Обратный отсчет - Токацин

и последние обсуждения. Гедимин включил наручный генератор защитного поля и, задумчиво щурясь, начал скручивать из него шарообразный экран с «мигающим» окошком. «Пока не нашли коробку с „иридами“, займусь опытами с накопителем. Чужаки скоро уедут, мешать будет некому.»

Он думал, скручивая защитное поле в спираль, что зря не прихватил кусок обсидиана из времянки Хейза, — можно было и не спускать весь образец на бомбы, оставить себе немного на линзы. «Тогда было бы проще с „иридами“,» — внезапно всплыло в мозгу, и сармат недовольно сощурился. «Ирренций у меня есть. Обсидиан… А, какая разница, — сивертсенита всё равно нет. И взять неоткуда. Хотя…» — он опустил генератор и задумчиво сощурился на ближайшую стену. «Я ведь помню, как его делать. Установка, в общем-то, несложная…»

…Непрерывный гул и грохот над северной пустошью сменился редкими глухими ударами — полевая стена, перенесённая на три километра к северу, не только закрыла собой фундаменты строящихся зданий, но и поглотила почти все звуки. Оглянувшись, Гедимин мог увидеть только ребристый вал со шпилями сигнальных мачт и белесый «туман» над ним.

— Уже скоро, — сказал Вепуат, перехватив его взгляд. — Говорят, бараки уже строятся. Сейчас пробьют все дырки — и будут ставить стены.

Гедимин кивнул. Его сейчас занимали не бараки. «Что у них там со станциями?» — он вспоминал проложенные за две недели каналы и пробитые скважины — что-то из них относилось к заводам, привезённым из ликвидированных гетто, а что-то — скорее всего, к ИЭС. «Уже начали строить? Они ведь небольшие. Я их и не увижу, пока мачты из-за стены не вылезут…» Он вспомнил ряды ветвистых мачт-передатчиков, хорошо заметные с крыши барака — особенно в темноте, сверху донизу в огнях. Как-то он даже хотел дождаться полуночи и посмотреть на переброску энергии, но нарвался на коменданта, а тот позвал патрульных… «А я бы пошёл туда,» — сармат тяжело вздохнул и снова полез в рюкзак за пробирками. «Хоть сварщиком. Сфалт у меня есть… Напроситься, что ли, в строители?»

23 января 18 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

— Бластеры? На списание? Разобрать? — Скегги (и зашевелившийся в углу Ренгер вместе с ним) смотрел на Гедимина с нарастающим недоумением.

— Лет через пятьдесят, ремонтник, — сказал Ренгер, развернувшись к Гедимину. — Приходи через полвека. Может, тогда их и спишут. Они практически вечные. Вот огнемёты, плазма, — те изнашиваются быстрее. Но списание уже прошло, а до следующего… лет восемь, если не совру. Что ты хочешь найти в списанных бластерах?

Гедимин, уже задумавшийся, не стащить ли одну-две обсидиановые пластинки из бластеров, без присмотра валяющихся на оружейной стойке (никто даже не заметит, через сколько линз идёт луч, — выпадение линз замечали, когда Гедимин вскрывал корпус и тыкал пальцем!), осёкся и угрюмо сощурился.

— Нужен обсидиан для опытов. И… — он ненадолго задержал дыхание. — Я попробую собрать для вас «ириды». Там три редких части, две я достану. Проблема только с обсидианом. Его нельзя сделать. Даже Хольгер не смог.

Скегги и Ренгер озадаченно переглянулись.

— Собрать? Это как? Самому, с нуля? — Ренгер посмотрел Гедимину в глаза и недоверчиво хмыкнул. — И ты уже такое делал?

Сармат кивнул.

— Мы с Хольгером делали. Но я могу и один. Нужен очень прочный корпус и…

Скегги поднял руку, прерывая его фразу на полуслове.

— Давай помедленнее, ремонтник. Ты тут много чего наобещал… Нам надо всё это обдумать. И потом… — он покосился на прикрытую дверь соседней комнаты. — Пусть хотя бы переселенцы уедут. Чтоб нам всем было спокойнее.

«Ничего не будет,» — сухо щёлкнуло в мозгу Гедимина, и он отвёл взгляд и направился к столу. «Никаких плазменных пушек. А для пульсатора я линз надёргаю. Никто не заметит.»

…Вепуат сгрёб рыхлый снег с ледяной корки, коротко свистнул и жестом позвал Гедимина взглянуть на расчищенный пятачок. Сармат, наклонившись, увидел разлохмаченные сизые волокна, торчащие изо льда.

— Лишайник, — Вепуат отщипнул немного и жестом потребовал пробирку для образца. — Ну всё, пошла органика!

Гедимин огляделся. Волнистая поверхность ободранного камня осталась позади. Впереди из-под снега тут и там торчали органические структуры — вывороченные пни, корни, поваленные стволы с обломками веток. «Недоеденный кусок,» — криво ухмыльнулся он, глядя на расчищенный лёд. Кроме сизого лишайника, там виднелось что-то зелёное, бурое и светло-бежевое — какие-то фрагменты лесной подстилки.

— Больше никаких смывов, — Вепуат протянул Гедимину лишний блок пробирок. — Зато много-много образцов. Берём мох, опад и грунт. Где есть деревья — берём их. Только не целиком, а то с тебя станется…

Гедимин едва заметно усмехнулся попытке пошутить. «Значит, дошли до недоеденного. Так, глядишь, через полгода упрёмся в лес…»

27 января 18 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

В штабе было пусто — впервые за месяц действительно пусто, без шорохов в соседней комнате и неожиданно вылезающих из-за плеча чужаков. Гедимин, окинув помещение подозрительным взглядом, довольно хмыкнул и подошёл к оружейной стойке. Вчера он всё утро сидел, забившись в угол,- по комнате перетаскивали связки матрасов, собирали стапеля и складные стойки и грузили в фургоны. Чужаки-ликвидаторы перебирались в отстроенное гетто последними — матрасы из информатория в бараке пропали ещё позавчера. «Надо было из их бластеров что-нибудь прихватить,» — Гедимин вспомнил ухмылки сарматов, рывшихся в его столе, и недобро сощурился. «Не успел. Возьму отсюда. Это оружие для тренировки. Если что, никто не пострадает.»

Бластеры на ночь убирали в закрытый ящик; несколько секунд Гедимин возился с замком — открыть было просто, труднее было ничего при этом не попортить. Тренировочные бластеры он знал «в лицо» — их приносили на проверку чаще, на стрельбах с оружием традиционно обращались жестоко. Сармат аккуратно вскрыл корпус и, поддев сдвижной механизм, вынул из середины батареи пластинку тёмного стекла.

Дверь распахнулась. Гедимин, зажав краденые линзы в кулаке, захлопнул ящик и развернулся к входу. На пороге стоял чем-то обеспокоенный Скегги. Крутнув головой из стороны в сторону, он сердито фыркнул и перевёл взгляд на Гедимина.

— Вот так распустишь весь отряд… Никого не видел?

Сармат качнул головой. Скегги потыкал в передатчик и поморщился.

— Будить их, что ли? Просили без шума… Ладно, пойдём вдвоём. Без оружия.

«Куда?» — хотел спросить Гедимин, но Скегги уже вышел, нетерпеливым жестом приказав сармату идти за ним. Шли недолго — до маленького утеплённого ангара, где стояли фургоны ликвидаторов. Прямо на воротах ярко горели три пиктограммы