Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Где-то рядом загорелся дом. Пламя ярко осветило улицу, и в этом огне я увидел десятки силуэтов, двигающихся к нам.

— Дэн! — крикнула Скай. — Справо!

— Вижу! — кивнул я. — Стреляй!

Мы оба уже не чувствовали пальцев, плечи ломило, уши звенели от грохота, но останавливаться нельзя было. Всё вокруг стало оглушительным хаосом. Пули, крики, запах крови и горелого мяса. И всё же, шаг за шагом, мы удерживали линию. Пока что.

«Пока что», это было наше новое кредо. Мы выжили в Нью-Йорке. Мы пережили ядерный удар. Мы пережили Эри и Техас, предательство, ранения и Карла. Мы дошли до этого ледяного рая, чтобы понять, что рая нет.

Я посмотрел на Скай. Она прижалась спиной к моей, меняя магазин. Ее лицо было черным от пороховой гари и грязи, волосы слиплись от пота. Она поймала мой взгляд.

— Не вздумай помирать, Дэн, — прошипела она. — Я тащила твою задницу из Далласа не для того, чтобы ты сдох в этой дыре.

— И не собирался, — ответил я, вгоняя пулю в голову мертвеца.

Где-то рядом рухнула стена горящего дома. Пламя ярко осветило улицу, и в этом огне я увидел их. Сотни силуэтов, двигающихся к нам.

Весна, мать его так, пришла.

Пламя костров всё ещё отражалось в окнах, когда на баррикады прибежал Дин. Лицо у него было серым, запыхавшимся, глаза безумно блестели. Он едва переводил дыхание, задыхаясь от холода и копоти, и прокричал, перекрывая гул автоматных очередей:

— Они… они… — заикался он, хватая ртом морозный воздух.

— Соберись, мужик! — схватил его за воротник куртки и встряхнул Айзек. — Докладывай!

— Администрация! — выкрикнул Дин, и из глаз полились слёзы. — Мы держали вход, а они… они, б**дь, пролезли через подвал! Через подземные комуникации! Их десятки… Мы отступали… а шериф…

— Что шериф?! — рявкнул я, подбегая, хватая за воротник.

— Барлоу… Барлоу погиб!

На секунду даже стрельба будто стихла. Люди, сидевшие за ящиками, выглянули. Кто-то обернулся, кто-то замер, не веря в услышанное.

— Погиб? — переспросил Айзек, оборачиваясь, сжимая в руке «Ремингтон».

— Он взорвал себя гранатой, — тяжело выдохнул Дин. — Когда на него налетели эти твари. Не успел уйти. Утащил с собой десяток, может, больше…

Наступила тишина, неестественная и короткая. Только треск огня и далекий, безостановочный хрип мертвецов, пирующих у администрации.

«Барлоу. Суровый. Надежный, как скала. Тот, кто держал этот город вместе своим упрямством. Погиб».

Я увидел, как это подействовало на людей. Женщина у склада боеприпасов уронила ящик с патронами и закрыла рот рукой. Ее плечи затряслись. Двое парней на баррикаде перестали стрелять и просто смотрели на Дина. Один из них медленно начал пятиться.

— Всё… — прошептал он. — Всё, это конец. Если Барлоу…

— К черту! — крикнул кто-то еще. — К школе! Там женщины!

Началась паника. Линия обороны, которую мы с таким трудом держали, начала рассыпаться. Люди вскакивали, ища, куда бежать.

— Стоять! — заорал Мэтт, но его никто не слушал.

Вот он. Тот самый момент. Момент, который я видел ранее. Момент, когда люди превращаются в обезумевшую толпу и убивают себя сами.

Я ударил прикладом в висящий кусок рельса, который мы использовали как набат. Звук был оглушительным, лязгающим.

— МОЛЧАТЬ!

Все замерли. Даже те, кто бежал.

Я шагнул вперёд, перехватывая автомат. Мой шрам на животе горел огнем, но я стоял прямо и заорал:

— Слушайте меня, уроды! Всем внимание! Не разбредаемся, не суетимся! Действуем группами по три человека. Только тройками, ясно?! По одному не ходить, повторяю. Не ходить, б**дь, по одному!

Люди начали переглядываться, но слушались. Наверное, просто потому что кто-то должен был говорить. А может, они помнили Карла. Помнили, что я уже делал то, что должно.

— Тройки! — заорал я, указывая на троих растерянных бойцов. — Один прикрывает, двое стреляют! Кончились патроны — прикрывающий отходит с тобой! Никто не остается один! Они медленные, но их много. Они берут числом, а мы будем брать умом. Мы не стадо. Мы, стая!

— А что делать, если… — начал было Дин.

— Делать, что я сказал! — оборвал я. — Паника — это смерть. Страх — это смерть. Остаемся вместе, или умрем поодиночке, как Барлоу!

Это было жестоко, но это было то, что им нужно было услышать.

— Используем крыши! — добавил я. — На улицах их слишком много. С крыш легче отстреливать. Подъём через лестницы, кто сможет, по водостокам. Только тихо, не ломитесь гурьбой!

— Принято! — крикнул кто-то с другой стороны.

Я повернулся к Дину:

— Открой второй склад с арсеналом. Выдай оружие всем, кто стреляет хоть немного. Патроны не жалей.

— Есть! — коротко ответил он.

Рядом стоял отец Моррисон, в запачканной рясе, с винтовкой, но в каски. Я махнул ему рукой:

— Фрэнк, бери двоих и иди к администрации. Там часть женщин и детей. Слушай внимательно. Не у входа стойте, а на крыше. Женщин, на второй этаж, двери первых этажей забаррикадировать намертво.

Священник, чье лицо было черным от пороховой гари, нахмурился. Его раненое в стычке с парнями Карла плечо явно болело, но он держал оружие так, будто это был крест.

— Мое место здесь, Дэн, — пробасил он, перезаряжая дробовик. — На стенах.

— Нет, Фрэнк! — подошел я к нему вплотную. — Твое место там, где вера. Эти люди напуганы. Женщины и дети сейчас начнут паниковать, и тот, кто должен их защищать, откроет дверь не вовремя. Ты им нужен. Твоя вера. Твой дробовик. И твой голос. Они не послушают солдат, но они послушают тебя. Иди. Это самый важный пост.

Священник коротко перекрестился, глянул мне прямо в глаза.

— Я понял тебя, сын мой. Они будут молиться так громко, что Бог нас услышит. А если не услышит… услышат мой «Ремингтон».

И, не теряя ни секунды, Моррисон скрылся в темноте, позвав двух ребят.

Я обернулся к Мэтту, что стоял чуть поодаль, сжимая в руках винтовку. На лице его читалось нетерпение, смесь страха и готовности.

— Мэтт, теперь ты, — сказал я, чуть отдышавшись. — Берёшь ещё одного, к примеру, Брайана. Ваше дело шуметь. Привлеките к себе мертвяков и уводите их на старый склад, южнее города.

Мэтт ухмыльнулся, но глаза его не смеялись. Он понял.

— То есть, я — приманка. Как