Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

Лилит подошла к чёрному зеркалу, провела по его поверхности длинным алым ногтем. Стекло задрожало, помутнело, а затем в нём, как из глубины тёмной воды, начали проступать силуэты.

Сердце у меня ёкнуло, но не от страха. От знакомой, едкой ненависти. Видеть их всех здесь, сейчас, когда я был в теле смертного, в унизительном положении — это новый уровень издевательства.

Первой появилась Морена. Её лицо, холодное и прекрасное, как ледяная скульптура, заполнило центр зеркала. Глаза, цвета зимнего неба, сразу нашли меня, в них читалось знакомое пренебрежение.

Справа от неё материализовался Виктор. Мой дядя Безумие выглядел, как всегда, безупречно. Сегодня он нарядился в бархатный камзол. Его глаза смотрели в разные стороны, что делало взгляд Виктора одновременно рассеянным и пронзительным. На губах играла лёгкая улыбка.

Слева возникла Ева, Леди Страдания. Хрупкая, бледная, с большими печальными глазами, в которых, на самой глубине плескалось мрачное оживление.

И, чуть позади, в тени, виднелся высокий, нескладный силуэт Морфеуса, Лорда Снов. Его фиолетовые глаза светились тускло, он казался сонным или, что более вероятно, крайне недовольным необходимостью этого совещания.

— Каземир, — голос Морены буквально сочился ядом. — Как мило, что ты смог присоединиться. Мы уже и не надеялись. Рады видеть тебя. Пусть и в столь… специфическом обличье.

— Не надо благодарности, тётушка, — ответил я, ответно вкладывая в слова всю возможную язвительность. — Всегда счастлив порадовать семью своими злоключениями. Знаешь, я понял, почему вы так цепляетесь за смертные миры. Суете сюда вечно нос. Дерете друг друга волосы за лишний кусок територии. Здесь очень весело.

— Злоключения — это мягко сказано, — вмешалась Ева, её голосок звучал сладко, а лицо выражало сочувствие. Не знал бы, какая она дрянь на самом деле, даже поверил бы, — Мы слышали такие интересные вещи. Взрывы Тьмы, неконтролируемая энергия, попытки заняться торговлей… Бедный мальчик, ты, наверное, так страдаешь в этом ужасном мире, не имея возможности использовать Тьму. Морфеус так старался спрятать тебя от нас, что подобрал абсолютно бесполезный, слабый сосуд. Как жаль, что мы не можем облегчить твои муки. Прямо сейчас.

В тоне Леди Страдание слышалось столько «искреннего» сожаления, что меня передернуло.

— Ну что ты, тётушка, — ответил я сладким голоском, — Твое сожаление неуместно. Я велелепно себя чувствую. Тьмы немного, да. Это непривычно. Но она мне пока не нужна.

Конечно, соврал. Судя по словам Евы, они уверены, что я реально лишен Силы. Вот и хорошо. Не буду их переубеждать. Пусть думают, что Темный Властелин сейчас слаб.

— Оставь, Ева, — Виктор лениво потянулся и зевнул. Один его глаз следил за мной, другой блуждал где-то по углам пентхауса. — Мне кажется, наш племянник действительно не страдает. Он… развлекается. «Чёрная Слеза» в мире смертных. Это же восхитительно дерзко! Идиотично, конечно, но дерзко. Расскажи, Каземир, ты правда наладил здесь кустарное производство нашего семейного напитка? Или это просто… перформанс?

Они знали. Конечно, знали. Лилит доложила. Да и Морена видела через портрет. Вопрос был лишь в том, как моя семейка это приймет и что за этим последует.

Я сделал глубокий вдох. Пришло время для моего хода. Хаос — не всегда враг. Иногда это инструмент. И если уж я оказался в эпицентре семейного урагана, то пора направлять его ветра в нужную сторону.

— Производства нет, — ответил спокойно. — Это была приманка. Неудачная, как оказалось. Я пытался выманить не местных спонсоров, дядя Виктор. Я пытался выманить того, кто давно и прочно обосновался в Десятом мире. Того, кому появление «Чёрной Слезы» должно было стать костью поперек горла.

В зеркале воцарилась напряжённая тишина. Даже Виктор перестал улыбаться. Его блуждающий глаз на секунду замер и сошёлся со вторым, уставившись на меня.

— О ком ты говоришь? — холодно спросила Морена.

— О дяде Леониде, — выпалил я, наслаждаясь предвкушением того, что сейчас начнется. — Лорде Лжи. Он здесь. В Десятом мире. Мы уже встречались. И судя по всему, дядюшка ведёт свою собственную игру. Довольно масштабную.

Эффект превзошёл ожидания. Ева ахнула — не от испуга, а от восторга. Виктор медленно, как-то неестественно склонил голову набок. Морена не дрогнула, но её взгляд стал таким острым, что, казалось, мог поцарапать стекло зеркала с внутренней стороны. Даже Морфеус сделал шаг из тени и выпрямился. Его фиолетовые глаза вспыхнули интересом.

— Леонид… там? — прошептала Морена. — И ты вступил с ним в контакт?

— Он сам вышел на меня, — солгал я, опуская детали о своих ночных вылазках и встрече в переулке. — Среагировал на те же слухи, что и вы. Был… заинтересован. Сказал, что наблюдает. Предупредил, чтобы я не лез не в своё дело. Думаю, появление «Чёрной Слезы» его не на шутку встревожило. Возможно, он увидел в этом угрозу своим планам. А планы у него, поверьте, весьма очаровательные. Но… Я, пожалуй, придержу данную информацию при себе. Вы настолько мне не доверяете, не считаетесь со мной, что отправили сюда Лилит.

Я обернулся и ткнул пальцем в Повелительницу Страсти, которая сидела на диване и внимательно изучала собственные ногти с таким видом, будто ее это все не касается.

— Хотите провести собственное расследование? — Я развёл руки в стороны, — Пожалуйста! Не буду мешать. И помогать тоже. Пусть теперь Лилит ищет Лорда Лжи и Обмана. Пусть узнает, что он задумал. А я понаблюдаю со стороны.

— Хм… Это… меняет дело, — медленно произнес Виктор. Его глаза снова разъехались, но теперь в голосе Лорда Безумие звучал не праздный интерес, а холодный расчёт. — Леонид всегда был мастером тихих интриг. Если он в Десятом мире, то не для того, чтобы любоваться на местные пейзажи.

— Он должен быть найден и возвращён для суда, — ледяным тоном заявила Морена. — Его предательство не должно оставаться безнаказанным. А его знания и способности… не должны быть использованы против Империи.

— О, суд над Леонидом! — воскликнула Ева и несколько раз хлопнула в ладоши. — Это будет так… волнительно. Столько боли он причинил семье своим побегом. Столько страданий мы испытали.

Я еле сдержал рвотный позыв. Страдания. Да они от радости готовы были лезть на стену. Исчез один из Чернославов. Может, погиб. Это же семейный праздник!

— Вопрос в том, — вмешалась Лилит, до этого молча наблюдавшая за родственниками, — Как его найти? Он мастер маскировки и иллюзий. Он может быть кем угодно. И, — Повелительница Страсти бросила на меня многозначительный взгляд, — Наш дорогой племянник категорически отказывается помогать нам в этом нелегком деле.

— Именно, — кивнул я, подхватывая мысль. — Кстати… Появление тётушки Лилит было слишком ярким. Уверен, слухи по столице разлетелись еще вчера. Если