Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Дышать стало тяжелее. Воздух в тоннелях был сухой, мёртвый, царапающий горло. Я поймал себя на том, что считаю шаги между вдохами.

— Эй, некрофил, постой, — сказал я вслух, когда очередная тень мелькнула впереди.

Ответа не последовало.

Фигура снова скользнула за поворот и исчезла, оставив после себя только холодный след энергии. Я ускорился, споткнулся о камень, чертыхнулся и срезал угол, проламываясь через низкий проход. На выходе меня встретила ещё одна тварь — что-то вроде перекрученного волка. Я даже не стал останавливаться: удар на ходу, тело в сторону, дальше.

— Стой, говорю, — повторил я уже без шутки. — А то хуже будет.

Он, видимо, не поверил.

Через пару поворотов я снова его потерял. Совсем. Пространство будто сложилось, ходы стали одинаковыми, каждый следующий — как предыдущий. Я остановился, опёрся рукой о стену и выдохнул. Грудь поднималась рывками, дыхание сбивалось, пот холодил спину под доспехом.

— Ну ты сам напросился, — сказал я в пустоту. — Я тебя даже убивать не буду. Придумаю что-нибудь поизощрённее.

Сказал — и сам усмехнулся. Злость в голосе была настоящей, но в ней уже проскальзывало что-то знакомое. То состояние, когда раздражение перестаёт мешать и начинает подталкивать.

Я выпрямился, закрыл глаза на пару секунд и начал раскладывать пространство. На ощущения. Потоки. Где-то воздух чуть холоднее. Где-то от энергии смерти аж неприятнг. Где-то тоннели сходятся не случайно.

Охота продолжалась. И теперь это уже была не его игра.

Я перестал бежать.

Прямо посреди узкого коридора, где стены сходились так близко, что плечи цепляли камень, я остановился и просто выпрямился. Сердце колотилось неровно, дыхание ещё не пришло в норму, но именно это и было нужно. Пока я носился за тенью, он вёл. Пока я злился — он выигрывал время.

Так что я сменил ритм.

Я сделал шаг назад, потом ещё один, вернулся к развилке и замер. Я попытался почувствовать. Смерть в этом месте лежала слоями, как пыль. Где-то плотнее, где-то разреженнее. Там, где она стягивалась в узлы, были ловушки. Там, где тянулась нитями, — ходы.

Я пустил слабый импульс по полу. Камень отозвался глухо. В одном месте — пустота под ногами. В другом — эхо шло слишком долго. Тупик с фальшивой стеной. Я отметил его для себя и пошёл дальше, уже не ускоряясь.

Воздух впереди был холоднее. Я пустил туда поток, самый простой, почти ленивый. Он вернулся искривлённым, как будто его кто-то согнул. Значит, поворот. Значит, узкий проход.

Я начал складывать карту в голове. Вот основной коридор. Вот три боковых. Два из них ведут в никуда, третий — петляет и возвращается ближе к центру. Логично. Удобно для побега. Плохо для того, кого загоняют.

Он двигался быстро, но по шаблону. Всегда выбирал путь с минимальным сопротивлением. Всегда оставлял за собой оживающую мелочь. Я перестал на неё реагировать. Проходил мимо, иногда даже не добивая. Пусть ползёт. Пусть шумит. Это даже помогало.

Когда я снова почувствовал его, он был близко. Энергия смерти стала резче, нервнее. Он понял. Понял, что я больше не гонюсь.

Я прошёл через низкий лаз, где пришлось пригнуться, и вышел в просторную каверну. Потолок терялся во тьме, стены были изъедены старыми трещинами. И только один выход вёл дальше. Тупик, если смотреть поверхностно. Идеальное место, чтобы спрятаться. Идеальное — чтобы попасться.

Он выскочил почти сразу. Резко, на пределе. Видимо, рассчитывал проскочить, пока я не успел перестроиться. Не получилось.

Я просто шагнул в сторону, освобождая траекторию, и метнул клинок. Короткое движение кисти — и всё.

Голова отделилась от тела почти аккуратно. Тело ещё сделало шаг, потом второй, и только потом рухнуло, как мешок. Череп покатился по камню и замер у стены, глухо стукнувшись.

Я подошёл к лежащей голове и посмотрел вниз. Зелёный свет в глазницах всё ещё горел. Живучая скотина, однако.

Я поднял голову за подбородок и только тогда понял, что что-то здесь не сходится.

Под капюшоном не было лица. Кожа, мышцы, всё это осталось где-то там, в коридоре, рядом с телом, или никогда не появлялось. В руках у меня оказался череп. Чистый, аккуратный, будто специально отполированный. В глазницах горел зелёный свет — ровный, устойчивый, без мерцания.

Я чуть сдвинул пальцы.

Свет не погас.

— Любопытно, — сказал я вслух и повернул трофей так, чтобы лучше рассмотреть затылок.

Там, между швами костей, чувствовалось плотное уплотнение. Центр тяжести был смещён именно туда. Всё сходилось.

— Значит, вот где ты спрятался.

Череп дёрнулся.

— Отпусти меня, человек! — голос раздался прямо в голове, резкий, визгливый. — Иначе я прокляну тебя!

Я остановился и посмотрел на него внимательнее.

— Давай без этих выступлений, — сказал спокойно. — Оставь угрозы для юных дам. Быть может, их это впечатлит. Хотя я не уверен.

— Ты пожалеешь! — огни в глазницах вспыхнули ярче. — Я наложу на тебя такое проклятие, что ты будешь молить о смерти!

Я хмыкнул.

— Забавно слышать это от того, кто носит своё ядро в черепе. Кстати, — я слегка постучал по кости пальцем, — когда некроманты начали бояться смерти?

Пауза вышла длинной.

— Все боятся смерти, — наконец выдал он тише. Уже без визга. Почти обиженно.

— Вот это уже похоже на честный разговор, — кивнул я. — Но давай вернёмся к началу. Что тебе от меня нужно?

— Это ты на меня напал! — огрызнулся череп. — Ты хотел меня убить!

— Я хотел поговорить, — возразил я. — Это ты решил бегать по своим норам и устраивать представление с мёртвыми зверями. Логика у тебя, скажем так, своеобразная.

— Ты бы сделал то же самое! — выпалил он. — Ты сильнее, чем выглядишь!

— Сомнительный комплимент, — сказал я. — Ладно. Позже продолжим. Сейчас у меня дела.

— Какие ещё дела?! — зелёный свет снова вспыхнул. — Ты не имеешь права так со мной обращаться!

Я не стал отвечать. Достал из подсумка тряпку, плотную, пропитанную чем-то липким, и аккуратно обмотал череп. Свет пробивался сквозь ткань мутно, пятнами.

— Эй! Стой! — голос стал глухим. — Ты что делаешь?!

Я сунул кляп в рот… вернее, туда, где он должен был быть, зафиксировал всё как следует и затянул узел.

— Будешь орать — продам тебя в первый попавшийся храм жизни, — сообщил я буднично. — Или света. Выберу по настроению.

Череп дёрнулся ещё