Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

прикладом в висок. Раздался тошнотворный хруст, тварь отлетела. Второй зомби уже разворачивался к нему. Сергей увидел мутные, подернутые бельмом глаза и черную пасть.

Не успевая поднять ствол, он пнул мертвеца в колено, ломая сустав, а когда тот упал, добил коротким выстрелом в затылок. Грязь и черная кровь брызнули на ботинки.

— Готово! Взлетаем! — заорал техник, захлопывая люк.

— Уходим! — скомандовал Рэндолл. — Все на борт!

Они пятились к аппарели, продолжая отстреливаться. Лес выплёвывал всё новых и новых чудовищ, но гул турбин уже перекрывал их рычание. Когда «Чинук» оторвался от земли, Степанов сидел на полу, тяжело дыша. Акела смотрел на него с дикими, но довольными глазами.

— А вот это уже похоже на работу, товарищ лейтенант! — проорал он.

Степанов лишь вытер пот со лба. Руки слегка дрожали. Не от страха, а от того самого адреналина, по которому он, оказывается, скучал.

— Нормально размялись, — буркнул он. — Хоть спать сегодня будем крепко.

***

Полёт на «Чинуке» занял около двух часов. Внизу проплывали бескрайние леса, озёра, ещё местами покрытые тонкой коркой льда, и пустые, мёртвые дороги.

Когда вертолёт начал снижаться, Сергей прильнул к иллюминатору. Маленький городок, разрезанный рекой. Сверху были видны следы недавних боёв. Чёрные пятна пожарищ, баррикады из машин, разрушенные здания. Но над трубами вился дымок, а по улицам ходили люди. Город жил.

Вертолёт сел на пустыре за административным зданием, подняв вихрь пыли и прошлогодней листвы.

Степанов спрыгнул на землю, перехватывая автомат поудобнее. Воздух здесь был каким-то другим, чистым, холодным, пахнущим хвоей и талой водой.

К вертолёту уже шли люди. Вооружённые, разношёрстно одетые, но двигающиеся слаженно, как опытная стая.

Впереди шёл мужчина лет тридцати пяти, в потёртой куртке, с автоматом на плече. Рядом с ним, блондинка с жёстким взглядом. Чуть поодаль хромал здоровяк.

— Майор Рэндолл! — приветствовал мужчину тот, что шёл первым. — Снова вы. Мы уж думали, бензин у дяди Сэма кончился.

— Правительство выполняет обещания, шериф, — улыбнулся Рэндолл, пожимая ему руку. — Привезли инженеров, как и договаривались. И гостей.

Майор обернулся и жестом подозвал Степанова.

— Знакомьтесь. Лейтенант Сергей Степанов. Из Москвы. Он вместе со своей группой привёз вакцину. Так что, это вы должны благодарить своих сограждан.

Мужчина, которого назвали шерифом, замер. Его глаза расширились. Он медленно перевёл взгляд на Степанова, на его форму, на российский триколор на шевроне.

— Сергей? — переспросил он по-русски, с лёгким, едва уловимым акцентом человека, который давно не говорил на родном языке. — Из Москвы?

Степанов тоже опешил. Он ожидал услышать английскую речь, сленг, что угодно, но не чистое русское произношение здесь, в глуши Миннесоты.

— Ну, допустим, из Москвы, — ответил он по-русски, настороженно разглядывая собеседника. — А ты, брат, откуда будешь?

Лицо «шерифа» озарила широкая, немного безумная улыбка. Он шагнул вперёд, игнорируя протоколы безопасности.

— Да ладно… — выдохнул он. — Не может быть. Я Дэн. Денис. Из Краснодара.

— Земляк? — брови Степанова поползли на лоб. — В этой дыре?

— Ты даже не представляешь, как я рад слышать русскую речь, — рассмеялся Денис и, забыв про субординацию, крепко обнял полицейского, похлопав его по бронежилету. — Здорово, служивый!

Степанов, немного растерявшись, ответил на объятие. Это было странно и трогательно. Двое русских мужчин на краю света, посреди зомби-апокалипсиса.

Сергей отстранился и внимательно вгляделся в лицо. Что-то знакомое мелькнуло в чертах.

— Слушай, — прищурился лейтенант. — А я тебя видел. Точно видел. Осенью, когда нас в карантине мариновали, телевизор сутками работал. Репортаж из Далласа. Там священник был, такой жилистый, в очках, со стволом, и парень, что про школу рассказывал. Вон тот. А ты за их спинами стоял, молчал всё время.

— Было дело, — кивнул Денис. — Мэтт и отец Моррисон тогда звёздами эфира стали. А я так… прикрывал.

Он обернулся к своим спутникам и перешёл на английский:

— Эй, народ! Это свой. Русский.

Блондинка подошла ближе, с любопытством разглядывая Сергея.

— Это Скай Локхорд, — представил её Денис, и голос его потеплел. — Моя… моя жена. И наш главный медик.

Степанов галантно кивнул, насколько позволяла амуниция.

— Сергей, — представился он.

Скай улыбнулась, и в этой улыбке Сергей увидел что-то до боли знакомое. Не внешне. Хотя обе были блондинками, а в самой сути. В том, как она стояла, как держала руку на животе, но при этом вторая рука лежала на пистолете. Она напоминала Олесю. Ту новую Олесю, которая научилась ждать и выживать.

— У нас, русских, похоже, привычка находить самых красивых женщин даже в аду, — усмехнулся Степанов.

Денис перевёл. Скай рассмеялась.

— Скажи ему, что ад — это лучшее место для свиданий. Конкуренции меньше.

***

Вечер опустился на Интернешнл-Фолс мягкими синими сумерками. В доме, который занимали Денис и Скай, было тепло. Буржуйка гудела, на столе стояла сковорода с разогретой тушёнкой и картошкой, роскошь по нынешним временам.

Скай хлопотала у стола, нарезая хлеб. Степанов снял броню, оставшись в камуфляже, и чувствовал себя на удивление уютно. Словно зашёл в гости к соседу, а не находился за тысячи километров от дома.

— Значит, ты теперь здесь мэр? — переспросил Сергей, отхлёбывая крепкий чай из железной кружки.

— Так получилось, — пожал плечами Денис, крутя в руках зажигалку. — Барлоу, прошлый шериф, погиб. Кто-то должен был взять ответственность. Люди поверили. Пришлось соответствовать.

— Тяжело?

— Не то слово. Каждый день как на минном поле. То насос сломается, то мертвецы попрут, то свои же начнут грызться. Я ведь не военный, Серёга. Я айтишник. Моё дело, код писать, а не оборону строить.

— Айтишник, который выжил в Нью-Йорке и прошёл пол-Америки, — уважительно заметил Степанов. — Это покруче любого Чака Норриса будет, или спецназа. У нас в учебке такому не учили.

Они помолчали. Скай подложила Денису добавки, коснувшись его плеча. Он накрыл её руку своей. Этот жест был таким простым и полным нежности, что у Сергея защемило сердце. Он вспомнил Олесю.

Разговор на время смолк. Было слышно, как кто-то пилит дрова, сварливые голоса спорят о распределении бензина для генератора, и где-то далеко, на реке, стучит мотор лодки. Вероятно, рыболовы. Обыденные звуки жизни, которые здесь, в эпицентре конца света, казались чудом.

Сергей взял со стола самодельную игрушку, деревянную лошадку, грубо вырезанную ножом, но старательно отшлифованную.

— Твоя работа?

— Моя. Готовлюсь.