Лишь одна Звезда - Роман Евгеньевич Суржиков

— Умоляю, простите меня…

— Не хочу вас видеть! Дайте мне Линдси! Или хоть кого-то, кто на нее похож!

Фрида всхлипнула:

— Не говорите мажордому, я очень прошу… Скажу Бернадет, чтобы она…

Мира вмиг забыла о наигранной боли.

— Бернадет? Кто это?

— Она служит в покоях сира кастеляна, но я попрошу, и она попросит…

— Это подруга Линдси?

— Ваше высочество, они с Линдси — два сапога пара… Если вам по душе Линдси, то… Вы только не говорите мажордому про сегодня, да?..

— Завтра приведите мне Бернадет… — начала Мира, но вовремя спохватилась. — Нет, забудьте. Просто опишите ее.

Фрида описала, как смогла.

— Ступайте, — сказала Мира. — Завтра утром жду свой обычный кофе. Простите, что я была… такой.

• • •

И снова — почему я думаю о Линдси?

Почему часами брожу по двору, высматриваю, прислушиваюсь? Ищу случая встретить эту самую Бернадет… положим, встречу — что дальше? Спрошу?.. И она, не страшась графа, примется щебетать с его пленницей? А если да — что скажет?

Линдси рассчитали из-за разбитой чашки.

Линдси выгнали за участие в моей маленькой хитрости.

Линдси больна чахоткой.

Убита жестокими грабителями ночью в городских трущобах.

Покончила с собою от чувств.

Пропала без следа.

Какое из этих известий хоть что-то изменит в моей жизни? Что бы ни сталось с Линдси, мне — сидеть, как и прежде, в своей башне, пожирать конфеты, ловить обрывки новостей. Отмечать точками на карте наступление Эрвина-мятежника, молиться о его поражении, улыбаться за столом его сестре. Всеми силами заставлять себя не вспоминать Адриана — поскольку нет в этом ни сладости, ни надежды… И все равно вспоминать, страстно желать его победы, молча выть от тоски…

Никакое известие о Линдси не отменит всего этого. Почему я думаю о ней?

— …Бернадет, подойди сюда, поговорить нужно!

Мира встрепенулась, огляделась. Источником шума был парень у ворот, в тени надвратной башни. Он явно намеревался проникнуть в замок, а стражники удерживали его скрещенными древками копий. Однако парень настойчиво рвался напролом и сумел продвинуться на несколько шагов вглубь двора. Лицо его было красным от натуги. Копейщики бранились на чем свет стоит, пытаясь удержать, но не били, щадили парня.

— Бернадет! — кричал парень. — Ну, подойди же!

Девушка, проходившая через двор, отдаленно напоминала Линдси: курносый носик, пухлые губки, с вызовом приподнятый подбородок — я, мол, хорошенькая и знаю об этом. Она нехотя приблизилась к пареньку:

— Дейв… зачем ты здесь?

Интерес, что вызвала у Миры сценка, мигом умножился на два. Подмастерье плотника с верфи, очень, очень хороший парень, подарки делает не только на праздники, а и так… Словом, жених пропавшей Линдси. Мира устремилась к нему.

— Ради богов, скажи мне: где она? — вскричал парень, перегнувшись через скрещенные древка. — Где Линдси?

Его пыл вызвал у служанки не то раздражение, не то брезгливость. Бернадет поморщила носик.

— Вот уж не понимаю, с чего бы мне говорить. Если она сама не сказала, то ни к чему тебе знать.

— Понял?.. — грозно рыкнул стражник. — А теперь проваливай.

— Но постойте!..

Часовой ухватил его за плечо с явным намерением вышвырнуть за ворота. Мира поспешила вмешаться.

— Господа, позвольте парню поговорить с девушкой, я очень вас прошу.

— Ваше высочество… — нестройным хором буркнули стражники и служанка.

— Будьте так добры, — с нажимом повторила Мира.

— Ладно, — ответил часовой, — но пусть говорит здесь, а дальше в замок не суется.

Этот вариант устроил Дейва.

— Благодарю вас за помощь, миледи… Моя любимая исчезла без следа! Уже пять дней ни слуху, ни духу! Я схожу с ума и не могу…

— Сходи с ума у себя дома, — сказала Бернадет. — Перед тобою не какая-то миледи, а ее высочество Минерва рода Янмэй, и ей нет никакого дела до твоих бед. Мне, знаешь ли, тоже.

Служанка поклонилась Мире и собралась уйти, но леди пристыдила ее:

— Извольте проявить милосердие, сударыня. Вас не убудет, если ответите молодому человеку!

Горничная не рискнула перечить и нехотя обернулась к парню:

— Ладно… чего тебе?

— Ты знаешь, где Линдси?

— Откуда мне знать!

— Ты — ее подруга, тебе ли не…

— Сказала — не знаю!.. Уехала куда-то, вот и все! Ей нездоровилось, она уехала!

— Ты лжешь, — отрезал парень. — Я был у матушки Линдси. Дочь у нее давно не появлялась.

— Я лгу?.. Вот уж!.. Ваше высочество слыхали — я лгу?! Можно подумать, только в родительском доме люди и болеют! В госпиталь поехала, почем мне знать…

— Я был в трех госпиталях. О ней там не слыхали.

— Ну, так в четвертый поезжай!

— Четвертого нет в нашем городе. Когда ты в последний раз ее видела?

Линдси снова хотела отнекнуться, но поймала на себе холодный взгляд Миры.

— Когда она постриглась…

— Линдси постриглась?!

Брови паренька полезли на лоб.

— Да, — кивнула Мира и потрепала волосы. — Вот так, коротко.

— Ай да диво! Зачем это ей?!

— Она старалась для вас…

— Для меня?! — ахнул Дейв, и Бернадет с не меньшим удивлением:

— Для него?!

Мира почувствовала, что ляпнула какую-то глупость, и принялась пояснять:

— Сама Линдси так сказала… Попросила позволения, я и позволила…

— Вот это да!.. Так может быть, лорд-граф ее прогнал за дворянскую-то стрижку?

Мира пояснила, что прическа не дворянская, а монашеская, и вряд ли этим девушка заслужила бы расчет.

— Тогда где она? — Дейв придвинулся к Бернадет с выражением плохо скрытого гнева. — И предупреждаю тебя: кончай притворяться! Может, ты и не считаешь, что я ей подхожу, а только у меня самые лучшие, самые честные намерения в отношении Линдси, и ты не имеешь никакого права скрывать! В последний раз тебя спрашиваю…

— Вот же прицепился! — крикнула горничная, отстраняясь. — С поручением она ушла, книгу понесла в город для ее высочества!

— Да?..

— Правда, я послала ее в лавку Пьера с поручением, — подтвердила Мира. — Однако насколько знаю, Линдси туда не добралась.

По пути ее перехватил Эф и отнял книгу, а тогда поход к Пьеру потерял всякий смысл. Об этом, конечно, Мира промолчала.

— Может, и не