Четыре года до Солнца - Алексей Котейко

– На воротах посты вооружены, – возразил Гилфрид.

– На воротах – да. А нам и незачем появляться ни у ворот, ни у внешнего периметра. Нам нужен блок Тета. Но сперва – прачечная, а потом – гараж.

– Ничего себе, крюк! Что ты забыл в прачечной и гараже?

– Увидишь.

В прачечной было тихо и безлюдно, но ворота стояли открытыми. На разгрузочной площадке виднелся ряд контейнеров, собранных из блоков при вечернем объезде, и два десятка тележек, в которые перегружали бельё. Арно придирчиво выбрал из них самую тихую: несколько раз с силой прокатил по прачечной, убедился, что металлические борта не гремят, а колёса не скрипят – и выкатил тележку наружу.

– Теперь – в гараж.

В гараже француз повёл приятелей не внутрь башни, а вокруг. Здесь на забетонированной площадке тоже стояли ряды контейнеров. Леон направился к дальнему ряду, в котором тара была сильно потрёпанная и потёртая. Нажал клавишу – и крышка контейнера с шипением отъехала в сторону. Внутри оказался марсианский песок.

– Набираем полную тележку, – распорядился француз, снимая кепи и принимаясь зачёрпывать ею песок.

– Паноптикум какой-то, – пробормотал Юхан, присоединяясь к нему.

Тележка, наполненная до краёв песком, разом стала куда хуже управляемой и менее поворотливой. Гилфриду подумалось, что Арно вряд ли в одиночку смог бы дотащить её до намеченной цели – или, по крайней мере, потратил бы на это куда больше времени. Даже втроём им приходилось старательно лавировать от блока к блоку, избегая встречи с патрулями и пробираясь вдоль стен, по полосам бетонной отмостки. Несколько раз О'Тулу казалось, что их вот-вот поймают, особенно когда приходилось, оставив тележку в тени очередной казармы, прятаться под изгородью от проходящего патруля. Однако то ли этот вечер выдался на редкость везучим, то ли ночные дежурства внутри Каструма были скорее формальностью, но троица добралась до блока Тета, не будучи пойманной.

– И что теперь? – пропыхтел взмокший от усилий Юхан. Гилфрид, сняв кепи, утирал струившийся по лбу пот.

– Теперь снимаем футболки и набираем в них песок. Ты когда-нибудь видел, как украшают кремом торты? Нам нужно что-то вроде кулька, из которого можно будет сыпать песок аккуратной струёй.

Арно стянул футболку и ловко завязал на ней несколько узлов. Потом с помощью кепи быстро наполнил импровизированную корзинку песком.

– Я начинаю, а вы идёте следом и расширяете.

– Что расширять? – не понял Линдхольм.

Француз, крадучись, подобрался к двери казармы. Прислушался, приложив ухо к прохладному металлу. Потом кивнул и быстро принялся рассыпать песок на площадке перед входом в блок. Гилфрид, подошедший следом, увидел, как на сероватом бетоне красные песчинки выстраиваются в линии. Буква за буквой прорисовывалось слово.

– Прекраснейшей! – О'Тул усмехнулся, наблюдая, как Арно старательно выводит восклицательный знак. Юхан и Гилфрид пошли вдоль первых букв, расширяя и утолщая их.

– Патруль! – предостерёг Леон, и трое парней метнулись к изгороди, выжидая, пока очередная группа кадетов во главе со взводным пройдёт мимо.

Пришлось ещё три-четыре раза повторять эту странную игру в прятки, пока читаемость надписи не удовлетворила Арно. Буквы теперь были толстенькими и заметно выступали над поверхностью площадки, так что даже лёгкий ветерок, который создавали системы воздухообеспечения Юниона, не способен был сдуть надпись. Напоследок Леон насыпал почти у порога казармы немного неуклюжее изображение ромашки.

– По-моему, тебе бы больше подошла геральдическая лилия, – усмехнулся швед.

– Ну, я и так позабочусь о том, чтобы Амалия узнала, кто и кому предназначил послание. А давать лишний повод себя наказать совершенно ни к чему.

– То есть тележку мы не бросим? – уточнил Гилфрид.

– Само собой. Её надо вернуть, а песок… Ну, высыплем по дороге. На одном из плацев. Чуть-чуть больше грязи в болоте – кому это помешает?

Рейд с опустошённой на три четверти тележкой до ближайшей тренировочной площадки, а затем обратно к прачечной, занял немало времени. Напоследок Арно футболкой тщательно вытер послужившую им тару со всех сторон, избавляясь от возможных отпечатков пальцев.

– А контейнер? – в ужасе припомнил Юхан. – Тот, что с песком, у гаража?

– Я там всё стёр перед уходом, – успокоил его француз. – Ну вот, теперь можно и на боковую.

Однако обратный путь к блоку G оказался неожиданно сложнее всех предыдущих перемещений. Патрули будто сговорились, то и дело появляясь на какой-нибудь аллее, которую троица как раз собиралась пересечь. Иногда дозорные возникали сразу на обоих концах, и только настороженность Арно, беспокоившегося скорее за помогавших ему приятелей, чем за самого себя, берегла нарушителей от поимки.

– Да чего они все сюда приперлись! – проворчал француз, провожая взглядом очередную тройку из сержанта и рядовых.

– Может, обнаружили надпись?

– Вряд ли. С аллеи её не очень-то заметишь.

– Может, сержант Теты пришла с ночной проверкой?

– Да чушь всё это.

– Ты что, думаешь, начальство не знает про фокус с носками? – скептически посмотрел на приятеля Гилфрид.

– Знает, конечно! Сами же были кадетами. Но это опять-таки вопрос доверия.

– То есть мы сейчас попадаем в категорию людей, которым на правила плевать, – задумчиво заметил Юхан.

– Всё относительно, – поморщился Арно. – Мы же не делаем ничего плохого. Так, маленькая шалость. Девчонкам будет приятно. Каждая ведь подумает, что послание адресовано ей.

– И после им же придётся его убирать.

– Ну, ничего страшного, немного поработать с пылесосом.

– Это не отменяет того, что мы предаём доверие командиров, – упрямо напомнил Линдхольм.

– Если тебя не поймали – ничего не было.

– Интересная мораль.

– Не полощи мне мозги, Уппсала! – прошипел француз. – Не бывает только чёрного и белого! И есть большая разница между тем, чтобы обходить наказания – к примеру, тайком харчеваться, будучи на карцерном пайке – и тем, чтобы оставить послание понравившейся девушке. Между прочим, песок именно что легко убирается пылесосом! Я же не стащил краску и не намалевал надпись на дверях их блока!

– Остынь, Дед, – вмешался О'Тул. Он старался говорить примирительно, и даже тронул приятеля за плечо, будто удерживая от опрометчивых поступков. – Юхан просто имел в виду, что раз мы не в казарме после отбоя – то мы нарушители. И если нас поймают – наказание будет вполне справедливым.

– Само собой. Но нас не поймают, – Арно чуть приподнял голову над живой изгородью, вглядываясь сначала в один, потом в другой конец аллеи. – Давайте срежем через тренировочный плац? Так мы сразу выйдем на противоположную сторону, а на плацу уж наверняка никого нет посреди ночи.

* * *

– Стоять!

От резкого окрика сердце Гилфрида сперва подскочило куда-то к горлу, а потом ухнуло в пятки и, казалось, затаилось там, забыв,