Убийство в ритуальном зале - Андрей Волковский

– Получается, – подал голос Ник, – кроме студента в доме действительно был еще один человек.

– Был-то он был. Но вряд ли тем вечером составлял компанию этому Паулсу, – возразил Пит. – Карета не сама за лавочником приехала. Значит, один из парней был кучером. Второй, скорее всего, Манс. Ни в мешках, если свидетель их описал верно, ни в сундуках человек бы не поместился. Остается вот такой вопрос: где лавочница?

– В карете, просто села туда еще до появления свидетеля? – предположил Скай.

– Может быть. Но по описанию карета маленькая. Изящный городской экипаж. Вместе с сундуками и двумя попутчиками там будет неимоверно тесно.

– Уехала первой, а потом карета вернулась за оставшимися вещами?

– Тоже возможно, но тогда версия, что она угрозами или способностями нечисти держала Манса под контролем, становится сомнительной. Если ее не было рядом, он бы сбежал. Если бы она каким-то образом полностью подавила его волю, тогда он не оставил бы лоскут в поленнице.

– Получается какая-то задачка про волка, козу и капусту, – вздохнул Скай.

– Это точно, – согласился Пит. – И вот еще вопросец: зачем уезжать ночью? Старый Город по ночам патрулируют не хуже, чем днем. Днем у кареты гораздо больше шансов остаться незамеченной среди других экипажей. А ночью велик риск наткнуться на бдительных стражников, которые решат в карету заглянуть.

– Наверное, нечисть просто не любит свет, – развел руками Ник. – И к этому моменту она могла быть уже не в жене лавочника, а, например, в нем самом. Или в Мансе.

– Волшебника одержать сложнее, – возразил Скай.

– Ну, тогда в кучере, – не сдался Ник. – Про него мы пока вообще ничего не знаем. Предположим, одержимая сударыня вместе с загадочным третьим человеком вышли ночью из дома и отыскали какое-то другое убежище и новых подходящих жертв. Лавочник ждет дома. Предположим, он любит жену и все еще надеется, что все обойдется. Или его воля уже сломлена неведомой нечистью. Манс сидит в подвале, голодный и напуганный, он вообще не знает, что там снаружи происходит. Последние силы потратил на то, чтобы порвать платок и оставить о себе хоть какую-то весточку. Дальше нечисть доедает сударыню и переселяется в новое тело – того самого кучера. Судя по карете, дом они захватили богатый. Хозяев сожрали, запугали или что там они делают, я не знаю. Но оставлять за спиной живых свидетелей им точно не с руки. Поэтому кучер едет за лавочником и студентом. Собирают вещи, может быть, для отвода глаз, может быть, и правда нуждаются в деньгах, кто их знает, и переезжают. Лавочник думает, что едет к жене. Манса пугает нечисть. Никто не сопротивляется. На месте лавочника можно спокойно доесть, а Манс, я надеюсь, им все еще зачем-то нужен.

– А труп в бочке почему оставили? – уточнил Скай.

– Он неподъемный. Да и, обнаружь его стража, а не мы, версия сложилась бы простая и очевидная: лавочник убил работника, собрал вещички и сбежал. Кто бы тот труп на следы нечисти стал проверять, если он без головы и в бочке?

– Убедительно, – согласился Пит. – Теперь еще вопрос: как нам отыскать их новое логово?

– Еще раз опросить стражу на воротах и патрульных, – предложил Скай. – Кто-то эту карету мог видеть. Даже если особых примет у нее нет, не так много карет по ночам катается, могли и заметить. И разглядеть-таки эти самые приметы. Карета – не просто экипаж, их одинаковых не бывает, даже если один мастер делал. Еще можем прочесать богатые кварталы на предмет следов нечисти, вдруг да заметим, я Особым Взглядом или Ник своим чутьем. Пока в голову больше ничего не приходит.

– Пока нам и этого хватит, – улыбнулся Пит. – Стражников пускай Данн опрашивает, они с ним будут поразговорчивее. А мы можем погулять по городу. Сегодня еще немножечко побродить успеем. А лучше возьмем свой экипаж. Будешь из окна глядеть, чтобы не пугать прохожих жуткими глазами. Завтра я отвезу вас с леди на поэтический вечер, и мы с Ником еще поищем.

Увы, прогулка по самому сердцу Старого Города оказалась утомительной и безрезультатной. В приемлемом на первый взгляд плане обнаружился здоровенный изъян. Знать, отстроившая свои особняки вокруг Ларежского Замка, в тесноте жить не желала. Каждый особняк окружал немаленький кусок земли, превращенный в роскошный сад. И рассмотреть что-то за завесой деревьев, беседок и клумб, населенных всевозможными безобидными по большей части духами, не представлялось возможным. В одном из садов обосновалось средней упитанности Пугало, но из разговора с садовником волшебник узнал, что о духе хозяин прекрасно осведомлен и считает его главной изюминкой сада.

К ночи волшебник был измотан, голоден и зол. Проклятая нечисть, похоже, нашла себе отменное укрытие. И как ее там отыскать, он не представлял.

В гостинице друзей поджидал такой же вымотанный дознаватель Данн.

– Карета, говорите? Ну, хоть что-то. Я бы обрадовался, но сил на это никаких нет, – проворчал он, заказывая целую жареную курицу. – Как же мне надоели эти лавочники! Ничего-то они не видели, ничего не знают, зато список подозрительно себя ведущих соседей у каждого третьего найдется. Состоящий из конкурентов, конечно же. Их послушать, так все кругом подозрительны донельзя, кроме них самих.

Перспектива поисков среди знати Данна, кажется, ужаснула. Опрос стражи – это запросто, а от возможного опроса представителей высшего света у дознавателя даже веко задергалось. Скай, привычный к тому, что волшебники к чинам и званиям равнодушны, удивился. Потом вспомнил собственное нежелание общаться с аристократией и удивляться передумал. Все-таки иметь дело с особами из высшего света было непросто. К тому же, как и лавочники, они вряд ли захотят чем-то поделиться с посторонним волшебником. Даже теми сплетнями, которые сами уже обсудили со всеми знакомыми не один раз. И, в отличие от лавочников, их даже припугнуть не выйдет. Кажется, Недотепа Фаул оказал-таки ему огромную услугу, введя в мир ларежской знати. Может быть, если принимать все приглашения и внимательно прислушиваться к разговорам, удастся узнать о ком-то, кто внезапно захворал или вдруг ни с того ни с сего решил стать затворником?

В комнате Ская обнаружилась записка от Линта: «Ничего пока не нашли, продолжаем».

Назавтра в назначенное время отполированный до блеска экипаж волшебника подъехал к дому Кэссии на Яблоневой улице. Погода стояла пасмурная, но дождь прекратился. Судя по тучам, впрочем, ненадолго. В домике Кэссии ничего не поменялось. Все те же синие витражи в окнах первого этажа, голубые занавески на втором и огромные окна студии на третьем. Все та же дверная ручка в