Похитительница Ночи - Холли Блэк

глоток, но по выражению его лица она не могла понять, нравится ли ему. Ей пришло в голову, что он, возможно, сам не в курсе, какой кофе ему по вкусу. Она предположила, что в прошлом он выбирал черный, потому что заказал его однажды наугад, повторив за кем-то, и решил на этом остановиться. А вдруг многое из того, что она якобы знает о Винсе, в действительности всего лишь маскировка?

Это навело ее на мысль.

Вернувшись домой, Чарли обнаружила, что Поузи ушла, оставив в раковине грязную тарелку и лежащую на столе лицом вверх карту Таро. Иерофант. Чарли знала значение этой карты, потому что она годами слушала, как сестра гадает людям по «зуму». Иерофант – это одобрение условностей, строгостей и правил. Представитель организации. Но поскольку это также ее должность в Теневой ложе, Чарли решила, что сестра оставила эту карту, чтобы, вероятно, вызвать у нее раздражение. И Поузи отлично справилась с этой задачей.

Чарли хотела написать сестре, что добралась домой без проблем, но как только достала телефон, вспомнила, что функция отправки сообщений не работает. Тогда она позвонила, но попала на голосовую почту.

Еще несколько месяцев назад Чарли всегда знала, где находится ее сестра. Она привыкла к Поузи, которая сиднем сидела дома, не представляла опасности сама и вряд ли могла нарваться на неприятности извне. Однако теперь, когда она заполучила оживленную тень, все изменилось. И Чарли пока не привыкла к новой версии сестры.

– Хочу приготовить рамен на завтрак, или как бы этот прием пищи ни назывался, – пояснила Чарли, потянувшись за кастрюлей. – Будешь?

– Я? – удивился Ред.

– Ну ты же пил кофе в такси, – напомнила она ему.

Когда Реми умер, он вложил всего себя в Реда, что вкупе с мощью, которой Ред уже обладал, позволило ему выдавать себя за человека. Никакой другой Мрак на подобное не способен.

Забившись в угол, он наблюдал, как Чарли варит лапшу и два яйца. Как добавляет соевый соус и кунжутное масло, нарезает замороженный шпинат.

– Попробуй, – предложила она, ставя перед ним миску.

Немного поколебавшись, Ред поднес ложку ко рту. Ел он с явным недоверием, словно выполнял некое запретное действие. Однако проглотил лапшу, как прежде кофе. Мгновение спустя он взглянул на Чарли.

– Раньше я не мог этого делать.

– Как тебе еда на вкус? – спросила Чарли.

– Соленая, – ответил он. – Как пот.

Странное и, пожалуй, отталкивающее сравнение, но Ред прав: пот и правда соленый. Он, наверное, почувствовал вкус кожи, когда слизывал с нее кровь.

– Что еще ты ел?

Выражение его лица изменилось, словно он перебирал воспоминания.

– Именинный торт.

Чарли посмотрела на него с любопытством.

– Однажды Реми объявил, что сегодня наш день рождения, а не только его. – В этот момент в Реде чувствовалась некая застенчивость. – Он хотел, чтобы я ел, вот я и научился. Его дед считал меня паразитом. Подражателем. Ему не нравилось, когда Реми позволял мне делать что-то приятное.

Чарли задумалась, не потому ли это, что Солт много сил вложил в то, чтобы Ред делал неприятные дела.

– Ты ощущал вкус того торта?

– Он был слишком сладким. Особенно глазурь.

Отвечая на ее вопросы, Ред понемногу глотал жижу, всякий раз зачерпывая ложкой что-то еще: лапшу, кусочек шпината, яйцо. Хоть он и сравнил вкус с потом, похоже, суп ему все же понравился.

– Я не должен был никому рассказывать про торт.

Паразит. Подражатель. Вот, значит, как он себя воспринимал? Он произнес эти слова так, будто они не причиняли ему боли, но разве это правда? Насколько Чарли помнила, выражение лица Реда не изменилось и когда мистер Панч назвал его монстром.

– Зато теперь ты можешь есть что хочешь, – сказала она, склоняясь над миской рамена.

Ред криво усмехнулся.

– Это не сделает меня человеком, – возразил он. – Только создаст иллюзию.

Чарли встретила его взгляд и не отвела глаз.

– Я никогда не притворялась, что воспринимаю тебя человеком.

* * *

В тот день, одолжив ноутбук сестры, Чарли нашла статьи о том, что пресса именовала «Хэтфилдской резней». Несмотря на сенсационное название, в большинстве серьезных репортажей признавалось, что группа была неформальной и встречалась раз в две недели в церкви Завета благодати. Никакой это был не культ.

Чарли наткнулась на передовицу с описанием жертв и их фотографиями. Двенадцать погибших. В основном пожилые люди, но есть и подростки. Полиция отыскала нескольких здравствующих членов группы, однако не было оснований полагать, что они присутствовали на собрании в ту ночь. У одной из жертв в организме были обнаружены наркотики, но это, похоже, ничего не значило. Оставалось надеяться, что, будучи под кайфом, она умерла, не мучаясь от боли.

Ни о Рустере, ни о Теневой ложе упоминаний не было.

Отсутствие зацепок привело к появлению ряда смелых домыслов из обычных источников. Некоторые комментаторы на «Экс» и «Реддит» уверяли, что группа пала жертвой кого-то, кто считал, что все сумеречники одержимы демонами. Несколько консервативных экспертов утверждали, что смерти стали результатом попыток оживить свои тени, что требовало кровопускания, которое вышло из-под контроля.

Чарли надеялась, что мистер Панч не посчитает подобные домыслы неудачей с ее стороны замять дело. Людям интересно. Если он хочет, чтобы все было шито-крыто, вероятно, действительно следовало найти убийцу. И поскольку общественность не приняла бы того факта, что виновником случившегося является Мрак (это, в свою очередь, потребовало бы прилюдного признания, что Мраки существуют), значит, кому-то придется взять на себя ответственность.

Интерес к резне был настолько велик, что Чарли удалось найти ссылку на слитые кем-то фотографии места преступления на форуме «Реддит». Если снимки настоящие, а они выглядели таковыми, то убийство совершили с ужасной жестокостью.

Порезы на телах были широкими и глубокими, словно от когтей дикого зверя. Судя по всему, некоторые жертвы умерли, сбившись в кучу. Одна из женщин закрывала собой студентов, и ее спина была настолько изранена, что позвонки выпирали наружу. Брызги крови остались на стенах много выше человеческого роста, количество крови на полу казалось несоизмеримым с количеством тел.

«Что ты об этом думаешь?» – мысленно обратилась Чарли к Реду.

«Ты спрашиваешь, потому что я тоже убивал?»

«Не поэтому, а потому что ты занимался зачисткой мест преступлений…»

Чарли тут же отмахнулась от этой мысли. То был Винс. Ред не помнил его подпольной работы. Не помнил коллег, которые души в нем не чаяли, и начальника, травившего байки о том, как бесплатно водил жену в недавно продезинфицированные номера в отелях, потому что не спешил возвращать ключи.

«Неважно».

«Кажется, мистер Панч выразился не вполне корректно,