Поздние люди - Тан Фэй

С самого детства люди знают: где-то в будущем их ждет пространство, готовое удовлетворить их желания и принять такими, какие они есть.

Каждый день мужчины выходят из дома и идут на работу. И всякий раз, переступая порог, они вновь испытывают те же трепетные чувства, что и в миг обретения собственного жилья, и сладкая ностальгия наполняет их сердца.

Там, за дверью, они оставляют жену и ее – свою квартиру.

2

Когда доставили электронную кастрюлю, Синьминь в скалах Серро-Асуль разглядывала большие охристо-красные петроглифы на плитах: грубые силуэты вымерших животных, птичьи маски, странные «лестницы» – возможно, символы восхождения или перехода, которые нарочно исказили, превратив в причудливые волнистые линии. Она выключила устройство иммерсивного погружения и вышла из ледникового периода, чтобы открыть дверь курьеру. Приложив мизинец к кнопке замка и пройдя верификацию, она открыла дверь и наклонилась за посылкой. Ворот рубашки разошелся, обнажив белоснежную грудь. Синьминь машинально схватилась за ворот и выронила коробку, но не успела та долететь до пола, как, словно по волшебству, из ниоткуда появились две крупные ладони, поймали коробку и бережно поставили на пол у порога.

Словно кто-то дернул стоп-кран, время застыло, и все, что видела Синьминь, – лишь эти смуглые руки с загрубевшей кожей и отчетливо выраженными суставами. А затем время резко понеслось вперед: коробка стояла на полу в прихожей, а курьер стоял перед дверью, словно и не двигался вовсе. Синьминь вежливо поблагодарила, заглядывая в тень под козырьком его кепки, но еще до того как прозвучало последнее слово, она уже стремительно отступила в квартиру и захлопнула дверь.

Синьминь несколько раздраженно отпустила воротник.

Кажется, она совершенно не умеет разговаривать с незнакомцами. Даже с курьерами. Общение с людьми требует зрительного контакта, естественной мимики, уместных реплик, связной речи. Мозг должен обрабатывать несколько задач одновременно. У Синьминь не получалось, она не умела думать о нескольких вещах сразу и тем более не понимала подтекста, скрывающегося за вежливыми фразами. Особенно когда говорила невпопад: ей хотелось, чтобы люди прямым текстом указывали на ошибку. Это значительно упростило бы ситуацию и предотвратило попадание в замкнутый круг: он боится задеть меня, я боюсь задеть его, опасающегося задеть меня, – и так до бесконечности. Как это случилось только что.

Техника в этом смысле проще: ей все равно. Можно свободно общаться, не боясь допустить промаха. Ты можешь ошибаться, устройства – нет. Если ты ошибся, машина просто откажется выполнять команду.

Синьминь восемь раз пыталась переключить режим новой кастрюли со стандартного на гриль, и каждый раз интерфейс выдавал вежливую желтую рожицу, отказываясь менять заводские настройки. Инструкция по эксплуатации занимала всего одну страницу. Синьминь перечитала ее несколько раз, но так и не нашла решения. Она уже было полезла искать объяснение в интернете, как вдруг поняла, в чем проблема: новая кастрюля еще не подключена к сети умного дома, так как «не воздала почести» их богу домашнего очага – Первому.

Синьминь внесла новый электроприбор в системный реестр Первого. На самом деле ей ничего не пришлось вводить вручную, она просто произнесла вслух длинный цифровой код – современное заклинание, чтобы Первый его услышал и подключил кастрюлю к системе дистанционного управления. Иными словами – официально принял технику под свое крыло. Меньше чем через минуту индикатор на панели управления кастрюли запрыгал и замигал, а затем наконец остановился на режиме приготовления на пару.

– Переключись на гриль, – сказала Синьминь. Никакой реакции не последовало, словно ее слова были пустым звуком.

– Первый, включи гриль, – повторила она, нажимая на кнопку переключения режимов на панели. Бесполезно.

– Сообщите вашу цель.

– Я купила эту кастрюлю, чтобы приготовить мясо на гриле.

– Для включения режима «гриль» требуется изменение параметров безопасности на кухне.

– Хорошо, меняй!

– Для изменения параметров нужен соответствующий доступ.

Она опешила. Какое-то время она пыталась осмыслить, что это значит. Точно так же, как за секунду до аварии видишь несущийся на тебя автомобиль и успеваешь осознать, что это – конец. Нет, не катастрофа. Всего лишь один незначительный факт, о котором она не задумывалась раньше: у нее нет прав доступа к Первому. В квартире, где она хозяйничала уже двенадцать лет, у нее не было этих полномочий. Они были у Лу Шо. По регламенту только один член семьи обладал полными правами на управление центральным ИИ-модулем. Когда они только поженились и въехали, то даже не задумывались над выбором. Просто сделали так, как поступают во всех других семьях. Можно ли это назвать выбором? Похоже, жизнь устроена так, что возможность выбора существует лишь для галочки. Ей придется ждать, пока Лу Шо изменит параметры.

– Дистанционно тоже можно изменить. Система привязана к телефону, – напомнил Первый.

– Ладно, я напишу ему.

Наступил вечер, а ответного сообщения Синьминь так и не получила. Кастрюлей воспользоваться не получилось, пришлось опять заказать еду быстрого приготовления. Она выбрала набор с ямсом. Лу Шо не особо жаловал ямс, но сам ведь говорил, что ему все равно, чем питаться. Еда была загружена в многофункциональную печь. Синьминь села ждать мужа, попутно изучая рецепты из инструкции к новой кастрюле. На улице стемнело, комната тоже погрузилась во мрак. Она отдала команду не включать свет под предлогом того, что хочет вздремнуть. Она по-прежнему сидела за столом, подперев голову рукой, и водила пальцем другой руки по планшету, перелистывая рецепты. Краем глаза она заметила загоревшуюся зеленую лампочку индикатора на динамике. Кто-то хотел что-то сказать – Первый или Нолик. Лампочка мигала, то загораясь, то тускнея, будто слова застряли в цифровом горле. Возможно, это была иллюзия. Синьминь подумала, что Первый становится все более деликатным, и в незначительных вопросах, даже если команда отдана неполно, он уже не требует уточнений, просто подстраивается. Все чаще позволяет возникать ситуациям, выходящим за рамки идеального сценария. Наконец, зеленый огонек потух и перестал беспокоить боковое зрение. Она сидела в полумраке, разглядывая красочные иллюстрации к рецептам. Баклажаны, перец, куриные крылышки, картофель…

Как все красиво и аппетитно. И цвета очень яркие. Столько новых возможностей!

Как она и предполагала, Лу Шо даже бровью не повел.

– Разве у нас нет похожей кастрюли? – только и сказал он, когда Синьминь за ужином повторила просьбу об изменении настроек безопасности.

– Но у новой есть функция гриля. Можно жарить овощи и мясо, будет гораздо вкуснее, чем просто тушить, – объяснила она.

Лу Шо слушал, не отрывая глаз от мобильного телефона, и механическими движениями закидывал в рот пищу. Вдруг что-то его отвлекло – он уставился на белые кусочки на подносе и нахмурился, хотя жевать не перестал.

– Такой кастрюли нам точно не хватает, – добавила Синьминь.

– В следующем месяце я собираюсь поднять кредитный лимит. – Лу