Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход - Эльхан Аскеров

колонна заметно увеличилась, но иначе было никак. Бросать исправное оружие глупость. Завтра из него вполне могут выстрелить в тебя. Вся надежда у сотника была на очередную встречу с каким-нибудь нейтральным кланом, которому можно будет сбыть всё добытое.

К следующему колодцу сотня добралась уже, когда почти стемнело. Разведя костры из собранных по пути шаров перекати-поля и высохшего кизяка, казаки обиходили коней и уселись чистить оружие. Поужинав сухим пайком, бойцы улеглись спать. Переход и стремительный, нежданный бой крепко всех вымотали. С рассветом, по приказу сотника, все занялись резко увеличившимся хозяйством.

К удивлению Матвея, все его четвероногие трофеи оказались кобылами. Все животные были здоровы и недавно перекованы. Так что осталось только вычистить их, и на этом можно будет успокоиться. Тихо мурлыча себе под нос какой-то мотивчик, парень быстро навёл в своём хозяйстве порядок и принялся потрошить перемётные сумки арабов. Понятно, что это были курды, но парень решил не вдаваться в подробности.

К его огромной радости, у всех кобылок нашлись торбы с овсом. Так что держать их на подножном корму не придётся. Избавившись от всего ненужного, Матвей переложил груз и уже собрался было немного передохнуть, когда рядом появился сотник. Присев на трофейное седло, Гамалий устало вздохнул и, с интересом понаблюдав, как парень ловко вычищает очередную трофейную винтовку, тихо спросил:

– Тебя ведь не только верховой рубке учили?

– Я у наших пластунов успел всю науку пройти. Опыта только набраться не получилось. Убили их, – пожал парень плечами.

– Вот и добре. Придётся вам, браты, пешком побегать, – вздохнул сотник, расправляя усы.

– Сейчас? – подобрался Матвей.

– Господь с тобой, нет, конечно, – отмахнулся Гамалий. – Через два дня мы должны будем к нужному месту прийти. Вот там вы мне и понадобитесь. Не хочу, не зная броду, туда лезть.

– Сделаем, командир, не сомневайся, – сообразив, что нужно будет провести разведку местности, кивнул Матвей. – Только, сказать по чести, не верю я, что те британцы всё ещё там сидят. Им просто припасов бы не хватило. Да и с водой, сам знаешь, в этих местах не так просто.

– Сам так думаю, – понимающе усмехнулся Гамалий. – Да только приказ у нас. А приказы, как понимаешь, не обсуждают.

– Оно понятно, – отмахнулся парень, быстро собирая вычищенную винтовку. – Я же сказал, сделаю.

– Втроём пойдёте, – тут же отреагировал сотник. – Ты парень ловкий, слов нет, но одному в то змеиное гнездо лезть не след.

– Уймись, командир, – усмехнулся Матвей, понимая ход его мыслей. – Нам ведь в лагерь местных лезть смысла нет. Всё одно языка не знаем и, о чём они там говорить станут, не поймём. А просто вокруг полазить да посмотреть, кто, куда и сколько, я и сам могу. Поверь, у меня это лучше получится. Из всех пластунов я самый молодой, а значит, самый быстрый и ловкий. Уж прости, но с годами и силы у человека не те, и внимательность хуже становится.

– Это да, – задумчиво протянул сотник.

– Понимаю, что по опыту мне до братов, как тому медному котелку, тарахтеть и тарахтеть, но опыт сил и ловкости не заменит, – добавил Матвей, отлично понимая, что бойцы из пластунов отличные, а вот силы уже и вправду не те. Всем троим было за сорок, так что и суставы и сухожилия у мужиков крепко изношены.

– Уверен, что управишься? – помолчав, уточнил сотник.

– Не сомневайся, командир. Сделаю всё, как надо, – решительно кивнул Матвей.

Его нежелание идти в команде было продиктовано не попыткой тянуть одеяло на себя, а элементарной практичностью. Про возраст бойцов он упомянул не просто так. Это ведь не армейская разведка, где люди только и занимаются тем, что тренируются и готовятся к возможному выходу. По сути, это те же казаки, только умеющие гораздо больше, чем строевые бойцы. А значит, и образ жизни у них такой же, как у всех.

Работа в поле до седьмого пота, нередко проблемы недоедания и тому подобные бытовые сложности. А всё это отражается на здоровье и силах бойцов. Да и зрение от полевой пыли и яркого солнца быстрее садится. Так что идти с такой поддержкой к вражескому лагерю просто опасно. Потому и настаивал Матвей на одиночной прогулке. За собой он всяко приглядит. А уж если ошибётся, то и винить будет некого.

Окинув его долгим задумчивым взглядом, Гамалий в очередной раз огладил бородку и, расправив усы, со вздохом проворчал:

– Знаю, что казаки не молоды уже, а всё одно отпускать тебя одного не след.

– Командир, я своё дело знаю. Покоен будь. А браты пусть со стороны посмотрят, чтобы никто со спины не подошёл. Ежели там кто будет, пройдусь рядышком, никто и не заметит. Да только думаю, нет там уже никого.

– Дай-то бог, – вздохнул Гамалий и, попрощавшись, поднялся.

* * *

Очередная встреча с одним из местных кланов случилась уже на условиях самих казаков. Судя по загруженным верблюдам и большому стаду коз, клан этот перебирался куда-то на новое место. К удивлению бойцов, им навстречу выехало чуть меньше сотни воинов, хоть и плохо вооружённых, но явно готовых драться. Выехавшие им навстречу Гамалий и Ахмет-хан быстро объяснили этим кочевникам, что драться с ними никто большого желания не имеет, но в случае необходимости за этим дело не встанет.

Заметив внимательные, а кое-где и даже завистливые взгляды кочевников, которые они бросали на лишних в отряде коней, а главное, на винтовки, Матвей не удержался и, подъехав к толмачу, тихо поделился с ним своим наблюдением. Моментально сообразив, о чём речь, Ахмет-хан быстро поведал сотнику возникшую идею и, получив добро, окликнул главу клана. Внимательно выслушав высказанное толмачом предложение, араб задумался, а после принялся задавать вопросы. Убедившись, что казаки и вправду готовы продать всю добычу, он поинтересовался ценой, а дальше началось то, что на Востоке делать умеют лучше всего. Торговаться. По команде сотника казаки вывели к арабам всех добытых коней и приготовили для осмотра трофейное оружие. К огромному удивлению всех бойцов, клановцы заинтересовались в первую голову лошадьми. Помня о любви местных к верблюдам, такой выбор был тем более удивителен. Специально выделенные люди внимательно осматривали каждую лошадь, подмечая любую неправильность. Ещё одна команда принялась осматривать белое оружие, и только три человека взялись осматривать немецкие карабины.

Дождавшись, когда эти барышники осмотрят всех его трофейных кобыл, Матвей выдал бойцам для осмотра захваченные сабли и потянулся за винтовками, когда один из арабов, вытянув полученную саблю из ножен, одобрительно цокнул языком и что-то спросил. Быстро найдя взглядом переводчика, парень жестом подозвал его поближе и, ткнув пальцем в араба с