Ветер и Правда. Том 2 - Брендон Сандерсон

– К-как?

– Я не настолько хороша, чтобы выудить нож из твоего кармана и его подменить, – пояснила Шаллан. – Но по части точно рассчитанного обмана я всегда была великолепна. Ты всю дорогу держал в руке нож, которым мог бы меня убить, но бросил его. – Она придвинулась к его лицу, пока его силы таяли. – У меня тоже есть выбор. Я делаю его сейчас. Я выбираю больше не давать на меня давить.

Она вогнала нож глубже. Мрейз почувствовал, как угасает жизнь, пока Шаллан искала его сердце. И помимо воли, имея слишком мало опыта в обращении со своими способностями, чтобы этому воспротивиться, он вдохнул буресвет.

В следующую секунду все поглотило пламя. Словно восход, выжигающий тьму.

* * *

Когда Эл наконец отозвал стражу, следившую за Клятвенными вратами, Венли поняла, что назначенный час наступил. До самого этого момента Эл ожидал какой-либо атаки.

Только тогда она наконец признала: ее план сработал. Эл не понял, что они делали. Тимбре настаивала, что все получится, но Венли…

Венли втайне переживала, что опять все портит. Пробудившись от беспокойного сна в одном из обрушенных людских жилищ, она с тревогой ждала этого момента.

Сквозь просветы между тучами на равнины полились солнечные лучи. Промокшее, изломанное плато предстало в новом свете. В голове у Венли невольно зазвучал ритм радости: ее душа настроилась на него неосознанно.

«Еще рано, – подумала она. – Нам нужна абсолютная уверенность».

Она присоединилась к Пятерке, глядя, как Эл с другими высокопоставленными Сплавленными идет по Нараку, заваленному обломками и спящими ущельными демонами. Подплыла по воздуху Лешви, встретилась с Венли взглядом и улыбнулась. Широкая, предвкушающая улыбка! От Сплавленной!

И… не в ритме ли радости она напевала?

– Неожиданный ритм, Лешви, – произнес Эл, сцепив руки за спиной. – Не знал, что ты способна слышать старые ритмы.

– Это правда, Эл? – спросила она, паря в нескольких дюймах над землей рядом с ним, пока он переходил лужу. – Состязание началось?

– Да, – подтвердил он. – В соответствии с соглашением границы государств теперь установлены и не подлежат изменению. Мы выиграли Расколотые равнины, о чем меня и просили.

Венли посмотрела на Тьюда и остальную Пятерку.

Настроившись на ритм непреклонности, Тьюд заговорил:

– В таком случае, согласно договору, мы со всем уважением просим вас отвести свои войска до урегулирования дипломатических отношений между нашими государствами.

Все ритмы смолкли. Никто не пел. На плато опустилась тишина. Эл разок моргнул, затем обернулся и воззрился на их группу, словно увидев их впервые.

– Прошу прощения? – сказал он.

Венли сунула руку в карман плаща, где лежал защищенный, промасленный мешочек. Оттуда она достала свернутые бумаги, подписанные Ясной, человеческой королевой.

Договор.

Спустя семь долгих лет войны алети и слушатели наконец заключили мир. Венли передала бумаги Тьюду, и тот поднял их повыше. Документ, подписанный наследницей Гавилара – дочерью человека, которого они убили в ночь подписания предыдущего договора.

Нынешний сохранит свою силу. Они поклялись в этом.

Эл взял документ и молча его прочел.

– И как вы это устроили?

– С особой осторожностью, – ответила Венли. – Люди понимали, что плато потеряны, и совместно мы решили, что предпочтительнее отдать их под контроль дружественной стороны, чем враждебной.

– Это наш край, – сказала Била. – Люди правильно поступили, признав это на бумаге.

– Иногда они склонны поступать правильно, – тихо проговорил Эл, – когда других вариантов не остается.

– Это вздор! – выкрикнул в ритме гнева один из спутников Эла, Грандиозный. – Мы просто отберем равнины у этой мелюзги.

Он отвел руку назад, замахиваясь на Венли, и, хотя Лешви и остальные попытались вмешаться, первым задвигался Эл. Выхватил из воздуха длинный тонкий меч и вонзил его Сплавленному в висок.

Глаза выгорели.

Это был… осколочный клинок.

– Мы поступим в соответствии с условиями, установленными нашим богом, – произнес Эл, даже не оторвав взгляда от договора.

Сплавленный осел на землю, а Эл поднял документ выше и продолжил чтение, между делом отпустив клинок.

– Вы взимаете пошлины за любое использование Клятвенных врат… сдаете людям в аренду землю под лесные дворы и поля… но получаете все остальное… – Он перевел взгляд с Венли на Пятерку, потом на Лешви, подплывшую ближе к ним. – Я впечатлен. Мы пришлем послов. Я был бы рад владеть этим краем, но такой исход нельзя назвать неприемлемым. Он предоставляет… иные возможности.

Он вернул договор и ушел, призывая войска к отступлению.

* * *

На вершине Уритиру начала собираться вторая буря. Великая буря. Далинар заметил это, как можно заметить первые рассветные лучи. Будто… предвестье грядущего. Лучик надежды.

Есть ли хоть какой-то выход из этой ситуации?

Он вновь посмотрел на Гэва: тот стоял, вскинув руки для убийства, но в них не было оружия. Его меч, Давший Клятву, – символ как величайшего греха Далинара, так и его попыток искупления – торчал рядом из крыши.

Гавинор плакал. Такой дешевый трюк – использовать его в качестве пешки, но в то же время Далинар понимал вложенное сюда более важное послание. Таравангиан мог бы с той же легкостью использовать какого-нибудь безымянного невинного, поскольку речь тут шла не о том, окажется ли Далинар лучшим бойцом. Речь шла о том, чтобы вынудить его согласиться с Таравангианом.

Если он убьет Гэва, подтвердится верность философии Таравангиана. Если уйдет, будет вынужден присоединиться к нему и все равно продвигать эту философию.

«Но ведь он прав, – подумал Далинар. – Лучше убить одного человека сейчас, чтобы освободить Алеткар».

Его выводило из себя то, как это вышло, но Гэв выбрал…

Преисподняя! Нет. Далинар не желал принимать такой ход рассуждений. Нельзя возлагать ответственность за принятое решение на ребенка, которого забрало чудовище и десятилетиями обманывало. Если он и убьет Гэва, то уж по крайней мере не запятнает себя – и его – обвинениями в его адрес.

Это было бы так просто. Мало какой монарх колебался бы долго.

«Это даст Таравангиану то, чего он хочет больше всего, – подумал Далинар. – Шанс меня испортить».

Но другой вариант… Примкнуть к Вражде? Начать войну по ту сторону бездны между мирами? Это… это то, что человечество уже, по сути, сделало, придя на Рошар.

Может быть… может быть, это ему по силам. Может быть, ему удастся провести эти войны так, чтобы обойтись без лишних ужасов. Так ли плохо иметь в командном составе способного военачальника, который бы предотвращал зверства? Кроме того, войну против других миров он уж точно сможет вести, не слишком вовлекаясь эмоционально. Это то же самое, что они делали с Гавиларом, объединяя Алеткар, только в большем масштабе.

Это выглядело… ужасным извращением целей, к которым он стремился последние пару лет. Единства, которое, как