"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

— Ничего особенного.

— Не смей! Не говори так! Что происходит во дворце?!

— Те, кто согласится принять новый порядок, будут служить мне.

— А остальные?

— Спят.

— Спят?..

— Да.

— Ты... убила их?

— Нет. Зачем? Их погубит время.

— Ты захватила дворец.

— Освободила.

— От чего?!

— От распада, — ласково произнесла Линора, плавно разворачиваясь ко мне. — Любая новая эпоха начинается одинаково. Кто-то делает первый шаг, а остальные называют это насилием. Этот Союз... Противоречит всем догмам рода Ланкастеров. Когда Валериус вернётся, всё будет иначе.

Я уже не воспринимала её слова. Резко развернувшись, я бросилась к массивным дверям. Если узы с Каином ещё существовали, значит, он держался.

Створки распахнулись с оглушительным грохотом до того, как я успела коснуться кованой ручки. С ближайших полок, шурша страницами, сорвались несколько фолиантов. На пороге возникла высокая фигура.

Каин.

Он буквально влетел в зал. Пустота вокруг его плеч бушевала с такой неистовой силой, что воздух шёл морозной рябью, а по его доспехам ползли багровые прожилки. Наши узы задрожали так, словно кто-то растягивал их в разные стороны, пытаясь разорвать, и Каин сопротивлялся этому давлению каждую секунду. В его глазах мелькнуло такое дикое облегчение, когда он увидел меня, что сердце заныло от жалости.

— Эви...

Всего одно хриплое слово, но дышать сразу стало легче. Я сделала шаг навстречу, поймав его локоть и собираясь предупредить об опасности, когда из полумрака коридоров за его спиной бесшумно соткалась вторая фигура.

Киллиан.

Он зашёл спокойно. Его взгляд был страшно сосредоточенным и отрешённым. Он мимоходом взглянул на меня, а затем намертво зафиксировал взор на стоящей у окна Линоре.

Киллиан сделал глубокий вдох, безэмоционально чеканя слова:

— Отойдите подальше.

Линора неожиданно с неподдельным удовольствием рассмеялась.

— Надо же... Всё такой же упрямый.

Каин сильнее сжал рукоять меча из Пустоты, и по моим мыслям прокатилась судорожная волна боли. Ментальное давление заставляло склонить голову... Нет, это было его чувство... но он не позволял. Пока ещё не позволял.

Линора даже не взглянула в его сторону, полностью переключив внимание на Киллиана. Пока она, упиваясь моментом, шагала к нему, задевая шелком юбок мраморные плиты, Киллиан на секунду перехватил мой взгляд и кивнул в сторону окна, приказывая уходить, и тут же сжал пальцы левой руки в кулак — знак к немедленной атаке.

Я мгновенно прочитала этот жест, сделала маленький шаг в сторону, освобождая Каину место для нападения, и замерла в ожидании рывка.

— Знаешь, мальчик... Ты испортил мне столько прекрасных планов, что я почти начала тобой восхищаться.

Киллиан шагнул вперёд, сокращая расстояние, и остановился в нескольких шагах от неё. В его осанке и резком развороте плеч была ледяная собранность человека, который шёл к этой минуте всю свою жизнь.

— Значит... ты есть.

— Разочарован?

— Напротив. Больше двадцати лет я искал доказательства, что мои выводы не являются бредом сумасшедшего.

— Нашёл?

— Да.

— И что чувствуешь?

Киллиан выдержал паузу.

— Облегчение. Богов всё-таки не существует.

Линора рассыпчато рассмеялась, качнув головой.

— Нет. Ты испытываешь удовлетворение. Всю жизнь ты хотел оказаться прав. Даже больше, чем хотел спасти кого-либо.

— Это неправда, — ровно отчеканил Киллиан.

— Правда. Но ты удивительный человек. Умный настолько, что порой даже мне становилось любопытно наблюдать за твоими открытиями.

Она сделала шаг к нему вплотную, заставив Киллиана вскинуть подбородок, чтобы дыхания не пересеклись. Он резко, предостерегающе выставил ладонь за спину — короткий приказ нам с Каином отступать. Нападения не будет? Но почему?

Мы синхронно попятились, пытаясь уйти в тень стеллажей, но Линора, не поворачивая головы, взглянула на нас. На плечи сразу обрушилась колоссальная тяжесть, от которой ноги перестали слушаться. Сила была неодолимой — нас лишили возможности сделать даже вздох. Оставалось только наблюдать и выжидать.

— Но есть одна беда. Ты слишком любишь собственную роль. Считаешь себя главным героем.

Скулы Киллиана обтянулись, челюсти сжались так сильно, что на коже проступили белые пятна.

— Это не так...

— Нет, — Линора перебила его, возвращая внимание к его глазам, и её музыкальный голос стал пронизывающим. — Дай угадаю: ты хочешь назвать это ответственностью или искуплением? Я называю иначе. Нарциссизм.

Киллиан даже не моргнул, выдерживая её взгляд.

— Смелое заявление. Я никогда...

— ...не стремился к власти? Верю. Не мечтал о славе? Тоже верю. Но ты всегда был убежден, что именно твои решения определят судьбу.

— Кто-то ведь должен принимать решения, — сквозь зубы выдохнул Киллиан.

— Почему именно ты?

— Потому что остальные не знают того, что знаю я.

— Вот именно. Поставил себя в центр мира. Посмотри, как красиво устроена твоя жизнь: ты первым понял природу душ, ты первым вычислил мои планы, ты первым решил, что обязан остановить Бога. Не кажется ли тебе, что в этой истории слишком много тебя?

— Если бы я ошибался, меня бы здесь не было.

— Ты здесь только потому, что я позволила тебе сюда прийти. Выжить в лесу. Как поживает мой змеёныш?

Лицо Киллиана дрогнуло. Тень замешательства подвела его, и в тишине заминка показалась оглушительной. Линора издала расслабленный смешок, и давление на нас с Каином вдруг ослабло. Он среагировал первым — увлёк меня за собой в глубь книжного прохода. По его вискам катился пот, а ладонь на моём плече крупно дрожала. Он показал глазами на витражи, потом на лаз за дальними полками. Я качнула головой и указала на дверной проём: там, отрезая пути к бегству, ворочались сгустки Пустоты. Нас явно отпустили только потому, что Линора закрыла пути отступления и сосредоточилась на беседе. Каин глухо выругался сквозь зубы. Мы были в ловушке. Я обернулась.

— Вот, — улыбка Линоры обнажила ровный ряд зубов. Она в упор глядела на Киллиана. — Именно поэтому твои прекрасные планы в итоге с треском ломаются. И именно поэтому ты чуть не разрушил мир. По своей воле, конечно же.

Из полумрака я видела, как они похожи: судьба и холодный расчёт. Два фанатичных разума сошлись в мертвой хватке. А посреди чужого поля боя, связанные по рукам и ногам, стояли мы. Киллиан не спешил отвечать на этот высокомерный монолог.

— Знаешь, Ноа, ведь всё должно было быть гораздо проще. Я ведь изначально вела судьбу так, чтобы вы двое — ты и Эвелин — столкнулись. Без лишних кругов. Но что меня