"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

самообладания окончательно меня покинули. Меня бесцеремонно втолкнули внутрь. Панически обернувшись, я увидела, как по дубовому полотну стремительно расползается плотная чернильная вязь, наглухо запечатывая единственный выход.

— Дани! — я вздрогнула от вскрика.

Из угла комнаты, с кресла, поднялась мама. Она была физически невредима, но бледность лица и отсутствие привычной гордой осанки пугали. Я бросилась к ней, судорожно вцепилась пальцами в шёлк её рукавов и разрыдалась, не в силах сдержать накопившийся ужас.

— Мама!

Она мягко, но уверенно обняла меня, прижав к себе.

— Тише, родная. Дыши. Ты цела? Тебя не ранили? — спросила она удивительно ровно. Её ладонь легла мне на затылок, погладив.

Ощущая собранность матери, я невольно сделала глубокий вдох, заставляя себя унять панику. Смахнув слёзы, я постаралась перенять эту жёсткую выправку. Голос ещё дрожал, но плакать я перестала.

— Нет... кажется, всё в порядке, — я перевела дыхание, вглядываясь в её лицо. — Что здесь происходит? Где отец?

— Я не знаю, — медленно качнула головой она.

— Но вы же были вместе!

— Он ушёл ещё ночью. Больше я его не видела.

— А Каин? Эвелин? Где они?

Вместо ответа мама лишь отвела взгляд, сжав губы в тонкую линию. Ноги сделались ватными; я отступила к дивану и бессильно опустилась на подушки.

— Валерию... Валерию и ребят прямо у меня на глазах... — глухо произнесла я, уставившись в узор ковра. — Их заперли в чёрные коконы. Всех. Роберт... Роберт присягнул им, чтобы выжить. Его отпустили.

Мама судорожно вздохнула, подошла к высокому окну и провела пальцами по стеклу. Снаружи всё наглухо закрывала плотная тёмная субстанция, лишая нас солнечного света.

— Это тщательно готовилось заранее, — сказала она, поворачиваясь ко мне.

Я нахмурилась, пытаясь хоть немного сосредоточиться и унять дрожь.

— Если они так легко изолировали нас, то наверняка без труда нейтрализовали и Высший Совет, и министерские...

Мама вдруг резко напряглась, её взгляд устремился на стеклянную дверь просторного балкона, за которой колыхалась чёрная завеса.

Я проследила за направлением её глаз и замерла. Там, на высоте четвёртого этажа, по ту сторону матовой пелены угадывалось плавное, текучее движение. Смутный человеческий силуэт приближался к стеклу.

— Назад, Даниэлла. Встань за мою спину, — предельно собранным тоном скомандовала мать.

Я повиновалась, подскочив на ноги и стягивая магию к ладоням, хотя внутри всё сжалось от предчувствия новой атаки.

Тёмная тень за стеклом шевельнулась, и силуэт... прошёл сквозь плотный заслон, будто преграды не существовало вовсе, и открыл дверь. Высокая фигура шагнула с балкона на ковёр.

Изорванный, покрытый дорожной гарью плащ, слой серой пыли на доспехах, бурые, давно засохшие пятна чужой крови на рукавах... И выжигающая усталость в каждом движении. Но когда он откинул капюшон, я увидела его глаза. Янтарные.

Из горла вырвался задушенный всхлип. Забыв об осторожности и мамином присутствии, я сорвалась с места и всем телом врезалась в его жёсткую грудь. Лео едва удержался на ногах, невольно шагнув назад, когда я вцепилась в его походную куртку. Слёзы снова хлынули сплошным потоком — на этот раз от дикого, пьянящего облегчения. Я плакала навзрыд, утыкаясь лицом в его плечо, пахнущее ветром, железом и гарью.

— Ты вернулся...

Его сильные, слегка дрожащие руки бережно обняли меня со спины, прижимая к себе, словно он сам до этой секунды не верил, что всё это наяву.

— Вернулся, Дани, — тихо и хрипло ответил он мне в макушку с такой нежностью, что сердце заныло ещё сильнее.

На долю секунды весь кошмар за стенами перестал существовать. Остался только его надёжный силуэт и тепло его рук. Я приподнялась на цыпочках, обхватила его лицо ладонями и поцеловала — глубоко, чувствуя на губах солёный вкус собственных слёз. Мои пальцы зарылись в его запылённые волосы, а Лео ответил с голодной силой, будто пытался впитать меня целиком, доказывая, что мы живы и это не предсмертный сон.

— Полагаю, нам стоит поторопиться, — негромко прервал нас мамин голос.

Я нехотя отстранилась, но продолжала сжимать пальцами его рукав, попросту боясь отпустить. Лео остался рядом, его ладонь легла мне на талию, притягивая к боку. Мама, опустив руки, внимательно окинула взглядом его измождённую фигуру.

— Значит, ты сумел прорваться сквозь заслоны, — тихо сказала она, с каким-то облегчённым выдохом опускаясь в кресло. — Рада видеть тебя живым. Хотя время ты выбрал самое скверное.

— Я уже заметил. Весь Орден сейчас под контролем. Они связаны в единую сеть.

Мама тяжело кивнула, устраиваясь поудобнее и складывая руки на коленях.

— Что ещё ты видел?

— Город живёт обычной, рутинной жизнью, — Лео сделал пару шагов к окну, увлекая меня за собой, и коснулся стекла, за которым была Пустота. — Рынки работают, дети бегают по мостовым. Никакой паники или пожаров за пределами дворца нет.

В комнате снова стало тихо. Факт того, что столица за окном продолжала безмятежно функционировать, пока во дворце заживо хоронили людей, не укладывался в голове. Неужели никто ничего не заметил?

Я опустилась на диван, потянув Лео за собой. Он сел рядом, и я до судорог сжала его тёплую ладонь, цепляясь за неё как за единственный ориентир.

— Это Киллиан натворил? — негромко спросил Лео, переводя взгляд на маму. — Я не нашёл его.

Мама заметно занервничала. Она беспокойно повела плечами и горько усмехнулась, обхватив себя руками. Несокрушимость в её позе сменилась изматывающей растерянностью. В памяти разом всплыли последние недели: как папа угасал на глазах, как его здоровье планомерно разрушалось, а мы строили планы, уверенные, что он сходит с ума.

— Я... надеюсь, что нет. Но если верить тому, что он говорил... — её голос сорвался, выдав всю глубину внутреннего раскола. — Я не видела, чтобы у него были какие-то такие цели... Он просто чах день за днём и твердил мне, что грядёт что-то страшное. А теперь... теперь я не знаю. Я с каждым днём всё больше убеждалась, что это бредни болезни.

Лео нахмурился, переваривая услышанное.

— Мы найдём источник, — он мимолётно взглянул на меня, его янтарные глаза потемнели. — Рассказывайте всё с самого начала.

Я глубоко вздохнула, заставляя себя говорить ровно и транслировать ту решимость, которую пыталась взрастить внутри. Страх всё ещё ворочался в груди, но взгляд Лео давал опору. С ним было спокойнее, словно разлуки и не было.

— Рассказывать толком и нечего. Вчера был приём, приехали делегации разных