"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

— Со мной было так же, — негромко отозвалась мама. — И что с ними...

— Они живы, — твёрдо перебил Лео. — Но долго так не протянут. Это всё?

— Всё... — выдохнула я, чувствуя, как комната вокруг сжимается до размеров клетки.

— И мы в самом центре захваченного здания, — тихо подытожил Лео.

Глава 51. Лео

Я отправился дальше исследовать обстановку, оставив Виолетту и Даниэллу в покоях. Проникнуть в холл удалось со стороны улицы, благополучно укрывшись за изломом галереи. Дальнейшее продвижение по затихшим коридорам с точностью повторяло мои вылазки последних месяцев, когда приходилось крадучись исследовать демонические логова. Мышцы звенели от напряжения, а слух ловил малейшее колебание воздуха. Незаметность оставалась единственным способом уцелеть. Знакомые с раннего детства стены стремительно теряли привычное тепло, превращаясь в смертоносный лабиринт. Охотник в один миг стал добычей, и это отступление давило колоссальным грузом, заставляя внутренне огрызаться на происходящее.

Мрачная энергия послушно циркулировала по венам, скрывая силуэт плотной вуалью. Перед выходом на открытые перекрестки я по привычке отправлял вперед призрачные копии — едва различимые фантомы мелькали в арках смежных коридоров, отвлекая внимание стражи и уводя патрули Жнецов в ложном направлении.

Скользнув мимо очередного открытого дверного проема, я прижался спиной к каменному барельефу. В малой гостиной сиротливо замерли четыре матовых кокона. Плотные скорлупы, сотканные из первозданной тьмы, совершенно не отражали тусклые лучи света. Стоило вглядеться внимательнее, как я убедился: внутри каждой оболочки точно всё ещё теплилась жизнь.

С трудом сглотнув скопившуюся горечь, я поправил капюшон и продолжил путь по переходам. По мере погружения в недра здания крепла уверенность в том, что вся борьба на этой доске подошла к концу, а победитель определился задолго до рассвета, просто выжившие обитатели дворца ещё не осознали масштабов постигшей их катастрофы.

Возле массивных дверей центрального зала заседаний пришлось замедлить шаг. Створки оказались демонстративно распахнуты, а из глубины доносился негромкий размеренный разговор.

Блеклой тенью проскользнув в полумрак между мраморными колоннами, я заглянул внутрь сквозь петли дверного проема и затаил дыхание. Настенные гербы остались нетронутыми, массивный стол занимал прежнее место, а резные кресла находились на своих местах, однако сама атмосфера неузнаваемо изменилась. Место Председателя во главе стола занимала рыжеволосая...

Девушка. Она лениво перебирала документы Союза, тихо обсуждая государственные дела с бледным министром финансов. Чиновник отвечал на вопросы совершенно добровольно, держась так, словно перед ним находилась законная правительница. Незнакомка не походила на жестокого оккупанта; её поведение транслировало уверенность хозяйки, владевшей этим дворцом с первого заложенного камня, будто окружающие лишь по недоразумению позабыли о её правах.

Едва возникло намерение отступить вглубь коридора, взгляд выхватил знакомый силуэт. Каин неподвижно замер по правую руку от её кресла. Сначала сердце болезненно сжалось от облегчения — живой, невредимый, на собственных ногах и без этой проклятой маски. Однако спасительный самообман растаял без следа: передо мной стоял чужак. Тело и резкие черты лица бесспорно принадлежали Каину, но всё то, что составляло суть его живой личности, испарилось без следа. Лишённый прежней иронии взгляд остекленел, в нём не осталось ни глухого раздражения, ни фирменного высокомерия.

Рыжеволосая певуче сказала что-то министру, но из-за шума в ушах слова ускользнули. Затем она плавным движением повернула голову в сторону колоннады, посмотрев точно туда, где я укрывался. Пытаясь слиться с тенями, я сумел рассмотреть её лицо. В глубине души что-то сокрушительно надломилось, словно погребённая память пыталась с мясом прорваться наружу сквозь пласты прожитых лет.

«Нет. Быть того не может. Это ловушка».

Женщина одарила чиновника улыбкой — именно это мимолетное движение губ заставило сознание содрогнуться. Я определённо видел эту улыбку давным-давно, в той далёкой, почти стёртой жизни. Перед глазами ярким образом возникло воспоминание.

Маленький уютный дом на окраине, открытые окна, откуда доносится густой аромат свежевыпеченного хлеба. Мягкий полуденный свет ложится на деревянные половицы, подсвечивая кружащиеся пылинки. В тонких женских руках раскрыта старинная сказочная книга, а нежный голос напевает мотив без слов, убаюкивая пространство. Та же самая женщина аккуратным движением ладони поправляет мне волосы, ласково улыбаясь. Говорит что-то очень важное, согревающее...

Судорожный вдох со свистом ворвался в грудь, а кожа на затылке заледенела. Детская идиллия растворилась, уступая место другому, куда более жуткому отпечатку. Те же очертания губ, тот же пронзительный взгляд... А следом — известия о внезапной кончине, суровые лица соседей, Орден и долгие скитания.

«Нет... » — мысленно выдохнул я.

На месте Председателя восседала моя родная мать. Настоящая. Не Эвелин, заменившая её, не любящая приёмная семья и не блеклый фантом. Тот самый истинный Бог Смерти, о котором твердил Киллиан?

Тело, действуя на чистых инстинктах, сделало панический шаг назад, прочь от колонны, затем второй, скрываясь в глубокой тени, и третий, переходя на бег. Мной двигала вовсе не угроза собственной жизни, а категорическое нежелание принимать увиденное. Каин полностью опустошён, а женщина, которую я считал давно похороненной в сырой земле, оказалась первопричиной всего этого кошмара.

Поскольку центральные галереи кишели патрулями, пришлось пробираться кружным путём, используя заброшенные ходы для слуг. Продираясь сквозь пыль и паутину, удалось спуститься на самые нижние ярусы — туда, где ощущалось её присутствие.

Эвелин обнаружилась в месте, наименее подходящем для живого человека: за потайными переходами, скрытыми тремя слоями печатей, под защитой тяжёлых железных дверей, о которых изнеженные обитатели дворца даже не догадывались. Подвальное помещение казалось вымершим. Часть ламп под потолком погасла, погрузив углы во мрак. На массивных столах царил беспорядок: разбросанные записи, раскрытые фолианты и сорванные сургучные печати создавали впечатление, будто люди спешно покинули рабочие места прямо посреди дел.

Эвелин сидела на низком табурете у дальней стены, обхватив колени. В тусклом полумраке её едва можно было узнать: она выглядела истощённой, куда хуже, чем любой мой боец после кровопролитных сражений, словно из неё безжалостно вырезали важнейшую часть души. На звук шагов она с трудом подняла голову, и её измученное лицо робко ожило.

— Лео... — сиплым шёпотом выдохнула она.

— Нашёл тебя, — я сбросил капюшон, быстро приближаясь.

На её губах промелькнула призрачная улыбка и тут же исчезла. Подойдя вплотную, я крепко обнял её. Эвелин вцепилась пальцами в мою одежду, её крупно трясло.

— Ты в порядке?

— Нет... — очень тихо произнесла она.

Я слегка отстранился, осматривая её: ни крови, ни видимых ран.

— Я больше