Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

И тут всё затихло. Боль, неотвязный шум, стоны соседских мыслей, змеиный шепот. Камера стала каменным мешком без двери и без всяких иллюзий. Дик вздохнул полной грудью, удивляясь, что это возможно. Он не мог вести счет времени, но сейчас не сомневался, что потерял его непозволительно много. И решил взяться за исполнение договора.

Ему нужно выбраться отсюда. Но как? Два условия он выполнил: в бездну спустился и участь приговоренных к отчаянию разделил сполна. Остаётся третье, подняться наверх. Вернуть свободу себе и выкупить свободу других. Это три или четыре?

Мысль насторожилась и прислушалась к самой себе. Три или четыре? В этих цифрах есть что-то важное. "Последний вопрос: сколько раз мы встречались, рыцарь? Трижды? Или… Подумайте хорошенько…"

Как он сказал?

"Двойная стрела ударит любым концом…", "Есть работа, которую люблю делать сам…"

Стрела??!

Намек, что подбросил на прощание демон, ударил беспощадной догадкой. Стрела! Это первая встреча.

Нет…

Но если? Тогда всё обман? Всё… И всё безнадежно…

Стой, Дик! Это не называется "думать", это — идти на поводу у врага. Ты сейчас отвечал на свои вопросы? Уверен? Не забудь, они не умеют быть искренними. Они пользуются твоими подсказками, чтобы ты сам шел в ловушку.

Сам?..

Мысленно молчать тебе удавалось. Теперь заставь молчать всех, кроме себя.

Голову прожгла острая боль. Стены закачались.

Ага, правильно? Благодарю за подсказку!

Боль отступила не сразу. Она стала сильнее, кипела и плавилась, как стены камеры, вызывая перед глазами всякие ужасы. Но Дик в них не верил. В этой бессильной злобе Дик видел слабость врага. Он знал, о чем следует думать, где искать выход.

Стрела не мог быть наваждением, потому что он настоящий рыцарь. Хоть и проклятый, хоть предсмертная тень, хоть самоубийца, но в тысячу раз более живой, чем получались маски у демонов.

Но себя он предал. Где гарантия, что не мог предать снова? Что не мог заманить в бездну кого-то из своих братьев, чтобы выйти самому?

Нет, не мог. Он не вышел. Он старался отвести беду от других.

Он так говорил, но…

Заткнись, тебя не спрашивают! Лично я ему верю. Только благодаря ему, смог отличать вас, знал, кто вы. Никто из бездны не играл бы против самих себя и марионетке своей не позволил.

Так ведь он и исчез, как только пытался предупредить тебя…

Сгинь, кому говорят! Здесь моя территория. Здесь — не бездна. Это моя собственная голова, думаю, что хочу!

Он успел… И он понял… — в памяти Дика снова мелькнул указатель. Не тот, который видел он сам. Тот, который видел Стрела. Он тогда посмотрел вверх и понял что-то такое, что разбило проклятье. Конец его дороги. Последняя мысль, которой ему не хватало. Если бы Дик мог слышать чужие мысли тогда, как сейчас!

Указатель… Компас… Стороны…

Знаю. Но теперь не скажу. Мои чувства вам не слышны, только мысли. Более того, только высказанные словами.

Отлично. Посмотрим, что запоете теперь…

Дик улегся на спину, закинул руки за голову и смотрел в потолок. Он понимал, что сейчас бездна с искусством старого мастера будет вытряхивать из него это новое знание, и собирался с силами. Но в том-то и суть, что, зная или не зная его открытие, Дику больше ничем нельзя помешать. Он улыбался, глядя, как потолок опускается. Издалека снова слышалась песня, и теперь Дик знал, кто это.

_________________________

[1] (прим. Лины) Один из ужасов бездны, о котором все наслышаны, это однообразие. Тех, кто туда провалился сам, она не балует развлечениями. Их круг страданий замкнут и каждое — самое-самое мучительное. А с Диком они не знали, что делать, он же доброволец. Искали, на что клюнет, чего по-настоящему испугается.

Я эту историю постоянно вспоминала в школе Дины, где нас тоже испытывали по-всякому, изучая характер. Очень похоже. Но там все читали, и учителя знали, что мы это знаем, так что это всё-таки была игра, хоть и довольно жуткая. Мы ведь тоже добровольцы. Особенно я! Ха-ха!

Но нас мучили морально, больно делали очень редко, только чтобы проверить реакцию.

Глава 26

*****

Лица людей в толпе гримасничали и хохотали. Их собрались тысячи. Каждый проплывал мимо так близко, что Дик успевал хорошо разглядеть их. Толпа на площади сменялась то серым, то ядовито-желтым водоворотом тоски. Дик проваливался в него и видел вращение снизу.

Потом снова выныривал, и вокруг бурлила толпа, тыча в него пальцами и показывая языки. У некоторых языки раздвоенные, змеиные. Потом снова вращение ускорялось и широкий водоворот затягивал не самого Дика, а его душу, сознание, силы в тугую воронку.

В этой картине всегда удивляло то, что сам пленник неподвижно лежал и чувствовал свою неподвижность. Более того, не мог вырваться из стягивающих невидимых обручей. А вращалось и бурлило пространство вокруг него. Желтый гриб водоворота поднимался над ним всё выше и разрастался во всю вселенную.

"Кажется, меня хотят превратить в змею", — мысленно насмехался пленник, пытаясь сосчитать количество обручей, сдавливающих его тело с ног до головы.

Неожиданно после особенно издевательского круга толпы, над его головой стали расти не кольца водоворота, а темная тощая тень с перекладинами. Виселица.

Та часть Дика, которая могла реагировать, видеть и даже удивляться происходящему, встретила старую знакомую снисходительно. Он ждал этого появления.[97]

"Указатель", — обозвал он это сооружение, хотя прекрасно видел спускающуюся ближе и ближе петлю.

Столб с перекладинами превратился в дорожный указатель. Дик дорисовал на нем вместо привычных пяти сторон света и крупной надписи "Город" две стрелки "бездна" и "вверх".

Видение пугливо растворилось, не желая помогать узнику. Дик встал и подошел к стене.

"Уверен, что дверь именно здесь?" — попытался сбить его с толку змеиный голос, шедший отовсюду.

"Она там, где захочу! — отрезал Дик. — Для меня теперь выход всюду!"

— Эй! — громко позвал он. — Немор! Соседи! Даже не знаете, где находитесь, да? А хотите отсюда выбраться? Тогда слушайте: пора начать действовать! Для бездны важнее всего, что вы думаете. Не о ней, не о себе. А о том, что вы считаете добром и злом для себя. Выбраться отсюда проще простого, надо всего лишь не путать стороны! Стать несовместимым с ее законами. Освободиться от всего, что вас держит на дне. Эй, там есть моряки?

— Да… — глухо долетело сквозь стену.

— Что надо делать, когда лодка еще цела, но идет ко