Змееловы из Парансана - Ася Фуллер

Дунул ветер. Риви неудачно вытащил руку, не смог всадить лезвия в камень. Ноги поехали, и он повис, пытаясь сгруппироваться. Веревка качнулась.

– Давайте, лейтенант. – Фрост спустилась и, убрав лезвия, протянула Риви обе руки.

Риви почувствовал, как крепко пальцы капитана в плотной перчатке сжали ладонь. Секунда – и он снова висел на стене. От бессилия хотелось орать.

Слабак.

Не зря, видать, майор Моранди тыкал в лицо грязным листком, где убористым почерком выписали список травм, с которыми нельзя быть частью Южной погранслужбы. Риви проходил по двум пунктам.

К вискам прилипли мокрые пряди, пот тек по лбу и заливал глаз, лишая остатков зрения.

– Немного еще! – крикнула сверху Фрост.

Только бы не сорваться. Только бы снова не сорваться. Сверху замаячила вершина – Риви увидел, что у скалы все-таки есть край.

– Раз-два, раз-два, – повторял Ким.

Хренов Ким Чонсок. Даже дыхание у него не сбилось.

Вдруг «раз-два» прекратились. Риви почувствовал: скала загудела, будто живая.

Фрост обернулась и, вытащив топор из ножен, перерубила веревку.

Риви поднял взгляд: змеиная морда. Желтая тварь стояла не шевелясь, глядела вниз, показывала мясистый раздвоенный язык. Он едва не зацепил Кима – тот отпрыгнул, пролез метров пятьдесят вверх и вскочил на горизонтальную поверхность.

– Капитан! – заорал он. – Тут еще трое!

Фрост бросила на Риви взгляд, в котором читалась беспомощность.

– Идите, – процедил он в ответ.

– Лейтенант!

– Тут одна, там три! – крикнул Риви. – Идите, капитан.

Он висел, вцепившись конечностями в поверхность, как паук – раненый паук с оторванными лапами. Руки дрожали, ноги соскальзывали. Интересно, что прикончит его быстрее – мекоритовая скала или тварь? Риви сделал ставку на скалу.

– На спину, Риви.

Фрост спустилась и снова протягивала руку. Риви сильнее напряг кисти и ступни – уж если чему-то и суждено его сегодня убить, пусть это будет хотя бы не стыд.

– Капитан! – заорал сверху Ким. – Скоро?

Слышалось, как лезвие его меча чиркает по змеиной чешуе.

Собрав крохи сил, Риви пополз к вершине.

Змея моргнула, спустила передние лапы на скалу и скользнула вниз, впиваясь когтями в трескающуюся породу. Фрост передвинулась влево, занесла топор.

Когда змея шагнула ниже, Риви поднял мелко дрожащую руку, дождался, пока тварь закроет пасть, и всадил ей со всей дури перчатку с лезвиями в морду. А потом и вторую. Ноги оторвались от скалы.

Обезумевшая змея трясла головой, Риви болтало в воздухе. Наконец удалось перехватить руки и залезть, перемазавшись в хлещущей змеиной крови, на загривок. Фрост рванула наверх: Риви слышал, как она смачно ругается – чудовищный набор слов перевода не требовал.

Змея подняла тяжелый хвост, долбанула им, пытаясь скинуть непрошеного ездока. Острый шип на конце пропорол Риви спину по диагонали. Он вытащил руку, вырвав кусок вонючего змеиного мяса и кожи, и полоснул твари поперек горла лезвиями. Отпрыгнул обратно на скалу, едва удержавшись.

Змея с перерезанной глоткой рухнула вниз – раздвоенный язык трепетал на ветру – и упала с глухим стуком и хрустом веток.

– О, лейтенант Риви! Держу! – Рядом, словно из ниоткуда, появился Ким и схватил Риви за локоть.

– М-м-м, – промычал тот в ответ.

Во рту появился привкус горькой змеиной крови.

– Давайте, лейтенант. – Ким, крепко обхватив локоть Риви, тащил его наверх.

Вскоре он уже перекатился на снег, на спасительную горизонтальную поверхность. Лег, раскинув руки, и уставился на лилово-красное небо. Ветер усиливался: завывал и кружил снежинки. Окровавленная спина дубела.

Риви смотрел, как капитан Фрост методично добивает последнюю змею, нанося удары крест-накрест. Наконец тварь обмякла и, не удержавшись, стекла вниз. Риви привстал, набрал в рот снега, чтобы хоть немного убить горечь змеиной крови.

Фрост остановилась, смахнула с топора черные капли и с раздражением посмотрела на Риви сверху вниз.

– Когда капитан вам говорит «на спину» – это означает «на спину», лейтенант Риви. А не на морду змее.

Риви угрюмо молчал. Ким сидел рядом – его шумное дыхание жутко раздражало. Тела двух черных змей заметал снег.

– Может, вас списали не из-за травм? – продолжила Фрост. – А из-за того, что вы не знаете слова «приказ»? Риви, что такое приказ капитана?

Риви опять не произнес ни звука.

– Это то, что нужно выполнять. Чуть не угробили себя, а пока выпендривались, я не могла помочь лейтенанту Киму. Всех нас подставили под удар.

Проклятая змеиная горечь не проходила. Риви сунул в рот еще снега, и дальний нижний зуб тут же заныл.

Чертова скала, чертовы змеи, чертов Север.

– Вы сами пришли в мой отряд, лейтенант Риви, – сказала Фрост. – Либо выполняете приказы, либо валите обратно на теплый Юг!

Риви поднялся, чувствуя, что вся рубашка под ханбоком пропиталась кровью и что к ней прилип снег. Отряхнул штаны, задрал подбородок.

– А как быть, когда капитан отдает приказ, не оценив обстановку? – отчеканил Риви, глядя Фрост в глаза. – Знали ведь, что тут змеи! Ким об этом говорил на встрече со следопытом. Вы же, капитан Фрост, принимаете решение не идти спокойной дорогой, а лезть по скале. При этом один из ваших людей, как вы выразились, с теплого Юга! Где никаких гор! Одни холмы и… коровы!

Ким поерзал на снегу, задышал чаще и громче.

Фрост молчала, крепко вцепившись в окровавленный топор. Костяшки побелели.

– В Шэне большой порт. Завтра корабли отплывут на Юг, – сказала она.

Горная военная школа, весна.

Семь лет назад

Высоченный забор с драконьими головами на тяжелых воротах обступали горы.

Минхи открыли двое дозорных, и он, отпустив козла, прошел по площади перед генеральским дворцом. Загнутые крыши словно вонзались в облака. Блестели на солнце пасти золотых драконов, и длинные, спускающиеся по фасаду красные полотна подхватывал ветер.

Генеральский дворец – удивительно, его до сих пор так называли. Хотя, конечно, не все преподаватели Горной военной школы были генералами. И уж точно не все генералы хотели воспитывать молодое поколение погранцов.

Во времена Минхи дежурства во дворце были лучшими: доживешь до утра – утащишь еды с учительского стола. Однажды командиры так напились, что Минхи спер жареную свиную ногу, и они с парнями грызли ее вдесятером.

Сливы отцветали, и под ноги Минхи сыпались розовые лепестки.

Он повернул направо, прошел по крытой галерее мимо пруда с жирными рыжими карпами и оказался у маленькой пристройки.

Акира стояла у красной двери и бросала карпам хлеб. Раньше в пристройке обитали двадцать девчонок. Когда Минхи приходил по делам, их звонкий смех слышался у самого