Змееловы из Парансана - Ася Фуллер

Но теперь здесь была только Акира.

– Капитан Сон. – Она поклонилась. – Значит, и отец приехал?

– Да, беседует с генералом Такаямой.

– Погода чудесная, не правда ли? – Акира подняла руку и легонько дотронулась пальцами до ветки сливы.

Минхи заметил, что глаза у Акиры сухие и красные.

– Генерал Такаяма сказал мне по секрету. – Минхи прищурился. – Кому-то еще до выпуска хотят присвоить младшего лейтенанта. За успехи не только в учебе, но и в бою. Не знаешь, кто это мог быть?

Он думал, обрадуется. Но ее улыбка получилась короткой и вымученной. Акира резко убрала руки за спину, согнулась в поклоне. Проговорила на выдохе:

– Это огромная честь, капитан.

Минхи вздохнул.

– Я знаю, Акира, – сказал он. – Про Лэя.

Она отвернулась.

– Называйте его рядовой Синь, капитан. Если вам не трудно.

– Как скажешь. – Он подошел ближе, мягко коснулся плеча. – Акира. Это паршиво. Мне ли не знать.

Она помолчала. Потом сказала тихо:

– Вы… гораздо лучше, капитан. Чем господин Кун. Просто у его родителей есть земля на Изола Белла. Поэтому выбрали не вас. Вот и все.

– Лучше? Правда, что ли?

– Вы убиваете змей. Вы герой.

Минхи засмеялся.

– Никакой я не герой. Но я рад, что ты так считаешь, Акира.

– Капитан, а почему ни у кого из нас нет земли на Изола Белла? Или другом острове? Кажется, южанам ее дают чаще.

– Она очень ценная. Решение принимает общий совет генералов – и южные, и северные. Многим отказывают. Нужно служить много лет. Или, может, сделать что-то выдающееся.

– Спасти город?

– Ну, разве что спасти город.

– А вы бы хотели, капитан Сон? Жить без змей?

– Да, – ответил он после паузы. – А ты?

– Не-е-е-е! – Акира, наконец, улыбнулась. – Без них скучно!

– Ну вот, ты повеселела.

Она сморщила нос и спросила:

– А что, правда присвоят младшего?..

– Разве я когда-нибудь тебе врал?

– А Синь рядовой?

– Ага.

Акира довольно хмыкнула.

– Отец знает?

– Да. Он… С трудом сдержал чувства.

Минхи прикусил язык. Утром майор Фрост, узнавший, что дочери первой из выпускников присвоят звание младшего лейтенанта, пробормотал только одну фразу.

«За что мне это».

Глава 7. Шэнь

На Земле я занимался полной ерундой: строил одинаковые дома-коробки. Но здесь я построю город. Город, где меня будут помнить.

Из книги воспоминаний пророка Бао

Весь путь до города Ким тащил Риви на себе: тот висел на его спине, не в силах пошевелиться.

Ветер кусал ободранные щеки, ноги Кима утопали в снегу почти всем голенищем сапога, а у Риви в голове крутилась поганая мысль: капитан Фрост была права. Остались бы в лесу – живыми бы не выбрались.

Риви плохо помнил, как впереди выросли деревянные городские ворота, украшенные тонкой росписью: пионами, драконами и листьями. Драконьи морды скалились и расплывались, раздвоенными змеиными языками казались стебли цветов.

Фрост постучала: три длинных, один короткий – знак пограничника.

Со сторожевой башни высунулся маленький дозорный. Закричал, и ворота тяжело отворились, пропуская путников внутрь, на дорогу, где горели факелы и рвались от ветра бумажные фонарики и красные флаги. Риви приходил в себя – змеиный яд, проникнувший под кожу, делал краски ярче.

Вокруг суетились торговцы: таскали ящики, доверху наполненные рыбой, прятали кругляши чая под широкие халаты, прикрывали корзины, набитые кальмарами и моллюсками. Пахло морепродуктами и козлиной мочой – Риви вдыхал запах с наслаждением: все лучше змеиной мертвечины.

В ночном Шэне было много жизни, и казалось, сама эта жизнь способна залечить раненую спину.

Троица едва успела преодолеть пару сотен метров, как Риви увидел человека в длинной черной одежде с нашивкой мангуста на груди. Такое военное облачение – похожее на парансанские ханбоки, но чуть другого кроя и покороче – в Шэне называли ханьфу.

– Акира! – крикнул человек и, подбежав, сжал капитана Фрост в крепких объятьях. Чересчур крепких, отметил про себя Риви.

Капитан холодно похлопала его по спине. Незнакомец отстранился, оглядел всех троих. Он был хоть и невысоким, как многие шэньцы, но поджарым. И, пожалуй, обладал всем, что женщины находят привлекательным: черными густыми волосами до плеч, квадратным подбородком и глазами-миндалинами, сверкающими при каждом взгляде на капитана Фрост. Правую бровь незнакомца на две почти равные части делил короткий шрам.

– Почему не предупредила?

– Не было времени. – Капитан Фрост сделала шаг назад и поклонилась.

Следом за ней, с Риви на спине, поклонился и Ким.

– Малыш Чонсок!

При слове «малыш» Ким дрогнул, но все равно раскрыл руки для объятий.

– Так, у вас раненый, – сказал незнакомец.

– Нет, я просто ленивый. – Риви высунулся из-за плеча Кима. Постарался улыбнуться, но боль накатила с новой силой.

– Вы из Шэня? – Незнакомец пристально вгляделся Риви в лицо.

– Из Реджо.

– Но…

– Это лейтенант Риви из Реджо, и ему нужен врач, – сказала Фрост. – А нам с Кимом – бочка с горячей водой, капитан Синь. Две бочки.

Капитан Синь, произнес про себя Риви. Тот самый искусный змеелов, отказавшийся делиться ядом.

– Давайте шутника в лазарет. – Синь махнул рукой. – Поторопитесь, метель начинается.

Ким потащил Риви через кривые переулки к красному домику, крыша которого, казалось, могла подломиться под кучей снега.

– Акира, почему ты здесь? – Капитан Синь взял Фрост за локоть.

– Моему лейтенанту нужен шэньский топор, – ответила она и убрала руку.

«Моему лейтенанту». При этих словах холод и боль отступили, и Риви стало немного теплее. Что имела в виду Фрост, он, конечно, понимал – лейтенанту моего погранотряда, не более.

Мысли о капитане становились навязчивыми, и Риви гнал их как мог. Ты не за этим приехал, говорил он себе, но внутренний голос издевательски спорил со здравым смыслом, повторяя нараспев: «За этим, за этим». Ничего не помогало, даже воспоминание, как Фрост неприятно было касаться его руки. Может, раньше, еще не потеряв пальцы и глаз, он бы решился. А может, и нет. Риви удивлял женщин историями об убитых змеях, но разве Акиру Фрост впечатлят подобные байки?

Ким пронес Риви через распашные двери и бережно положил на циновку лицом вниз. Пахнуло мокрым деревянным полом, и в ладонь вонзилась щепка. Лежать было жестко.

– Дела, дела, – цокнули над ухом. – Раздевайте уже, у него вся одежда в крови.

Ким бесцеремонно стащил с Риви сапоги с носками, окровавленный ханбок, рубашку и даже трусы. Риви не сопротивлялся и не проронил ни звука – руки и ноги висели плетьми. В нос ударил едкий травяной запах, голой спины коснулась мокрая тряпка, и тело от пяток до макушки прожгло. Риви поднял голову – на него смотрели глаза пожилого