Проклятая - Шарлотта Сизель

В голосе Мадлен была настоящая забота, но её советы были напрасны.

– Я не собираюсь сюда возвращаться!

– Вы наследница, от такого не отказаться. Постарайтесь использовать любую возможность, найдите себе союзников! Вот так здесь всё делается. Я бы предложила вам встретиться снова, чтобы спокойно побеседовать за чаем, но Каме’льялла этого никогда не допустит… Рада была с вами познакомиться. Приятного вечера!

Мудрые советы давала женщина, едва вышедшая из подросткового возраста. Озадаченная, Элиза не ответила на её любезность. Мадлен кивнула на прощание и удалилась в сторону танцующих.

Элиза позавидовала её уверенности перед лицом мужчин, которые были по крайней мере раза в два старше и в основном гораздо выше по статусу.

Политические интриги, борьба за власть и лицемерие…

Всё это было очень далеко от её повседневной жизни и интересов. Разговор с Мадлен и перспектива неизбежной смерти лишили Элизу душевного равновесия. Снова возникла мысль о побеге, но она заставила её исчезнуть. Прежде чем что-то предпринимать, нужно заполучить вещи родителей. Двух шансов не будет, нужно использовать каждую возможность.

Ей вспомнились слова, нацарапанные Натаниэлем: «наука о гербах – геральдика». Она рассматривала гербы на стенах, но ничего не понимала. Цветы и листья, изображённые на них, были ей преимущественно незнакомы.

Неподалёку Ада склонилась перед графом, шедшим навстречу ещё кому-то. Дрожь пробежала по спине Элизы, когда дама её заметила и хищно ухмыльнулась. Её воинственный вид плохо сочетался с её пышным платьем. Придворные дамы ходили мелкими шажками, а она вышагивала как воин. Все присутствующие, независимо от своего ранга, расступались перед ней.

Ада остановилась прямо перед ней, насмешливо взглянула на стены.

– Приветствую, Эли’сан. Брат много о вас рассказывал.

Элиза постаралась поклониться как можно изящнее. Она уже много практиковалась, и получилось неплохо.

– Не стоит доверять де Тарнелям, – прошипела Ада, – вы для них политически неудобны, у них может появиться желание вам отомстить.

Элиза сдержала нервный смешок. Снова советы! Можно подумать, каждого волнует её благополучие. Действительно, не стоит доверять никому. Негромкое покашливание привлекло их внимание. Граф смотрел на Аду неприветливо. Она ответила ему ехидной улыбкой.

– Я предупреждала нашу новую гостью насчёт некоторых слишком предприимчивых персонажей.

– Как мило, – проворчал Адриан.

Ада покровительственно обняла Элизу за плечи. От неожиданности та напряглась.

– Она кажется такой хрупкой, – кокетливо произнесла Ада. – Её так хочется защитить.

Элиза была крупнее и выше по крайней мере на полголовы, поэтому слова Ады прозвучали странно.

– Серьёзно? – рассердился граф. – Я думал, что ты лучше умеешь врать, Ада.

– Врать? Сильно сказано!

Она вздохнула с обиженным видом, а Элиза старалась освободиться из её объятий. Несмотря на невысокий рост, Ада оказалась неожиданно сильной.

– Спокойно! – приказал подошедший Амбруаз. – Это уже слишком!

Надувшись, Ада отпустила Элизу. Отойдя на безопасное расстояние, Элиза расправила платье. Смущение постепенно исчезало.

– Я только желала ей добра, – оправдывалась Ада. – Она казалась такой одинокой.

Амбруаз уволок всё оглядывавшуюся Аду. Граф почесал в затылке.

– Не верь этой капризной девчонке, она такая же манипуляторша, как её отец.

– Опять совет! – рассердилась Элиза. – Не волнуйтесь, я поняла: это клубок змей.

– Вы не можете себе представить…

Камергер[6] трижды стукнул жезлом и объявил о прибытии герцогини. Граф подал ей руку.

– Пора!

Элизе казалось, будто её ведут на эшафот. Блистательная, но всё равно смерть…

Глава 12

Высокомерие.

Куда бы Грегуар ни глянул, он видел только это. Роскошные туалеты, стоившие не меньше годового заработка рабочего, украшения, слишком вычурные, чтобы быть элегантными… Только бледно-зелёные одеяния жрецов Баана выделялись своей простотой. Но эта простота уравновешивалась эмблемой, расшитой драгоценными камнями, и венцом из веток Священного клёна, стоившим как весь замок. От такого избытка богатства его уже мутило. Все эти хозяева жизни были заняты в первую очередь самими собой.

Шейный платок душил, и Грегуар развязал его, чтобы легче дышалось. Прожилки, оставленные демоном, сдавливали горло, и, хотя они не мешали дыханию, ощущение было неприятное.

– Грегуар!

Он замер, услышав своё имя, произнесённое почти шёпотом.

С того момента, когда оказалось, что Грегуар находится во власти демона, барон де Рошан стал относиться к нему совсем иначе. Прежде он был почти по-отечески заботлив, беспокоился о его здоровье. Несколько раз барон даже говорил: характер у него посильнее, чем у старшего, Амбруаза. Теперь же он укорял Грегуара за то, что тот поддался влиянию Сана и слишком быстро разоблачил себя.

Сила росла в теле Грегуара так стремительно, что он чуть не лишился рассудка. Барону пришлось многократно увеличить мощность заклинаний для сдерживания демона, и он не скрывал своего недовольства по этому поводу. А подростку было стыдно, что он оказался не на высоте.

В зале раздались три удара, и камергер объявил о прибытии Каме’льяллы.

Отступив назад и пригнувшись, чтобы не привлекать внимания, Грегуар наблюдал, как герцогиня идёт, рассекая толпу. Она быстро взошла по ступеням и уселась на трон, возвышавшийся над залом. Основание трона, состоявшее из корней, скрылось под складками белого платья герцогини, её окружал ореол листвы и металлические отблески коры. Каме’льялла сделала что-то, чего Грегуар не разглядел, и толпа разразилась восхищёнными криками. Герцогиня надменно улыбалась, а присутствующие почтительно кланялись ей.

Не обращая внимания на Грегуара, Ада и Амбруаз подошли к отцу. Младшего сына, Мариуса, на бал ещё не приглашали: слишком мал. Амбруаз приветливо кивнул Грегуару – тот сжал кулаки. Он не знал, что ему более неприятно: милосердие доктора или пренебрежение Ады.

Движение в толпе заставило Грегуара оглянуться. Перед Каме’льяллой появилась метиска в фиолетовом платье, сопровождаемая мужчиной в ярко-розовом костюме. Взгляд Грегуара зацепился за вышитую на спине белую камелию. Сын герцогини.

Его заинтересовала девушка, в её декольте была видна метка демона. Это Другая. Она словно съёжилась под тяжёлыми взглядами присутствующих. Неуверенно ступала по натёртому до блеска полу, и, если бы не её спутник, она бы поскользнулась. На тонких губах Грегуара появилась слабая ухмылка. Девушке явно было неприятно оказаться в такой ситуации. Она не должна была стать наследницей. Вся мощь Сана должна была принадлежать только ему одному.

– Какая милая, – пробормотала Ада. – Интересно, что пообещали его мамочке, если Адриан так с ней любезен?

Амбруаз покачал головой.

– Она ему очень нравится: ведёт себя совсем не так, как Маргарет. Впрочем, это не так уж сложно…

– Он интересуется ею как личностью или просто как «вместилищем»? Проклятые ничтожники – прекрасные подопытные кролики!

Герцогиня начала свою речь, и Ада подавила смешок.

Грегуар стоял слишком далеко и ничего не слышал, и никто