Проклятая - Шарлотта Сизель

– Насколько возможно, да. Ситуация пока не определилась. Но мне кажется, ваши и наши цели очень сходны.

Элизабет смотрела скептически, и её легко можно было понять. Не то чтобы это была ложь, но они не были готовы идти на жертвы ради безопасности Льяльса. Элизабет терялась в догадках.

Подобный вид транспорта был медленным, но в нём было своё очарование. Покачивание экипажа навевало дремоту. Но Элизабет вдруг одолело любопытство, и она уставилась на Адриана, стараясь получше его рассмотреть.

– В чём дело?

– Я ничего не слышала о вашем отце…

Адриан был озадачен. Его официальный отец, граф де Фанри, умер вскоре после его рождения. Родители были женаты не больше двух лет, но мать заверила его, что не может быть никаких сомнений относительно его происхождения.

– У вас глаза такие же, как у охранника Каме’льяллы. Странно, что никто этого не замечает.

– Но они…

Адриан осознал ещё одну особенность ничтожников. На Элизабет не действовали заклинания, которыми он менял цвет и форму глаз, унаследованные от отца. Она была невосприимчива к любым заклинаниям, менявшим внешность, видела реальность без прикрас. Он вспомнил, что обыкновенно выходил из своего кабинета, не потрудившись на самом деле привести в порядок одежду. Придавал ей пристойный вид лишь с помощью магии. Это был провал…

Они уже доехали до усадьбы, прежде чем он сообразил, что ответить. Можно было бы попросить её сохранить тайну, но кому она могла бы рассказать? К тому же, это раскрыло бы ей глаза на возможности, которыми она обладала. Он решил ничего не рассказывать ни Маргарет, ни матери, опасаясь ускорить отъезд его гостьи.

Элизабет молча выскользнула из экипажа. Приподняв юбки, чтобы не наступить на подол, она обошла Маргарет и нырнула в дом. Та проводила её хмурым взглядом. Адриан почувствовал, как Маргарет на расстоянии проверяет все передвижения девушки.

Он не спешил уходить.

– Что-то не так, мой господин? Я не ждала вас так рано, – спросила Маргарет.

– Да. Кое-какие сложности, разного рода.

– Из-за Эли’сан?

Он уловил в её голосе удивление, и это его позабавило. Маргарет не могла и вообразить, что Элизабет способна поднять волну. Девушка была робкой и покладистой… Адриан надеялся, что она очнётся и всё изменится.

– Нет. Из-за барона де Рошана, но это уже совсем другая история.

– Опять? – рявкнула Маргарет. – Надоел!

– Точно! Мне надо разобраться в своих идеях, а потом я встречусь с матерью. Буду у себя в кабинете.

Он не спеша поднялся по лестнице, бросил на перила кафтан и развязал галстук. Взъерошив волосы, на мгновение остановился в нерешительности, затем пожал плечами. Наплевать на приличия! У Элизабет было достаточно времени, чтобы разглядеть его обычный вид, пока они ехали рядом.

Загруженный информацией кристаллин уже ждал над столом. Адриан добавил туда новые данные, полученные при исследовании демонической ауры баронского подростка: слабое здоровье, круги под глазами, которые не удаётся скрыть полностью, метка проклятия меньше, чем у Элизабет.

Адриан открыл шкатулку и выбрал пустой флакон из необычно переливающегося стекла. Взяв его за горлышко пальцами, он произнёс заклинание. Тёмная энергия медленно стекала во флакон. Чтобы она не выскользнула, Адриан быстро закупорил его.

Демоническая магия, добытая от Грегуара, прилипла к стенке, словно хотела достать до Адриана. Он порадовался, что никто ничего не заметил. Когда коснулся метки на груди подростка, он получил порцию заразы, и только его могущество защитило от опасных последствий.

Анализ подождёт до завтра: при ночном освещении его делать трудно. Результаты, полученные при дневном свете, будут более надёжными. Он нашёл шкатулку из сандалового дерева, обитую медью, и осторожно поднял крышку.

Внутри, в защитной губке, находился ещё один флакон, более полный. Демоническая энергия Элизабет была собрана в тот день, когда она получила своё проклятие. С тех пор она ослабела, и Адриан порадовался, что у него хватило силы духа добыть образец именно в тот день. Если бы Маргарет узнала о его запасах, её бы удар хватил.

Адриан поставил два флакона рядом – сравнить изменения цвета мутной жидкости, но никакой закономерности не обнаружил. Удивившись, что уже такой поздний час, он бережно уложил оба флакона в шкатулку, закрыл её и спрятал.

В дверь постучали. Короткие сильные удары, Маргарет.

– Герцогиня хочет связаться с вами, мой господин.

Адриан инкрустировал свои новые соображения в кристаллин, потом ответил:

– Входите.

Маргарет скользнула в комнату, стараясь держаться поближе к двери. Адриан вызвал мать. Она тут же ответила. Её бледное лицо появилось в рамке, висящей в воздухе. Между бровями залегла складка, свидетельство нелёгких размышлений. Она заговорила, едва он поздоровался.

– Что говорит Эли’сан?

– Она боится скорой смерти.

Адриан небрежно присел на край стола и взял компас без стрелки, который вертел в руках, пока его мать говорила.

– К этим страхам надо отнестись серьёзно. Маргарет, будьте бдительнее! – приказала герцогиня.

Та поклонилась, хотя её не могли видеть.

– Будет сделано.

– Возможно, Нат’сан чувствовал, что находится в безвыходном положении, и это подтолкнуло его к запретным экспериментам, – говорила герцогиня.

Она задумчиво постукивала ногтями по столу. Наконец, придя к какому-то выводу, она продолжала:

– Твои фокусы многих напугали – ты же на несколько секунд выпустил демона?

– Конечно нет! – воскликнул Адриан возмущённо. – Это была только астральная проекция!

На бледных губах герцогини появилась довольная улыбка.

– Великолепно! – воскликнула она. – Новое подтверждение твоих возможностей и силы духа!

Настроение герцогини явно изменилось: она успокоилась и сжала кулаки.

– Старейшина потребовала у меня отчёта, но, к счастью, твоя демонстрация умерила её пыл. Однако она вдолбила себе, что защита города – первейшая обязанность герцогини, что получение полной власти над проклятием Сана должно стать моей главной задачей.

Адриан с трудом удержался, чтобы не закатить глаза.

– Понимаю, мама.

– Так вот, моё положение ещё сложнее, чем я ожидала. Если Старейшина меня отставит, я лишусь большей части моих сторонников. Она уже ищет подходящую кандидатуру, чтобы заключить соглашение с бароном. Если такой союз образуется, мне придётся отречься.

Старейшине не нравилось её постепенно увеличивающееся влияние и выход из-под её власти. Многие годы она стремилась подчинить герцогиню себе. Эта подковёрная война уже стала надоедать Адриану.

– Неужели всё так серьёзно? – спросил он.

– Ты хочешь, чтобы я окончила свои дни в монастыре, восхваляя величие Баана? – возмутилась она. – Или в одном из наших загородных поместий? Зря что ли, я пережила только покушений? И ещё точно будут! Откажусь от власти, когда сама решу, и не раньше, и не в результате поражения! Мне необходимо сохранить превосходство над бароном: что ты скажешь о втором наследнике?