Последняя первая любовь 21 века - Ппан Ким

– Из 2107-го.

– Не может быть. И как же ты здесь оказался?

– А ты как думаешь?

– Ну… на космическом корабле прилетел?

Уголки губ Яну чуть приподнялись:

– Что-то вроде этого. Примерно так и было.

Мёнвон прикрыла рот ладонью. Если бы перед ужином Яну не закатал рукав и не показал ей странный механизм, просвечивающий сквозь кожу, она бы ни за что не поверила. Но увидев серебристый металл и поняв, какую нечеловеческую силу Яну имеет (он сжал компьютерную мышку, и пластик раскололся на мелкие осколки, оставив лишь шарик), Мёнвон уже не могла отрицать очевидное. В последний момент она успела вмешаться, буквально вырвав шарик из рук Яну, чтобы он не сломал и его.

– Но почему ты прилетел именно сюда? Здесь же смотреть не на что. Вот я бы отправилась в 31 декабря 1999 года и посмотрела бы на обратный отсчёт до нового тысячелетия.

– Ты разве не видела? – переспросил Яну, не вполне понимая, о чём речь.

– Только по телевизору. Тогда меня сильно отругали за то, что я без конца переключала каналы.

Заметив лёгкую улыбку Яну, Мёнвон мгновенно насторожилась. Она вдруг поняла, что слишком расслабилась и совершенно забыла об осторожности.

– Подожди-ка, получается, я старше тебя?

– Ты о чём?

– Я же родилась гораздо раньше, чем ты.

У Яну невольно приоткрылся рот от удивления. Как ей вообще пришло в голову выяснять сейчас, кто старше?

– Так или нет?

– В моё время тебя уже нет в живых. В лучшем случае, если хорошенько поискать, найдётся захоронение. Как после этого я могу называть тебя старшей?

– Какая гадость…

– Ну, я это образно.

Мёнвон надула губы и присела на край кровати. Теперь ей наконец-то начали проясняться некоторые подозрительные моменты: странный шлем, который Яну носил при первой встрече, и как он вышел из себя, когда на шлеме появилась трещина.

– Слушай, а что это у тебя тогда было? Когда ты появился в лесу, и у тебя с собой были какие-то очки и сигнальный жезл?

– Там стоит капсула, на которой я прилетел. Она потеряла питание, и я пошёл проверить, можно ли её починить. Очки нужны для защиты глаз, а палка – чтобы измерить толщину маскировочного покрытия. По правилам капсулу нельзя оставлять на виду, поэтому её накрывают специальным защитным тентом.

– Подожди, а тебе самому не запрещено про это всё рассказывать?

– Ну, раз ты это услышала, значит, можно. Если только конфета не была подделкой.

– Конфета?

– Есть такая штука. Она взрывается, если говоришь то, что нельзя.

Эта фраза была сказана в шутку, но Мёнвон тут же стала серьёзной.

– Да мне и неинтересно совсем. Можешь не рассказывать.

Яну тихо усмехнулся на её решительный тон. Он мог бы сказать, что наноботы отфильтровывают опасные слова, поэтому всё в порядке, но решил этого не делать.

– Теперь ты мне веришь?

– Ну, придётся…

– Ты единственная, кто об этом знает.

«Значит, он намекает, что нельзя никому проговориться?» – подумала Мёнвон, и, чтобы успокоить его, замахала руками.

– Да всё нормально. Я умею держать язык за зубами. Никому не расскажу. Это же твой секрет.

– Я к тому, что помочь мне тоже можешь только ты.

Руки Мёнвон, которыми она оживлённо жестикулировала, застыли в воздухе. Помочь? Что он вообще такое говорит?

– О чём это ты?

– Помнишь, я говорил, что у меня друг умер? На самом деле это был не человек, а умная колонка с искусственным интеллектом. Мы хорошо общались, она была весёлой и забавной, а потом вдруг исчезла. Объяснить сложно, но, чтобы восстановить её личность, мне нужно собрать здесь опытные данные. В путеводителе есть какие-то рекомендованные активности, но я вообще не разбираюсь, что к чему. Прошло уже несколько дней с тех пор, как я сюда прибыл, а сдвига нет. Поэтому я хотел попросить тебя о помощи. Ты ведь единственный человек, который меня знает.

Несколько дней назад в комнате меняли лампочку, но, похоже, предохранитель был неисправен, поэтому свет периодически мигал. Мёнвон подняла голову и посмотрела на потолок, а когда освещение вернулось, опустила взгляд и тут же встретилась глазами с Яну, который, похоже, всё это время смотрел на неё. В ярком свете лампы его веснушки казались особенно заметными.

– И чем я должна тебе помочь? – спросила Мёнвон.

Яну сказал, что нужно собрать какие-то опытные данные, но она не понимала, что это значит. Он достал из кармана мятый листок и развернул его. Похоже, листок был вырван из книги. Сверху значилось «Рекомендуемые активности», а ниже – список из трёх заданий.

– Только не говори, что хочешь, чтобы мы делали это вместе!

– Я тут один и совсем ничего не знаю. Мне нужна помощь того, кто живёт в этом времени.

Она не понимала, почему должна помогать человеку из будущего, но сама просьба не казалась чем-то особенно сложным. Яну терпеливо ждал, глядя на неё так, будто от её ответа зависела его судьба. В принципе, это мог сделать кто угодно. Но он попросил именно её. И от этой мысли внутри у Мёнвон вдруг стало тепло.

– А мне что за выгода тебе помогать?

– А что ты хочешь?

– Отдай мне что-нибудь из своих вещей. Ну, из тех, что из будущего.

– И что ты с ней собираешься делать?

– Ну как… буду задавать тренд, типа опережать современную моду.

В жизни Мёнвон, где ей всё время приходилось донашивать чужие вещи, это могло стать самой дорогой вещью. Одна только мысль об этом вызвала у неё лёгкую улыбку.

– Ладно, – ответил Яну.

– Но у тебя же нет денег. А всё это стоит недёшево.

На этот раз Яну достал из другого кармана целую пачку денег. Глаза Мёнвон округлились.

– Где ты это взял? Неужели… украл?

– Я обменял валюту, когда прибыл.

– Сразу столько?

Приглядевшись, она заметила, что это были сплошь банковские чеки. «Ну да, неудивительно, что он не мог купить билет на автобус», – пронеслось у неё в голове.

– Думаю, нам этого хватит, – сказал Яну, пряча пачку обратно в карман.

– Мёнвон, идите есть фрукты! – раздался голос матери из кухни.

Пришло время угощать фруктами гостя из будущего.

✯

На перемене Мёнвон и Суён расположились в конце класса и грызли сухую лапшу быстрого приготовления. Специи из пакетика Мёнвон высыпала в кружку, залила кипятком и прихлёбывала, словно какао. Держа кружку обеими руками и осторожно дуя на горячий бульон, она вдруг повернулась к Суён:

– Слушай, а ты что-нибудь знаешь о теории относительности?

– О чём?

– Ну, о теории относительности. Или хотя бы о теории гравитации?

Суён уставилась на подругу с подозрением. Та,